Перейти к публикации
Поиск в
  • Дополнительно...
Искать результаты, содержащие...
Искать результаты в...
Narrator

VII.Тяжкая цена: обнаружить и уничтожить

Рекомендованные сообщения

VII. ТЯЖКАЯ ЦЕНА: ОБНАРУЖИТЬ И УНИЧТОЖИТЬ

YAesEpK.png

 

Дата: 28 Первопада, 9:42 Века Дракона
Место: Скайхолд, таверна «Приют Вестницы» и часть Скайхолда
Погода: в кои-то веки относительно безветренно, идёт густой снег
Участники: Varric Tethras, Zevran Arainai, Cullen Rutherford
Вмешательство: ГМ
Описание: не зря Варрик Тетрас говорил как-то, что сенешалем работает Лелиана – из неё шпион лучше, чем из него. Не удивительно, что за год отсутствия сенешаля в ряды Инквизиции всё же сумела проникнуть змея, которая лишь ждала часа, чтобы наконец-то укусить. И час пробил. Этим днём Инквизитор Кассандра Пентагаст была отравлена, но предпочла оставить это событие в тайне ото всех, дабы не поднимать панику. Яд, что должен был медленно сгубить Инквизитора, был частично нейтрализован, пускай леди Пентагаст и была ослаблена. А вот Вестнице повезло меньше… И вот, во мраке ночи, приходит тяжкое известие о чернейшем предательстве в сердце Инквизиции. Задача довольно проста: предателя обнаружить… если он ещё находится в стенах Скайхолда.

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Обычно Скайхолд в это время суток был уже совсем спокоен, насколько это только было возможно для крепости, фактически находившейся на постоянном военном положении. Часовые сменяли друг друга на посту, слуги заканчивали последние дела перед отходом ко сну, шум в таверне постепенно начинал сходить на нет, но не столько по просьбе недовольных и уставших, сколько из-за закономерного изнеможения завсегдатаев таверны к концу дня.

 

В «Приюте Вестницы» было довольно людно, хотя и несравнимо меньше, чем было пару часов тому назад. Большая часть завсегдатаев из «Боевых Быков» уже изволила откланяться, дабы не пропить последние штаны, а находившиеся не при исполнении солдаты и разведчики медленно потягивали выпивку, ведя уже не столь активные разговоры, да и смеясь уже не столь громко под гнётом усталости. Таверна была своего рода способом для многих в Скайхолде немного забыть о гнетущей тяжёлой реальности, о зияющей Бреши над головой и том, что с каждым днём зима в Морозных Горах становилась всё холоднее. Здесь было тепло, приветливо и сытно — что ещё нужно простым людям, которые всего-то хотят жить так же, как до Конклава и всех событий, свершившихся за год.

 

Пожалуй, самая большая компания в тот момент собралась вокруг маэстро Тетраса. Дворф уже месяц как смаковал своё долгожданное освобождение от исполнения обязанностей сенешаля Инквизиции, передав дела Лелиане. Понятное дело, что дела у дешира Торговой Гильдии всё ещё были и не только связанные с торговлей, но теперь у него хотя бы было побольше времени на то, чтобы спокойно расслабиться в таверне. С Порочной Добродетелью на этот вечер уже закончили, что, впрочем, никоим образом не мешало писателю продолжать травить байки — благодарные слушатели есть, да и Кабот, судя по всему, был заинтересован. Вон, уже вторую пинту эля за счёт заведения проставлял краснобаю.

 

Неподалёку, в уютном уголке таверны, неподалёку от окошка, белокурая девица, что обычно разносила напитки, старательно строила глазки не менее белокурому эльфу. Зевран был приятно сыт, слегка пьяноват и в целом чувствовал себя достаточно комфортно, чтобы при желании ответить на заигрывания. Девица была достаточно симпатичной, пусть и не представляла из себя ничего особенного. До ушей эльфа регулярно долетали какие-то отрывки историй, что рассказывал дворф и, опять же, при желании он мог бы чуть прислушаться, чтобы услышать их полностью. Но была ли в этом нужда? В конце концов, еда, выпивка и тёплая обстановка так и способствовали приятной лени.

 

Что же до генерала Резерфорда, что буквально пару минут тому назад заявился в «Приют» … его целью был розыск одного весьма нерадивого лейтенанта. Нет, конечно, у бойцов было личное время и, по-хорошему, сейчас лейтенант был не при исполнении и мог делать всё, что заблагорассудится. Но не тогда, когда этот самый лейтенант был единственным, кто к вечеру этого дня не предоставил отчёт, не говоря уже о том, что человек этот должен был поутру отправляться муштровать рекрутскую зелень. Если этот раздолбай с жутким похмельем и перегаром на три метра против ветра хотя бы выберется из койки завтра — это уже будет чудом сравни второму пришествию Андрасте. Искомый лейтенант, к слову, был обнаружен достаточно быстро и сейчас Каллен в прямом смысле слова стоял у него над душой, пока тот взапой слушал Варрика, взирая при этом на дворфа с пьяным обожанием.

 

И во всём этом спокойствии лишь Зевран, сидевший в уголке у окна, заметил краем глаза слишком частое и активное для столь позднего часа мельтешение со стороны замка. И… кажется, или его эльфийский слух уловил тревожный оклик снаружи?

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
Гость Zevran Arainai

Разговор с Лелианой не сильно обнадеживал, но Зевран и не ждал, что в сложившийся ситуации сможет получить другой ответ. Ему повезло уже в том, что рыжая сестричка по старой дружбе, не иначе, пообещала заняться этим вопросом, хотя то, что предлагал Араннай для Инквизиции, вряд ли было столь уж необходимым приобретением, особенно в сложившийся ситуации всепоглощающей безысходности на фоне растущего в небесах разрыва, хаоса и, кроме того, Ферелдена. Зеврану казалось, что холода Морозных Гор с избытком хватанул в прошлый раз, но у судьбы были иные планы, и вот он сидит в кабаке в горах, на улице – дубак, над головой – разлом, на сердце – неспокойно, а за соседним столиком опять кто-то был не прав, что-то кому-то доказывая. Если бы только не эта милая официантка – услада для уставших чуть-чуть захмелевших от дурного местного вина глаз – все было бы совсем мрачно.

 

Девочка была миленькой. Светлые волосы, чуть ниже плеч, простенькое платье, курносый нос, веснушки на лице. Возможно, слишком простовата и зубы чуть кривоваты, но раньше Ворона это бы не остановило – в конце концов не о поэзии с ней говорить и зубы смотреть. Однако сейчас эльф с небольшой ленцой отвечал на заигрывания, впрочем, не лишая светленькую очаровашку надежды. Конечно, сердце его ныне билось лишь для рыжего эльфа, встреча с которым, он чувствовал, обязательно должна случиться вновь – но ведь это не повод лишать себя радости найти хоть немного тепла в этих холодных южных горах? А может быть это в нем говорит местный дешевый алкоголь? Ничего нельзя было сказать наверняка в этот вечер.

 

За соседним столиком было шумно – все очень эмоционально слушали рассказ безбородого дворфа, которого Зевран помнил еще про Киркволлу – Хоук и Изабелла тогда ему здорово помогли в очередных разборках с Воронами. Маэстро Варрик, несомненно, был прекрасным рассказчиком, а его книгами зачитывались и в Вольных Городах, но сам Зевран не уделял так много времени чтению художественных произведений, поскольку его собственная жизнь сама по себе походила на приключенческий роман с эротическим уклоном – есть ведь такой жанр, ведь так? Можно было бы, конечно, подойти к дворфу и спросить, но слишком уж много народу уже скопилось вокруг. Да и настроения, чтобы слушать байки, не было – к тому же местный контингент очень настороженно относился к эльфу после той так и не успевшей начаться драки и последующего переполоха в казармах. Мутная история, конечно, но, с другой стороны, тот придурок, любящий песни про мабари, сам нарвался. 

 

Отстранившись, эльф откинулся на стуле и бросил беглый взгляд в окно. У замка, в свете факелов, суетились длинные тени – слишком много теней для столь позднего часа. Первая мысль была, конечно, про Воронов, однако вряд ли его приятели действовали столь неосторожно, чтобы попасться настолько издалека. Тем более вряд ли они бы пошли за ним так далеко в Скайхолд. Зевран покачал головой. Он был здесь лицом новым и мог чего-то не знать о здешних порядков. Впрочем, нужно быть на чеку. И поглядывать в окно – а то мало ли.

 

Когда к его столу вновь подошла блондиночка с подносом, на котором  стоял новый кубок с кислым местным вином и тарелка с копчеными ребрами, эльф ласково улыбнулся ей и ущипнул за упругую попку. Когда та рьяно закраснела и захихикала, эльф вновь было приложился к кубку с вином, но едва успел поднести напиток ко рту, готов был поклясться, что услышал оклик снаружи. Зевран никогда не был чересчур мнительным или нервным, но когда ты бежал сюда – на край света – из-за того, что на тебя с новой силой начала точить клюв гильдия профессиональных убийц – волей-неволей будешь реагировать на такие вещи, как последний параноик.

