Перейти к публикации
Поиск в
  • Дополнительно...
Искать результаты, содержащие...
Искать результаты в...
Alistair Theirin

Тедасский соус кесо

Рекомендованные сообщения

Гость Zevran Arainai

– Никому не доверять – вариант, разумеется, беспроигрышный, если ты хочешь остатки дней провести или в обнимку с кружкой или в доме для душевно больных, – похвалил Зевран. Он не давал прямого ответа, потому что его у ассасина не было, но сама мысль отринуть все яблоки мира из-за того, что одно попалось с гнильцой была абсолютной глупостью. Это как навсегда отказаться от секса, если попался неудачный партнер.

 

Зевран помотал головой. Он лично доверял многим людям: Изабелле, Тальесену, бордельмаман мадам Свистунелло, Айдану, девочке Зоське, которую он буквально пару часов назад оставил одну в “Жемчужине”. Доверять – одно дело, но это не означало пускать в душу и сердце. Доверить можно что угодно: оружие, удовольствие, честь, да даже жизнь. Если никому не верить недолго и поехать головой, а голова может еще как пригодиться. Хотя бы для того, чтобы заливать в неё дешевую выпивку и думать невеселые мысли об устройстве этого дрянного мира.

  

– Я обломался с покушением, мой ворчливый друг, потому что у меня на было времени на подготовку. Мне дали несколько людей и поставили перед фактом – убить двух стражей. На тот момент я ничегошеньки о вас не знал, потому и прокололся. Положился на отряд, который выделил мне любезный наниматель, – эльф нарочно не сказал имя Логейна вслух, чтобы не спровоцировать у и так малость пришибленного тяжестью жизни блондинчика остогарские флешбеки. – Тут ведь знаешь как... чтобы узнать человека нужно внимательно за ним наблюдать. Некоторые, – эльф кивнул на распевающиего бранные гномьи песни Огрена, – читаются как раскрытая книга, но большинство – сложнее. Взять хотя бы тебя, – эльф прищурился. –  Вот ты наверняка жутко боишься щекотки. Тебя жутко смущают разговоры о сексе. А еще ты любишь сыр. И фигурки. И каждая деталь характеризует тебя с той или иной стороны. И каждая деталь может быть использована как против тебя, так и тебе во благо. И так с любым