 

Эльф с совершенно будничным видом встал из-за стола и направился к задним дверям – ни у кого не должны были возникнуть вопросы, что направляется он в отхожее место, что неудивительно, после парочки кубков местного поила. Он как можно  бесшумнее открыл двери, шагнул за порог, достал кинжал из-за голенища и внимательно прислушался, оглядываясь по сторонам и надеясь, что ему все же показалась и это всего лишь кошка или собака шумели снаружи.

 

Изменено пользователем Zevran Arainai

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Печаль-беда всей жизни и витиеватых судеб сплетений в том, что в момент, когда груз ответственности и бед, свалившись с плеч, времени освобождает множество такое, что привыкать к его наличию задача весьма нетривиальная. Заткнуть образовавшуюся брешь сложнее, чем сильнее привыкание к ритму привычному имеется и не отлипнуть, не отвязнуть, и будто бы боль фантомная, проявляет себя сие обстоятельство. Все ещё нервных взглядов удостаивается дверной проём, все ещё привычно слух обостряется, когда речи или звуки тревожные до него доносятся. И чутьё слушать по прежнему приходится с особым усердием, ведь не врёт оно, подводило редко, да по пустякам.

 

Маэстро Тетрас, взгромоздясь на табурет, одной ногой на стол упираясь, рассказывает народу историю любимую ими. Слова его, с тембром прелестным, льются в их уши. Вещает он красноречиво, как впервые Вестницу повстречал, посреди заварухи страшной, в самом начале ещё, когда все на адреналине, решив будто всё пустяк рядовой, если можно коим его назвать, надеялись одним ударом всё решить, сил немало приложив, но не все.

 

И в красках Варрик, покрасневший от выпитого, от жара, что от людей и от него идущего, описывает какими были они тогда, казалось бы, целую жизнь назад. Грусть прячет свою, по временам ушедшим, легкомысленным и понятным, за улыбкой обворожительной, в глаза успевает каждому заглянуть, будто бы диалог ведя с каждым по-отдельности, чтобы каждый рассказ проживал самостоятельно, как участник его непосредственный. Верят ведь, смотря-любуются, слушая — наслаждаются.

 

- И никакая сила, нам противостоявшая, не могла остановить нас. Моя дорогая Бьянка, чьи выстрелы мы будем славить, расчищала нам дорогу под смешки мои и под то, как гундел наш Смеюн. Ох, видели бы вы, как он удивился, когда увидел Вестницу! - Варрик изобразил руками и глазами, насколько зрачки Соласа расширились. - Виду старался не показывать, но будто бы был разочарован, что она не гномка-маг! А она, ударом одним сразу двоих срубила, да со смехом таким, что до дрожи врагов должен пробирать. И будь я моложе, да ростом повыше, влюбился бы, как каждый из вас! Но тогда ваш покорный слуга и понял, что эта Вестница, то, что надо…

 

Скрашивал и сглаживал Тетрас углы, как мог, укрывая правду, которая была мрачнее и не для рассказов питейных, за столом их не расскажешь, как на лицах и руках их кровь была, а в глазах застывало непонимание и неприятие, перемешанное с ужасом, и вместо смеха был на их устах лишь отчаяния крик, вопль боевой. Да морали это в ряды не прибавит, ох не прибавит.

 

- А что же леди Инквизитор? - вопрошает голос мужичий из слушателей группы.

 

- Как всегда круче всех и нравом, и навыком, и характером! - не теряясь, Варрик отвечает, Кассандру, по традиции, стараясь в рассказах не выставить объектом юмористических посылов. - Сдержанна, уверенна в себе, лидер во всем и всегда! Слово гномье — врать не стану, но знайте, с нею шутки плохи, господа и дамы!

 

Привычно бросает взгляды на обстановку окружающую, шевеленье замечает. В свете играющем тенями, как игрушками дитя, примечает, что эльф знакомый к дверям направился, и слух напрягает, пытаясь понять, что может крыться за одобрительной речью слушателей, смехом и вздохами кроется. Совпало всё. И звуки, будто речи громкой, снаружи, да движенье это. Эля пригубил Варрик, ладонь пред собою поднимает, обозначая, что паузы требует его болтливая личина.

 

- Прошу прощенья, - ставит он пустую кружку на стол, со своего места спускаясь на пол и оказываясь уже не выше всех, а ниже.

 

Непривычный контраст его из рассказа и обстановки вырывает. Движется к дверям, чтобы воздухом дыхнуть свежим, не спертым и не пропитанным выпивкой, да жрачкой, Кабо не в обиду. Но чаще чем раз тут нужно окна открывать, а то задохнуться можно, с непривычки то. Снаружи видит Зеврана, что оружие в руку взял, да того чтобы не тревожить, вслушивается, всматривается, да толком не понять.

 

- Шумели внутри? … - то ли себе, то ли эльфу, Варрик говорит, спрашивая, понять пытаясь. - Из замка, обычно, шума не доносится. Событие из ряда вон. Проверим?

 

Ведь стало сразу неспокойно. Привычка, хуже неволи. Всегда быть готовому к плохим вестям и быть готовым к действиям. Чем стал теперь маэстро Тетрас? Увы, теперь на краснобая стал он меньше всего похож, чем раньше. Но талант, однако, не пропить. А новые привычки, быть может, пользой могут обернуться, в такой изменчивой картине мира.

Изменено пользователем Varric Tethras

See the puppet master laugh
Astride a pale horse 

2eeacd36caf490c58ead9c3316de807b.jpg.4f336eec1d09b1da07909e15afe3d088.jpg

file.gif.f22b9b32a56971e19cecadb5889fd3a0.gif

Reading out the epitaph
Of our pointless wars
For love we will tear us down.

And take another photograph
For selfie intercourse,

6OiZqhBlFhE.jpg.eb38619fbd214c5a59ff7350d52e9df9.jpg 

 

  • Like 2
  • Ломай меня полностью 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Последнее время солдатики, что-то совсем распоясались и живут так, как им вздумается: кто-то рисует не пойми что, кто-то в азартные игры режется на посту, а кто-то умудряется отлынивать от своих должностных обязанностей. Почему солдатики, хочется спросить? Потому что это сборище ну ни как не походило на нормальную боевую единицу, чтобы назвать их солдатами, воинами. А они ведь защитники порядка. Откуда ноги у этой проблемы растут генерал Инквизиции прекрасно знал. Ответ весьма прост, с какого угла не посмотри – проблема идёт сверху, с офицерского состава. Какой начальник, такие и подчинённые. Нет-нет, бывший храмовник не отменяет своей вины, ему нужно было лучше муштровать своих офицеров, лучше следить за всем. Но ничего, упущения всегда можно исправить, пока ты жив.

Но данный индивидуум, что представлял офицерский состав, наверное, удивлял больше всего, приводил в ступор, в замешательство. Ладно, если бы он проштрафился только один раз и не принёс отчёт только в сегодня, также забыв, что ему завтра рекрутами заниматься, но это происходило можно сказать регулярно. А ведь этот мальчишка был племянником его друга и заместителя Бревоя. Каллену было сложно поверить, что этот глупый мальчишка - родственник такого, как Бревой. Бревой погиб, прикрывая собой Резерфорда и бывший храмовник считал, что обязан хоть как-то расплатиться с павшим товарищем. Он закрывал глаза на выходки этого мальчишки, на неопрятный вид, пьянки, драки с другими офицерами, запаздывание с отчётом. Мальчишку даже стали называть любимчиком генерала, хотя у него таковых не было, для него все были равны. Каллен Резерфорд всегда уважал личное время каждого, конечно, когда оно не мешало выполнению должностных обязанностей.

И насколько же было велико “удивление” генерала Инквизиции, когда он заметил лейтенанта в таверне за кружечкой эля и внимательным прослушиванием басни, что рассказывал мастер Тетрас собственной персоной. Развлечения вместо подготовки отчёта такого качества, чтобы прям гордость за сердце брала... Бывший храмовник крайне медленно приближался к своей цели; о нет, он не пытался идти тихо, не скрывался - доспех, что он носил, не позволял такой роскоши. Поэтому по всему залу раздавалась тяжёлая поступь Резерфорда и такое же громкое позвякивание доспеха. Когда бывший храмовник проходил мимо столика, где сидели его солдаты, те затаив дыхание пытались отвести взгляд, а когда он проходил мимо облегчённо выдыхали. Но, похоже, его жертва была уже в нужной кондиции, чтобы не подозревать угрозы, что медленно приближалась к нему, после чего нависла над ним, не суля ничего хорошего.

Хозяин таверны хотел было уже что-то предложить генералу Инквизиции и Каллен жестом хотел было отказаться, но передумал. На лице его расплылась гадкая ухмылка - всё же мальчишку нужно проучить, негоже зазнаваться так.

- А принеси-ка мне кувшинчик твоего самого дешевого и худшего пойла, дорогуша.

Резерфорд говорил достаточно тихо, но чтобы его заказ услышали. Хозяин таверны явно не понял его, но вскоре в руках у бывшего храмовника находился искомый кувшин. Каллен не слушал историю, что рассказывал мастер Тетрас другим. Он, конечно, уважал искусство и так далее, но эту историю он слышал уже не раз, причём даже в нескольких интерпретациях или редакциях. Или это вовсе совсем другая история была? Хотя какая, в Бездну, разница.

Неожиданно по таверне замаячила эльфийская тень и генерал не обратил бы на это внимание, если бы мастер Тетрас не увязался следом. Каллен медленно наклонил кувшин и с удовольствием наблюдаял, как пойло выливается на нерадивого лейтенанта. Тот было уже вскочил, с возмущением желая нарваться на драку, но, похоже, увидев перед собой генерала как-то передумал.

- Жду завтра твоего отчёта в полдень. С таким перегаром я тебя не подпущу к рекрутам. Как раз вместе подумаем, над твоим наказанием, времени у тебя будет куча.

Каллен поставил пустой кувшин на стол и последовал за “парочкой”. Правда бесшумно и тихо, как всегда не получилось. Остановившись где-то за их спинами, генерал заговорил.

- И что это мы удумали? Устроить налёт на женские бани?


Fight like a man, or die like a coward!

  • Like 2
  • Ломай меня полностью 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вот только тревожные оклики и возгласы, доносившиеся со стороны замка, совершенно не напоминали налёт на женские бани, если не считать того, что голоса порой действительно проскакивали женские. Но то были слуги, бойцы, агенты, носившиеся так, словно бы их подняли по тревоге. Собственно, тревога и была заметна на лице одного из рекрутов, что во весь опор бежал в сторону башни, в которой располагался кабинет генерала Каллена. Тяжело дыша, он промчался мимо стоявшей у таверны троицы… и лишь спустя несколько мгновений, когда он уже добежал до лестницы на стену, он понял, кого чуть было не упустил.

 

— Генерал! Сене… — Он осёкся, прикусив язык и тряхнул головой — уж большо устоялось у большинства членов Инквизиции в голове за этот год, что Сенешалем теперь необходимо было называть Варрика Тетраса в отсутствие Лелианы. — В замке… там…

 

Согнувшись в три погибели и пытаясь кое-как перевести дыхание, он позволил себе ровно пять секунд на то, чтобы хоть как-то успокоить горевшие от перенапряжения лёгкие — рекрутов, обычно, тренировали в как в спринтерском забеге на короткие дистанции, так и в длительном беге на выносливость, но как мог понять Каллен по обозначениям на нашивке, что была на рукаве парня, этот юнец был совсем зелёным. Возможно, что он ещё даже толком не знал, за какой конец меч держать и как щит ставить нужно.

 

— Кажется… отравили кого-то, судя по крикам. Т-там звали лекаря… и стражу ко входу в башню.

 

Проблема в том, что башен в Скайхолде было несколько, если не учитывать те, что были расположены на внешних стенах. В одной располагались гостевые покои, в том числе — те, в которых сейчас проживали высокопоставленные гости из Тевинтера. Вот она, одна вероятная цель — возможно, попытка посеять раздор между недавно заключившими союз фракциями? Вторая башня — или, скорее, крупная веранда — служила приютом воронятне, библиотеке, а внизу обитал столь полезный для Инквизиции эльфийский отступник. Однако, была ещё и башня, в которой располагались покои Вестницы. Ещё одна возможная цель, но… очевидно, вставал вопрос: кто это сделал? О возвращении Вирейнис действительно знали разве что обитатели Скайхолда, за пределы его стен это известие старательно не выпускали. Если жертвой действительно стала Вестница, то тогда это должен был быть кто-то из своих. Тот, кто знал.

 

— Какие будут приказания, с-сэр? — Спросил мальчишка, всё ещё тяжело дыша, но всё-таки уже не столь прерывисто, как пару мгновений тому назад. Спрашивал он, скорее всего, не про стандартные указания вроде того, что всех пускать и никого не выпускать. Речь шла об особых распоряжениях. — Нужно что-то передать офицерам?

 

Да вон же он, один из офицеров — этого уже краем глаза заметил мастер Тетрас. Если память не изменяла писателю, а подводила она его достаточно редко, человек, что сейчас достаточно спокойно спускался с одной из лестниц на стене, был никем иным, как капитаном де Пасаном — орлесианцем, что решил от имени своих соотечественников в Инквизиции высказать всё, что он думал присланной маршалом Пру женщине, что столь громогласно взывала всего десять дней тому назад к верности орлесианцев. Не то, чтобы её речь возымела сильный эффект, но там и тут Варрик слыхал, как порой посланные ещё Селиной бойцы переговаривались по поводу случившегося. Де Пасан, сойдя уже с лестницы, немного удивлённо воззрился в сторону замка, а потом, покрутив головой, заприметил и их самих.

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вопрос Зеврану был скорее риторического толка. Ведь загвоздка была в том, что ни один из них не в чине, чтобы в случае чего-то в замковые помещения ходить, да нос в дела свой любопытнейший совать. Привычка старая осталась, куда деваться, полномочия ведь прикипели, хуже неволи много раз. Да всё пустое, многое могло ведь быть и два невольно всполошившихся мужчины могут лишь впустую распустить весть о тревоге, а там всего лишь, скажем, мышь, и всё прислуга разошлась.

 

"Ну да, потешь себя, умнейший. Ещё скажи, что всё Искательница своей тени испугалась и до икоты начала кричать", - одёргивает себя Варрик.

 

И правым может оказаться, перестав надеяться на бытовую ерунду. Какой же мир, такие же проблемы, от мыши в крик? Та мышь должна быть моровая, не иначе, или наряженная в милые доспехи, украшенные под такой "любимый" красный.

 

У  гнома от мысли лишь одной о красном лириуме на лице проскакивает мина отвращения и злости, да мимолётно, мысли тут же были в вечере и шуме неожиданном растворены. Помог и подошедший Каллен, который, как обычно, словно на парад, и даже поздним вечером, да хоть и ранним утром, вышагивает и со службы будто не уходит в легкие минуты отвлечения. Назвать бы трудоголиком, но он больше солдат, тут нужно слово поточнее. И от того, что начинает он общаться с юморком, даже непривычно делается как-то. Привычка, хуже неволи, знаем же.

 

- Мой генерал, - с ухмылкой Варрик говорит, немного закатив глаза, и взгляд направив на Зеврана, оценивающе на того взглянув. - Ох не думаю, что игра свеч стоит. Гнев барышень умерить можно, но гнев Искательницы за проделки... 

 

Чуть было не сказал, что откупаться может статься новою главой, но свёл к молчанию, нарочно, будто "ну вы же знаете Кассандру", говорит беззвучно. Да диалог не состоялся. К троице на всех парах принёсся кто-то из патрульных. И совсем не пахло тут хорошими вестями. Запахло сразу же дерьмом, которое нежданно и негаданно случилось. И винтики у Варрика в башке так закрутились, что он от ситуации в отрыве оказался, весь мир приостановился и остался в мыслях Тетрас лишь один, наедине с собой. И что там только не придумалось. 

 

"Отравили, звали лекаря. Кого я упустил за этот год?! Ведь проверял, где не сам, там людьми доверенными. Почти на каждого досье при всём желании мог я завести. Каков наглец! Поймал на пересменке. Но как? Кого? Соловушка мне голову не снимет, но мозг-то точно поклюёт, как пить дать!", - всё, что мог подумать Тетрас связно, а остальное составляла мешанина из непонимания, вины, немного злобы, а на лице не прочитать, прошла секунда, гном вернулся в ситуацию, и понял, что в стороне не постоять, и надо как-то действовать.

 

Осматривается, взгляд скоро упирается на человека, офицер, орлесианец, фамилию бы вспомнить... Что-то в той фамилии Варрика так увлекло, что чуть было он не сказал, что с именем таким мужчине надо было пробовать себя в писательстве, а не махать мечом, да солдатнёй командовать. Но спасовал, видать, решил не пользоваться именем своим из прихоти какого-то там гнома, а пошёл по жизни, как военный. 

 

- Де Пасан… - бормочет Варрик сам себе под нос. - Генерал, а вот и офицер. Капитан де Пасан, вот с ним бы вам потолковать. 

 

И делает привычно шаг назад, ведь место знать своё он должен. Как раньше полномочий нет, себе на нос зарубок поставить пришлось буквально сразу, едва сестра Соловушка вступила в должность, вернее, возвратилась на неё. Но привычка...

 

- И перекрыть бы все пути из крепости, ну так, на всякий случай, - не слишком громко, Тетрас говорит.

 

А сам теряется в догадках, кого и как могли бы отравить. Ведь думается самое плохое. Искательница? Вестница? Рюшечка? Кто-то из круга приближённых? Сами собою отпадали некоторые личности из списка жертв. Иначе бы такой ажиотаж не подняли бы, что патрульный сбился с ног, да запыхался он, генерала отыскав. Точно подловили тут из ставки, спора нет. В списке первые две леди, что покой и церкви, и правителей, одним своим присутствием колеблют. Но если то отравлена Кассандра - всё еще понятно,  били в самый верх. Про Вестницу откуда знать могли? Ведь перекрыли к чёрту все информационные лазейки! Или Варрик облажался даже тут? А что если сразили Монтилье? Подозревать ту табуреточную крикунью сразу? И яд - женское оружие, как ни крути.

 

Но ловит Варрик вновь себя на мысли, что погрузился, каламбур вот, в собственные мысли, и быть может все перекрутил и преувеличил. Но время  в должности чему и научило, так это ждать всего и за всё переживать. И камень с плеч перевалённый, оказался лишь раздроблен пополам. 

 

Взгляд по очертаниям башен заскакал, по замку. Веки сами напряглись, хотелось Тетрасу в движении привычном увидеть что-то окромя обычного, чем чёрт не шутит, всякое бывает. Но это всё для отвлеченья. С этой минуты он в следствии участвует, так или иначе, и придётся за Кудряшком таскаться, но можно гнома проводить из сенешалей, но сенешаля проводить из гнома...

Изменено пользователем Varric Tethras

See the puppet master laugh
Astride a pale horse 

2eeacd36caf490c58ead9c3316de807b.jpg.4f336eec1d09b1da07909e15afe3d088.jpg

file.gif.f22b9b32a56971e19cecadb5889fd3a0.gif

Reading out the epitaph
Of our pointless wars
For love we will tear us down.

And take another photograph
For selfie intercourse,

6OiZqhBlFhE.jpg.eb38619fbd214c5a59ff7350d52e9df9.jpg 

 

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Бывший храмовник уже было собирался отвечать прославленному писателю, но до него наконец-то дошла суть происходящего и прчиина неожиданного выхода на улицу. Лучше бы реально эти двое решили устроить налёт на женские бани, чем тот переполох, что сейчас происходил. Ведь Каллен сразу не увидел и не понял, что происходит вокруг. Осталось разузнать только причину происходящего, а для этого нужно было бы направиться в эпицентр “бури” или словить хотя бы того, кто хоть немного понимал, что сейчас происходит. Но идти далеко не пришлось: вон он, появившийся словно из ниоткуда солдат, а точнее прибежавший со стороны переполоха. Манера и построение доклада от бойца оставляли желать лучшего, ведь с его слов было понятно слишком мало, можно сказать ничего, кроме того, что кого-то отравили. Проблема была в том, что не понятно кого. Высокопоставленных гостей, что сейчас находились в крепости? Ведь такое могло вполне бы привести к политическому конфликту, а это лишение возможного союзника в этой воне, а в их положении это непозволительная роскошь. А что если отравили верхушку самой Инквизиции? Себя Каллен к верхушке не относил, так обычный командир зелёных юнцов, не больше, тем более вот он здесь, сейчас, живой здоровый стоит. А значит, остаются только дамы… 

Как только эта мысль посетила голову генерала Инквизиции, внутри, словно что-то похолодело и надорвалось. Только не хватало, чтобы Ви была отравлена, она только что вернулась с “того” света и не хватало, что бы она отправилась обратно… Тем более о её возвращении знали единицы, что частично опровергало теорию о покушении на неё. Значит остаётся Сенешаль и госпожа Монтилье. Их устранение будет сильным ударом и сильной потерей для Инквизиции, но как бы цинично и ужасно это ни звучало, всё же кое-как Инквизиция оправится после него. А вот если умрёт глава всего этого “сброда”, её превосходительство Инквизитор Кассандра Пентагаст, это, скорее всего, всё уничтожит, боевой дух упадёт сразу и слишком сильно, точно так же достигнутый успех распадётся на куски и “гения”, что возомнил себя Богом, будет уже не остановить…

Каллен вновь, правда уже внимательней, посмотрел на мальчишку. И тут открылось то, что воин не смог заметить сразу. Мальчишка был ещё зелен, было бы даже удивительно, если он знает какой стороной держать копьё. Любого другого Резерфорд отчитал бы по полной, устроив просто незабываемые минуты. Но мальчишке нужно было бы отдать должное, держался он вполне неплохо.

- Парень, будет у меня к тебе парочка поручений. Выполнишь хорошо, научу кое-чему. Разузнай подробности о произошедшем и сообщи нашим офицерам, но вот гостям об этом знать не нужно. Про перекрыть все выходы и входы, я думаю, они сами додумаются, не нужно говорить очевидное. И пусть аккуратно начнут проверять гостей. И потом найди эльфийку, что недавно приехала, и убедись, что она в безопасности.

Каллен собирался было уже отпускать мальчишку, пока не вспомнил ещё об одной вещи.

- Ах да, и пусть успокоят этих куриц, что слетели с насеста из-за того, что кто-то попытался украсть яйцо. Нам не нужна суматоха и паника, в ней проще спрятаться и сбежать. Поднажми, парень.

Заприметив спустившегося к ним орлесианского офицера, быстрыми шагами генерал Инквизиции направился к нему.

- Добрый вечер. Господин де Пасан, не будете ли Вы так любезны собрать своих людей на плацу?


Fight like a man, or die like a coward!

  • Like 3

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Рядовой несколько мгновений стоял с открытым ртом, выслушивая приказы генерала и стараясь уловить каждое слово, кивая при этом, словно болванчик. Услышав приказ об эльфийке, юнец уставился на Резерфорда с некоторой толикой удивления и непонимания — видимо, не осознавал, что именно от него требовалось в данной ситуации и, скорее всего, не знал он и о какой эльфийке речь тут вообще шла. Однако, как только ему велели приступить к исполнению, рядовой умчался выполнять приказ всё столь же споро, как и когда он прибежал к самому генералу ранее.

 

Капитан де Пасан молча воззрился на генерала Резерфорда, вопросительно вздёрнув бровь. Выглядел он достаточно свежо для столь позднего часа, но возможно то была лишь игра неверных теней под Брешью. Когда Каллен изложил свою просьбу, вторая бровь орлесианца присоединилась к первой в удивлении.

 

— Генерал, тут дело не в любезности, а в приказе. Вы говорите — мы исполняем. Но… — Тут Де Пасан осмотрелся по сторонам и слегка развёл руками, словно пытаясь привлечь внимание собеседника к окружающей обстановке. — Сейчас уж ночь, темным-темно. Мои подручные бойцы уже час как ушли на боковую. Могу ли я узнать, к чему такая спешка и подъём как по тревоге?

 

Возможно дело было в том, что в последнее время в Скайхолде подъёмов по тревоге не происходило как таковых. Да, ставка Инквизиции зорко бдила за окрестными владениями, но ещё ни разу враг не заявлялся сюда, в самое сердце Морозных Гор, обнажённое взору Бреши. Экономить силы и дать бойцам отдохнуть в принципе было разумным решением, так что от части вопрос капитана был оправдан.

Каллен смерил внимательным взглядом орлесианского командира, словно пытаясь понять, пытается ли тот что-то скрыть, или на самом деле не понимает, что происходит. Не замешан ли сам Де Пасан во всём этом или появление его — лишь невинное совпадение. Всё же решив поверить в честность такого же вояки, как он сам, генерал Резерфорд решил ответить на поставленный вопрос.

 

— Похоже, что один из наших гостей не знает, что такое закон гостеприимства и решил его нарушить. Нам бы очень хотелось его найти и любезно потолковать с ним или с ней о возмещении нанесённого ущерба.

 

Бывший храмовник замолчал, ненадолго вновь оценивающе смотря на де Пасана. Следующий вопрос генерала мог поставить в тупик, а возможно и вовсе оскорбить собеседника.

 

— Скажите, капитан де Пасан, вы знаете всех Ваших солдат хорошо? Возможно, в самый последний момент к Вам присоединился кто-то новый? Заранее прошу прощения, если оскорблю Вас. И в мыслях не было.

Лицо де Пасана вновь стало спокойным, словно услышанное им было чем-то ожидаемым или само собой разумеющимся.
 

— Диверсия. Понятно. Что же касательно моих людей... При всем уважении, генерал, я не могу знать подноготную всех и каждого. Под моим непосредственным командованием находится достаточно народа, чтобы человек моего возраста начал путаться в именах и лицах. А новички... Сами знаете, сэр, они есть всегда.

Невозмутимость де Пасана откинула подозрения Каллена в дальний угол сознания.

— Конечно, понимаю. Поэтому хотелось бы проверить все ли новички на месте.

— Хорошо. В таком случае, я бы не стал поднимать по тревоге всех ребят, сэр — им нужен отдых. Я могу проверить бараки самостоятельно, если пожелаете.

— Займитесь этим, капитан.

 

Получив разрешение и откланявшись, орлесианский капитан поспешно развернулся на каблуках и отправился выполнять приказ. Тем временем, беспокойство в замке всё не унималось — похоже, что по тревоге подняты были не только расположенные внутри патрули и стражники, но и, судя по всему, агенты Лелианы — Варрик видел, как из ворот замка чуть ли не бегом выскочили две знакомые ему дамы, а именно агенты Серебрянка и Риттс. Одна побежала в направлении кухонь, вторая — в сторону комнат для прислуги, расположенных в одной из башен — Тетрас как минимум мог предположить, какой приказ им был отдан, раз речь шла об отравлении. В то же время Зевран своим зорким глазом успел заприметить, как через один из многочисленных выходов из подземелий пошатываясь вышел человек, успевший сделать лишь пару шагов, после чего рухнувший на мёрзлую землю. Кажется, в руке у него была бутылка… возможно, действительно человек перепил, предпочтя столоваться не в таверне, а в погребах замка. Что же до Каллена, то генералу стоило бы заняться раздачей дополнительных приказов офицерам для обеспечения максимальной безопасности Скайхолда в экстренной ситуации, но… как знать, возможно, ещё одна голова с аналитическим складом ума пригодится несколько больше здесь, в самом пекле.

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Час от часу не легче, заноза за занозой в пятках Инквизиции является, едва ли, не ежечасно. Порождаются проблемы словно бы из воздуха, а воздух, вдруг, пропитан подлостью, коварством. По смыслу, даже разящий удар в спину честнее, чем яд в еде, или напитке. Гадко ощущение, получить удар, что не увидишь, и который может зреть не час – не два. А может месяцами медленно вытягивать из тела нити жизни. Бывали страшные примеры, где человека ядами опаивали месяцами и как ужасно то, во что тот превращался. 

Но тут удар, был, очевидно точечный, по сердцу, чтобы наверняка решить вопрос и его закрыть. Инквизиция для многих на глазу как гадкое бельмо. Где открытыми военными мероприятиями ничего и не решить, там действует методика пера и яда. Таковы реалии баталий дня насущного. Но если план сработает успешно, враги не позабудут всей военной мощью обрушиться на оплот Инквизиции. Одно за одним, потянутся последствия. Какая-то лишь доза той отравы может карты мира спутать, и принести победу тем, с кем столько времени борьба идёт.

А Варрик слушает, о чём общаются вояки. Разбирает фразы де Пасана по косточкам, по крупицам. Поди узнай ты, кто смог учудить, но вряд ли капитан. Доставка яда точно в цель возможна способами слишком ограниченными. Через еду, быть может через кожу даже, но для этого нужен физический контакт. Остаётся еда, напитки… Кухня, слуги могут пронести и отравить трапезу по месту. Так же, как и слуги, что работают в стенах замка. Достаточно лишь рядом им с едой оказаться. И готово. 

Будто вторя варриковым мыслям, Риттс и Серебрянка промелькнули в сторону комнат, да кухни. Соловушка уже работает, значит, всё еще в игре и не сражена смесью гадкой. Как минимум – неплохо. Кресло сенешаля не придётся снова занимать. Не было бы счастья…

- Мой генерал, – полушутливо Варрик обращается к Каллену, делая в сторону его лишь шаг и голос понижает, чтобы уши лишние не слышали. – Проверю деятельность слуг на кухне и их комнаты, быть может наш любитель ядов где-то наследил. 

И собирается уже идти, как по привычке старой вдруг задерживается, оборачивается к Резерфорду:

- Кудряшек, осторожнее с едой, с напитками… И оглядывайся чаще. Яд, тебе известно, чьё оружие.

Прозрачнейшим намёком изложил свою мысль Варрик, и отправился шагом, куда более спешным сразу же туда, куда и оба агента. Решить куда идти – в комнаты слуг или на кухню, было решено непосредственно по ходу. И мыслей было по поводу такому множество. Решительно представить себя на месте отравителя хоть и сложно, но всё ж таки можно. 

”Попасть внутрь, или быть внутри. Оказаться непосредственно рядом с трапезой кого-то из верхушки – ещё сложнее, чем внутрь попасть. Допустим, кто-то из слуг простых или кухонных. Во втором – не нужно даже внутрь попадать, если знать для кого порция, когда употребят. В первом… тоже, но за доступом на кухню всё ж таки следят, пропавшие отсюда пироги тому виной.  В маршрутах преступника, или диверсанта, должно быть пересечение со всеми вариантами. Так что же, где найти? И у него должны же быть пути отхода, или место, где пересидеть. Покинуть Скайхолд не так просто”, – шагает гном и думает, думает, несколько раз едва ли не сталкивается с прохожими, так в мысли углубился, что взгляд лишь под ноги, буравит землю под ногами.

Ноги сами заводят в комнаты для слуг. Тетрасу кажется, что, как минимум логично тут проверить всё возможное. От быта, до деталей, которые бы даже самый плохенький художник не оставил в поле зрения. И в помещениях заметно становится теплее, кожа от холода покрасневшая, мигом согревается, с лёгкими покалываниями на коже. Гном трёт руки, осматривается. И замечает он агента Риттс. Её внимательность к деталям и ум, достаточно рабочий, чтобы, может логику понять и за что-то помочь ей уцепиться. А если нет, Серебрянка на кухнях, да и вообще осмотр кухни, тоже было бы неплохо учинить.

- Постой, Хитрюшка, – негромко обзывается гном с девушкой. – А ну, поведай-ка экс-сенешалю, что там в замке-то случилось. Любопытство двух гномов сгубило, одного опоило, второго купило. Да помочь хотелось бы уладить то, что произошло. Но учти, что если скажешь, будто это тайна, буду в добровольческом порядке под ногами путаться. Хоть и не в должности, да по старой памяти...

 


See the puppet master laugh
Astride a pale horse 

2eeacd36caf490c58ead9c3316de807b.jpg.4f336eec1d09b1da07909e15afe3d088.jpg

file.gif.f22b9b32a56971e19cecadb5889fd3a0.gif

Reading out the epitaph
Of our pointless wars
For love we will tear us down.

And take another photograph
For selfie intercourse,

6OiZqhBlFhE.jpg.eb38619fbd214c5a59ff7350d52e9df9.jpg 

 

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Де Пасан был прав, будить всех солдат, что сейчас в бараках ни к чему хорошему не приведёт и дело было далеко не в том, что им нужен был отдых. Вся суть проблемы состояла в том, что если всех сейчас поднять, начнётся суматоха и даже если виновника изначально не было на месте он легонько сможет затесаться под шумок в строй так, что этого никто и не заметит, и выйдет совсем сухим из воды. Но можно ли доверять самому де Пасану? Этот вопрос возникал в голове Резерфорда уже не первый раз. Но всё же бывший храмовник решил довериться орлесианцу, по крайней мере, пока, в данной конкретной ситуации. Возможно, что это вовсе кто-то из прибывших тевинтерцев, что так внезапно, словно подарок Создателя появились, с яростью и ненавистью по отношению к своему новоявленному божку. Слишком много вариантов, а ответов и хоть каких-то подсказок на них пока не предвиделось, а дорога каждая секунда. Поэтому простаивание на улице, под холодными ветрами, наблюдая за удаляющейся спиной орлесианского командира, точно не принесёт никаких плодов, а только окажет виновнику жирную услугу.

- Варрик, а не пора ли нам тоже выдвигаться…

Но Каллен понял, что говорит уже скорее сам с собой, поскольку господин гном сосредоточился сейчас на совершенно другом. Генерал Инквизиции так и остался стоять с приоткрытым ртом, не высказав свою мысль, словно его собственному мозгу требовалось слишком много времени, чтобы обработать услышанное, или в мозгу и так было слишком много всевозможных мыслей. Он пришёл в себя лишь тогда, когда Варрик оказался уже довольно далеко. Воин тяжело вздохнул и повернулся к другому своему компаньону.

- Ну что, господин Зевран, похоже, мы остались пока вдвоём, чтобы расхлёбывать сложившуюся ситуацию…

Но что-то в виде эльфа или его поведении заставило генерала задуматься, что он вновь говорит сам собой, а компаньон словно находится в ином мире сейчас, иль возможно что-то заметил, но хочет, как и господин гном, проверить свою догадку. В общем, бывший храмовник пришёл к выводу, что сейчас с Зевраном говорить сравни звать кого-то в метель.

Каллен развернулся на каблуках и отправился в поисках своих доверенных командиров, которые сейчас не спят и уж тем более не пропускают очередной стаканчик в местной таверне. Он не сомневался, что новичок выполнит его приказ, но вот с какой скоростью и не напутает ли чего – это уже серьёзный вопрос.

”Демонова выпивка, демоново неудачное время, демонов паразит, демонов божок… Нет чтобы всё было по очереди, как-то по нормальному, не всё и не сразу. Так нет же, всё должно произойти сейчас и сразу, а потом боли голова и решай гору проблем.”

Благо долго “гулять” в поисках не пришлось. Атракс, один из его командиров, тоже решил выйти и проверить, что всё-таки за суматоха происходит. Генерал Инквизиции быстрым шагом направился к нему. Резерфорд сразу начал говорить, не давая собеседнику вставить и слова: времени на объяснения и ответы не было.

- Атракс, слушай внимательно и не задавай лишних вопросов. Собери всех наших, возьмите с собой только проверенных ребят, кому вы готовы доверить свою спину. У нас тут “небольшая” диверсия с покушением, ядами и прочим. В принципе, очередной способ “развлечения” благородных. Задрайте все лазы и норы, если нужно, подключите разведчиков, кого угодно, чтобы не то, что мышь, даже насекомое не проскочило. Кто попробует проскочить – задерживать, но не убивать. Желательно. Отправь нескольких ребят на помощь Лелиане, пусть помогают прочёсывать каждый уголок. Спрашивай у наших, не видели ли они кого-то подозрительного, кто появился недавно, но уже всем уши прожужжал, чтобы одновременно быть перед глазами, но и скрываться в тени. Мне нужен этот уродец, Атракс, желательно живым. Я просто мечтаю послушать его душераздирающую историю.

Не дожидаясь ответа Каллен Резерфорд направился в самый эпицентр бури, чтобы воочию увидеть сцену развернувшейся драматической пьесы.

“Я слишком стар для всего этого де… Уже как старик начинаю думать.”


Fight like a man, or die like a coward!

  • Like 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Риттс замерла лишь на мгновение, когда Варрик окликнул её. Бывший сенешаль или нет, а вернувшаяся Лелиана основательно взялась за своих подопечных, устроив тщательную чистку — те, в чьей лояльности были сомнения, оказались на допросе или же в карцере; те, в ком сомнений не было, но чьи способности не подходили под возросшие за год стандарты Соловья, перенаправлялись на другие должности. Риттс по стечению обстоятельств оказалась среди тех, кто всё же остался работать при новом сенешале и эльфийка понимала, что за болтовню её по головке не погладят уж точно — в конце концов, ей было положено выполнить определённое дело и сделать его нужно было как можно скорее. В то же время, разведчица понимала, что рано или поздно известие о событиях в замке достигнет ушей тех, кто находится за его пределами. И Варрик так-то, по сути, тоже был одним из тех, в чьей лояльности как минимум пока что не сомневались.

 

И всё же, язык твой — враг твой. Рассказывать много в любом случае не стоило.

 

— Замок поднят по тревоге, мастер Тетрас. — Коротко произнесла она, направляясь дальше к комнатам для прислуги и, видимо, полагая что дворф последует за ней. — Произошло отравление, и мы пытаемся выяснить, кто к этому причастен. Сенешаль велела нам собрать прислугу в одном месте и допросить. Вы можете помочь, если желаете, но всё же постарайтесь именно что помочь, а не под ногами путаться.

 

Понятное дело, что часть прислуги до сих пор (или уже) была на ногах — кто-то всё ещё был на кухне, подготавливая еду на следующий день, а те, кто находился в замке, наверняка уже носился сломя голову, исполняя приказы и матеря всех и вся за неминуемый недосып и усталость на следующий день. Но с большей частью обслуживающего персонала Скайхолда можно было переговорить весьма оперативно. Тогда как Риттс будила несчастных слуг ото сна, Серебрянка шустро приводила других с кухни.

 

— Мы проводим расследование в связи с экстренной ситуацией в замке. — Когда по большей части вся прислуга была на месте, Риттс вновь заговорила. Забавно, как жёстко звучал сейчас её голос — неужели это так Лелиана её за месяц натаскала? — По приказу сенешаля, мы разыскиваем всех, кто имел доступ на кухню, а также к покоям Вестницы Андрасте. Нам необходима любая имеющаяся у вас информация, а также слова свидетелей. Если вы видели нечто подозрительное, мы также просим вас обо всём рассказать.

 

Однако, говорить или выходить вперёд никто не спешил. Тревога в воздухе была практически осязаемой… как и страх. Ведь если что-то случилось с Вестницей, головы того и гляди полетят.

 

Командир Атракс вопросов и не задавал, лишь внимательно выслушал приказ вышестоящего офицера, после чего буркнув дежурное «будет исполнено» направился исполнять приказ. Понятное дело, что понадобится какое-то время, прежде чем приказы будут исполнены в полной мере, но кажется агрессивное улеподобное жужжание начинало из замка постепенно перетекать и на всю оставшуюся крепость.

 

И странно, что капитан де Пасан в нараставшем хаосе выглядел столь спокойно и не к месту — Каллен заметил, как орлесианец поднимался по лестнице, что вела на стены крепости. Да, оттуда можно было попасть к баракам, но это определённо был не самый короткий к ним путь. Более того, он был достаточно длинным… и де Пасан шёл относительно неторопливо.

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Времени нужно совсем немного, чтобы понять о человеке перед собой какой-то пласт информации, что он излучает своим поведением. Поистине, мало в мире игроков, способных даже в первичном контакте сыграть так, что не раскусят никак и ничего. Кто в Торговой Гильдии бывал, тот…

 

Риттс, смышлёная, хитрая, способная. В период службы сенешалем, Варрик отмечал таланты девушки и научился подмечать в ней важное для себя, говоря о нужном для неё. Он — не Лелиана. Другого покроя, но цели и пути параллельны. И видя, как Риттс запинает, думает о том Варрик, что не стоило бы и девчонку напрягать. Побыть в тени, послушать, посмотреть, решить что делать, или вовсе бы не лезть.

 

В глубине души обидно. Знаете, по-детски так. Беда случилась, а экс-сенешаль узнал последним. Ведь знают же, что не болтун, не предатель, что помимо должности имеет Тетрас и свои подвязки. Был бы он полезен. А тут, всего лишь в парочке заминок агентессы, вдруг, он понимает, что с должности не просто попросили — вычеркнули. Баланс восстановили в пользу прежней сенешаля. А что со старым? Даже в такой беде не вызвали помочь. Или в том мог быть сентиментальный посыл, чтобы не заставлять нервничать и ошибаться, как за Бартранда…

 

«Искательница...» - внезапно выдаёт запутавшийся разум гнома.

 

Об их взаимоотношениях потом подумает писатель, сейчас — к делу. Без промедления и лишнего немыслимого с мыслимым в коктейле, голову надобно держать. И именно помочь.

 

- Я буду полезен, обещаю,- не по привычке твёрдо Варрик говорит. - И мешать не буду. Серьёзно все. Змеи проклятые, ударили, как крысы!

 

Остаток фразы Тетрас прошипел на повышенных тонах, но сдержался. Решился быть поблизости от Риттс, и внимательно проследить за всеми, кто тут соберётся. Помогал агентам он по мере сил. Прислугу спешную подзывал и направлял, оставшись у входа, будто часовой. Удивительно, как общая тревога и шум поднятый, так запросто, могли весь люд превратить из разумного в баранов стадо. Направь — скажи, а дальше будут блеять за свою шкуру опасаясь. Так оно всегда и работает.

Пусть плюсов к своему расположению такими жесткими мерами действующие лица и не получат, зато есть цель, её надо достигнуть, распутать клубок и отравителя вывести на чистую воду.

Собрались все вместе. Серебрянка и Риттс сработали скоро, ладно, у Варрика это вызвало чувство ободрения. Внутри немного улеглось, да говорить ему уж было не так тяжко, как минутами ранее. И то ли это, то ли злоба, то ли самая вина за недогляд и недосмотр, да теперь хотелось именно ему, да, гному, писателю, краснобаю, найти отравителя, вычислить и пришпилить арбалетными болтами прямо к воротам. Тетраса лучше не злить…

 

А Риттс не со злобы жесткой была на словах. Словно бы Соловушка её устами говорит. Косится гном, даёт договорить. Эффекта ноль. Собравшиеся слуги смотрят, мнутся, прячут взгляд. Боятся. Про наказуемость инициативы будто вспомнив.

 

Качает Варрик головой. Рукой Риттс за локоть касается:

 

- Пусть поводья, Хитрюшка, дай — ка я.

 

Шажок навстречу делает собравшимся, лицо попроще, лёгкая улыбка и на глаза, казалось бы, он залил доброты своей, с которой выступает на бочках в той таверне. Прокашливается, собирается с мыслями, думает. Силком тут никого ведь не заставить.

 

- Ну что же вы, хранители Скайхолда, опустили головы и нас боитесь? Кто кроме вас расскажет нам о том, что происходит мимо наших глаз? Вы глаза, и уши, и то всё ценное за что дерутся все наши солдаты, маги и послы! Сейчас, беда пришла к нам в дом, подкралась гадко, с тыла, и ударила в тех, кто за нас не спит ночами, также, как и вы. Напрягитесь, вспомните. Виновных надо наказать. Тех, кто ничего не знает, мы отпустим по делам. Кто что-то знает, обижен тут не будет, слово гнома. Лишь виноватый, чья вина доказана, получит по заслугам, - осматривает Варрик всех с надеждою в глазах, по доброму ища ответа в каждой паре глаз. - Я знаю, что никто из вас не стал бы нам причинять вреда. У вас и семьи, и дом тут, и жалование. Так помогите! Не дайте тому, за что вы каждый день корячитесь так просто взять и посыпаться пылью глинной со стены пробитой. Вы видели, хоть что-то, хоть кого-то подозрительного. Я знаю. Вы знаете. Нужно лишь немного поболтать со мной, и Риттс, и Серебрянкой… Ну же!

Голос негромкий, с тембром тем, каким рассказывает Варрик байки. Нельзя тут угрожать, давить, размахивая арбалетом. Другой тут нужен дар. Его он и пустил на дело. Сработает — прекрасно. А если нет… Тогда и будет думать. К утру он всё равно узнает, кто учинил диверсию. Найдёт. Не будет лиходею добра за это. Где-то между чем-то политическим проскочила искра личного. От неё запылал костёр.


See the puppet master laugh
Astride a pale horse 

2eeacd36caf490c58ead9c3316de807b.jpg.4f336eec1d09b1da07909e15afe3d088.jpg

file.gif.f22b9b32a56971e19cecadb5889fd3a0.gif

Reading out the epitaph
Of our pointless wars
For love we will tear us down.

And take another photograph
For selfie intercourse,

6OiZqhBlFhE.jpg.eb38619fbd214c5a59ff7350d52e9df9.jpg 

 

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Одним из самых страшных одновременно как грехов, так и добродетелей Каллена Резерфорда, была его воинская прямолинейность. Когда вопросы касаются тактик, стратегий, распределения войск, обучения разного рода бойцов - тут знаний генерала Инквизиции хватает, здесь его мозг приобретает необходимую быстроту и ясность мышления. Но когда дело доходит до хитростей, расследований всего того, чем занимается сенешаль, бывший храмовник знатно проседает: ему не хватает знаний, опыта и гибкости. Не известно, в чём заключается причина – в нежелании лезть туда или всё же он уже обжёгся однажды, когда пытался плавать в этом пруду? Или всё же стремился выжечь из себя храмовника полностью, не только зависимость от лириума. Скорее всего, третий вариант – ведь он разочаровался в них, разочаровался в Церкви. Если так подумать, то это – детская обида, всего лишь глупость мальчишки, а не мудрость взрослого мужчины, на котором лежит большая ответственность за жизни многих. Мудрый полководец использует все приобретённые навыки за всю свою жизнь и не важно, как они были получены.

Проблема состояла сейчас лишь в том, что Каллен не мог здраво размышлять, былая холодность ума была уничтожена, развеяна пеплом над рекой. Целый рой мыслей витал в голове Разерфорда по причине того, что он не знал, кого именно отравили и насколько сильно, и чем всё это чревато, если вовремя не предпринять меры. Да и мысли сейчас были слишком прикованы к одной персоне, которая только нашлась и которую было страшно потерять. С каждым шагом генерал ускорялся. Если бы не статус и хорошая вышколенность, он бы побежал, как те, кто сейчас в панике бегают вокруг замка. Если бы только разум бывшего храмовника был холоден и гибок, как обычно, когда он может разложить всё по полочкам от А до Я. Если бы он не перестал бы открещиваться от того, кто он есть на самом деле и принял бы себя, таким как есть. Всё это “лишь если бы” и некому было одёрнуть и привести…

Лишь на мгновение, но Каллену показалось, что на его плечо легла рука, чтобы остановить его, встряхнуть его и образумить. Генерал Инквизиции повернулся и не увидел за спиной никого. Только холодной ветер казалось, шептал что-то, словно Создатель решил выглянуть из своего убежища и напомнить заплутавшему ягнёнку, кто он есть. Резерфорд прикрыл на мгновение глаза. Глубокий вдох морозного воздуха, что бы прогнать разбушевавшийся огонь внутри и медленный выдох, что паром вырвался изо рта воина. Глаза медленно открылись и сейчас вокруг шарился не взгляд вояки, который ищет лишь драки, не руководствуясь фактами и доводами, а цепкий взгляд храмовника, что хватается за всё, что не задерживается. Храмовника, что годами ловил тех, кто решил, что магия даёт им право считать себя выше других, что она делает их слишком особенными.

Каллен Резерфорд снова оглянулся по сторонам. Всё было по-прежнему, все бегали, кричали, устраивали не нужную суету и панику. И всё бы было ничего, если бы де Пасан не находился до сих пор в поле зрения бывшего храмовника. Странный путь выбрал орлесианец, да ещё и шёл выполнять приказ как-то слишком медленно, можно бы было сказать, что словно тот сейчас на прогулке был. Не нравилось всё это, ох как не нравилось, нутром генерал чуял, что что-то тут не то. Или де Пасану было просто плевать или этот орлесианец что-то знал. Как храмовник, Каллен сразу же откинул первый вариант, ибо ничто в этом мире, в этой жизни, не делается просто так. Проследить бы за этим офицером, но тихо, прячась в тени уж никак не получится – в этом Резерфорд не преуспел, да и латы не позволят двигаться тихо, а снимать их слишком долго.

Каллен быстрым шагом направился за де Пасаном и вскоре нагнал его. Поровнявшись, бывший храмовник молвил, правда, пока он смотрел только перед собой.

- Вы не против, де Пасан, что я решил составить Вам компанию? Всё же время сейчас весьма неспокойное. Не хотелось бы мне, что бы с Вами случилось чего-нибудь, я просто не могу этого допустить.

Каллен на мгновение глянул на де Пасана, а потом вновь посмотрел вперёд.

- Как Вы думаете у кого хватило наглости и глупости совершить такое? Может наши «друзья» с Севера?

Каллен сейчас казался потерянным, задумчивым, словно котёнок на распутье, что не может выбрать верную тропу. Но на самом деле он внимательно следил за де Пасаном, за каждым жестом, за каждым действием, за каждым изменением в голосе, за мимикой, за всем, что бы ни одной мелочи не упустить.


Fight like a man, or die like a coward!

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Даже после речи Варрика слуги не сразу решили заговорить — точнее, первым из них заговорил юнец, у которого ещё молоко на губах толком не обсохло, а вместо усов и бороды пробивался лишь лёгкий стыдливый пушок. Он огляделся по сторонам, то ли ища поддержки у товарищей по делу, то ли опасаясь, что подслушать его слова может кто-то чужой, но потом чуть выступил вперёд. Судя по тому, как он пристально смотрел на Варрика, говорить он собирался именно что с дворфом, а не с двумя суровыми разведчицами — что поделать, краснобай куда больше к себе располагал как минимум своим добродушным видом.

 

— Я не знаю насчёт подозрительного, мастер Тетрас, но я могу попробовать рассказать, что видел за прошедший день. Может, вы что-то в моём рассказе заприметите подозрительное. — Он неуверенно плечами. Судя по голосу, мальчишка явно волновался… хотя, может быть, у него просто ломался голос, как это бывало со всеми парнями его возраста. Достаточно сильный акцент выдавал в нём орлесианское происхождение. — Я помогал в готовке с самого утра. Мне передали, что Вестница желает сладостей, а поскольку я сын пекаря, я и решил за них взяться — пирожные с засахаренными ягодами… свежих-то в это время года не найти. Но раз Вестница желает, то почему бы и нет? Собственно… я спустился в кладовую за ингредиентами, всё приготовил ко времени подачи, передал служанке. И, вроде бы, всё. В остальное время я занимался готовкой уже другой выпечки.

 

— Мне было велено приготовить Её Святейшеству Вестнице тёплого антиванского вина со специями и мёдом — она, по слухам, вернулась вместе с Инквизитором Пентагаст будучи простуженой. — На сей раз, говорила женщина куда старше. Седины в её волосах было куда больше, чем цвета, была она весьма сухопарой, с блеклыми от старости глазами и лапками улыбчивых морщинок на лице. — Как по мне, нашу Вестницу какая-то простуда пронять не способна, но всегда стоит быть начеку. Сугрев-то и то хорош будет в этом промозглом месте

 

Ещё несколько человек после этого выступили вперёд, рассказывая о том, каким образом они могли быть причастны к тому, что случилось с Вестницей — кто-то приносил ей пищу, другие приходили в её покои, чтобы сменить бельё или принести постиранную одежду. Серебрянка и Риттс с некоторым недоумением во взгляде переглянулись, после чего дружно перевели взгляд на Варрика. С одной стороны, рассказ прислуги не представлял из себя ничего необычного — просто рутинное описание не менее рутинного дня. Однако Варрик всё же знал эльфийку несколько ближе, чем парочка агентов — он странствовал с этой долийкой бок о бок, сражался рядом с ней, он знал её характер. Да, пускай не как облупленную, но достаточно неплохо. И как минимум одна вещь в рассказе слуг не стыковалась с тем образом, что он знал.

 

***

 

Судя по тому, как капитан Де Пасан резко замер, когда он услышал за спиной быстрые тяжёлые шаги, отдававшие звуком бряцавших доспехов, он не ожидал, что за ним пойдут следом. Он замер на несколько мгновений, обернулся и, выждав момента, когда Каллен с ним поравняется, продолжил идти — как ни странно, заметно быстрее, чем раньше.

 

— Сам генерал Каллен и присматривает за моей безопасностью? Мессир, не знай я Вас чуть лучше, я бы подумал, что вы со мной флиртуете. — Однако, на лице орлесианца не было и капли той игривости, что подразумевалась под произнесённой фразой. — Без сомнений, подозревать надо всех и каждого. Тевинтерцев в том числе и, я бы сказал, в первую очередь. Нет ничего хорошего, что родом происходило бы из этого рассадника ереси. К тому же, откуда родом этот Старший и венатори? Какая у них цель и какой стяг?

 

Де Пасан пожал плечами, словно бы говоря тем самым, мол «сами посудите, сами поймёте». Он как минимум старался быть спокойным, судя по всему, но опытный взгляд храмовника всё же замечал некоторую напряжённость в поведении капитана, хотя скорее всего причиной тому была общая напряжённость обстановки в Скайхолде на данный момент и всепоглощающая паника, снизошедшая на крепость.

 

— Но, если говорить реалистичней, я бы сказал, что это дело рук кого-то из приближённых. Того, кто будет незаметен, кого не станут подозревать. Это может быть кто-то из верхушки, кто-то из прислуги. Кто угодно. — Он перевёл взгляд на Каллена. — Вы. Я. Мальчонка, что выносит горшки. Да хоть сама Вестница Андрасте — мало ли, что у неё с мозгами произошло после этих её приключений. Где вообще гарантии, что она не скрывала безумие всё это время? Вы же знаете, как она… любит набрасываться.

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Сыграй в игру по правилам, которых просто не существует. Тайну разгадай, которая была загадана невольно, в ходе действий, чтобы разгаданной не быть. Найди первопричину урагана, обрати время вспять. Чтобы клубок распутать, надо ухватиться за самый краешек нити. А начало он, или окончание — неясно. Тут тебе как повезёт, великий сыщик. На то тебе даны мозги. А клубочек непростой, он приведёт к той тайне. А она, такая гадина, оборотившись девой, прикрыв лицо своё чернючим капюшоном, уносясь на черной лошади в ночи, тебе лишь скажет:

 

- Ты меня не увидишь больше.

 

Ах, как эта зарисовка так похожа на ситуацию. Чем дальше миг свершённой подлости, тем вернее будет потерян след преступника. И, с высоты своей малёхонькой колоколенки, Варрик может разглядеть лишь часть той нити, из которой состоит клубок.

Смотрит. Слушает. Вникает. На этих слуг всё его внимание ушло. Движение, взгляд, хоть что-то…

Даже речь не пробила. Стареет что ли краснобай? Да ну, мужчина хоть куда, всё остальное ерунда. То страх, да неразбериха. Опосля ко всем хорошие мысли придут, и по кусочку может выстроится история. Ну а пока, работать надо с тем что есть.

Сначала заговорил юнец, малец, точнее. И от слов его, неосознанно руки на груби в замок сложились, нахмурились брови. Что-то из услышанного резануло. Пока мысль дошла, добавила к ней еще и заслуженная труженница кухонь.

Мысли в голове раскрошились на слова, перед глазами лист бумаги, а они на них. И все видны. Тут «яд», «отравление», «вестница», «вино», «пирожные», «инквизитор», «тревога», «слуги». В миг остались только «яд», «вестница», «вино», «пирожные».

 

«Та Вестница, которую я знаю, вряд ли знатно помотавшись стала бы налегать на сладкое. А вот вино она, хе, сколько она под мои байки его попила? И заедала воздухом, либо существенным, а не этим… Ну если бы Рюшечка еще, то я бы не обратил внимания. Но Вирейнис...», - одна рука к подбородку подтянулась, пальцами его охватив.

 

Варрик глаза поднимает на высказавшихся слуг. Он понимает четко, что вряд ли тут вино при чём-то. А если и при чём, то явно не так. Было бы весьма оригинально, но эта леди тут слишком давно, и если бы хотела отравить сама, или по указке, тот весь Скайхолд бы лежал и в муках корчился. А вот малец-то, да, в список подозреваемых добавляется. Но нутро подсказывает, что сыграно всё лишь его руками, а он наивный, глупый, молодой, исполнил указание. Молодец, исполнительный.

Теперь, главное, разговорить его ещё на что-то, да и остальным дать шанс, вдруг заговорят. Руки в бока утыкает, улыбку свою неотразимую натягивает на лицо. Гном снова будет говорить.

 

- Так, два кусочка от картинки мы имеем. Может, кто-то что ещё добавит? Не стесняемся. Самый пустяк, а вдруг найдётся в том зацепка. Вы их не бойтесь, - кивает он на Риттс и Серебрянку, а глазами разведчицами на паренька указывает, моргая, подавая знак, что найден нужный элемент головоломки. - Не кусаются, хоть и суровы с виду. Вы ж с ними один кров тут делите.

 

Заметив, что разведчицы могут не так понять, Варрик сам навстречу юноше шаг делает, за рукав хватает и волочит за собой в сторонку.

 

- А у пекаря хочу рецепт пирожных узнать. Вдруг я тоже захочу такие. Давайте-давайте, расскажите этим двум леди всё, что происходило у вас тут за вчера-сегодня. Не то Каллена позову, у него разговор короткий, - на всякий случай припугнул всех Варрик страшною бабайкой, генеральского ранга.

 

Пекаря отводит буквально за угол, на том лица нет. Перепуган, как бы не потерять собеседника, с разрывом сердца.

 

- Да не робей ты, Пироженка. Просто расскажи, кто тебе передал, что Вестница изволит сладкого покушать. Или тебе кто-то помогал, или вертелся рядом. Знаю я, малец, что ты не виноват ни в чём. А потому, мы лишнего про тебя не скажем. Но ты — мне, я — тебе. Выкладывай, всё, что было странного с этим необычным «заказом», - Варрик хлопает пекаря по плечу, стараясь того встряхнуть, лишь бы сработало.


See the puppet master laugh
Astride a pale horse 

2eeacd36caf490c58ead9c3316de807b.jpg.4f336eec1d09b1da07909e15afe3d088.jpg

file.gif.f22b9b32a56971e19cecadb5889fd3a0.gif

Reading out the epitaph
Of our pointless wars
For love we will tear us down.

And take another photograph
For selfie intercourse,

6OiZqhBlFhE.jpg.eb38619fbd214c5a59ff7350d52e9df9.jpg 

 

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Бровь Каллена взлетела вверх, а его взгляд выражал какую-то смесь полнейшего удивления и негодования по поводу неуместности шутки. Но генерал Инквизиции быстро взял себя в руки и решил пропустить это “замечание” мимо ушей, ссылаясь, что де Пассан пытается разрядить обстановку. Хотя всё это может быть аккуратно спланированным планом отхода или просто способом потянуть время, чтобы дать его тому, кто всё это устроил или или исполнил. Выбора сейчас особого не было, нужно было играть пока по правилам, быть до невозможности учтивым и добреньким. По-хорошему, Резерфорд сейчас бы прижал этого напыщенного орлесианца и вытащил бы из него всё до самого последнего, сделав все его внутренности наружностями. Бывший храмовник никогда не был сторонником дипломатии и подобных игр, которые так удачно ведут Лелиана и Жозефина, слишком уж он прямолинеен. А игры в дознавателей и тому подобное лучше оставлять профессионалам. Но что делать, когда этих профессионалов нет под рукой? Приходится изворачиваться.

- В свете нынешних событий, лучше в одиночку никому не оставаться. Особенно столь высокопоставленным и известным офицерам. Не хотелось бы потом объяснять Императрице, что случилось с её поданным и почему мы не смогли проследить, чтобы он находился в безопасности у нас в гостях. Да и я, как генерал, не могу позволить потерю столь опытного офицера и хорошего советника.

На фразу про флирт Каллен не обратил внимания, отмахнулся от неё, как от назойливой мухи. Ответа про тевинтерцев он ожидал, ведь это было стандартный заготовленный ответ. Ещё несколько лет назад, да что там говорить, ещё бы год назад бывший храмовник сказал бы тоже самое. Тевинтер – место, где маги правят всеми и всем; место, где магия – твой главный атрибут и показатель статуса; место, где храмовники лишь для других стран имеют власть, а на самом деле занимают место не особо лучше рабов. Но сейчас время было совершенно другим. Орлей был ничем не лучше Тевинтера со своими Играми, интригами и прочим. Сегодня Орлей – твой лучший друг, а завтра орлесианец всадит нож в спину, чтобы оказаться в самом выгодном положении. Все эти рассуждения Резерфорд оставит при себе, не нужно их выказывать при де Пассане, может закончиться весьма неудачно.

- А выгодно ли им это сейчас? Я не думаю, что Старший оставит им их нынешний уклад и позволит дальше жариться в собственном соку, хоть он и сам оттуда родом. Может, это кто-то из Вольной Марки. Или вообще привет из далёкой земли отцов?

В словах де Пассана была доля истины. Но доверия не вызывали лишь те, кто появился относительно недавно среди них. Когда орлесианец стал “обвинять” прислугу, себя, Каллена, бывшей храмовник реагировал вполне нормально: ему было плевать, поливают его грязью или нет, но вот по поводу Вестницы… такого он не позволит никому. Лишь на мгновение, на секунду в выражении лица храмовника промелькнула ярость и жажда убийства. Будь сейчас другая ситуация, другая обстановка, Резерфорд лично бы, собственными зубами, перегрыз бы этому напыщенному индюку горло.

- Герб Вашего государства – лев, де Пассан, и его же выбрал собственным гербом я, хотя и не из Орлея. Лев – благородный зверь. Хоть вместо него охотятся львицы, но когда кто-то угрожает его прайду, он убивает сразу жестоко, хладнокровно, а если ещё и причинил вред, тогда не найдётся даже самой глубокой ямы, чтобы скрыться от его гнева.

От взгляда генерала Инквизиции не ускользнуло, что де Пассан ускорил свой шаг с его появлением. Да и спокойствие было каким-то… слишком наигранным, но ещё рано, нужно ещё немного подождать, прежде чем надавить.


Fight like a man, or die like a coward!

  • Like 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах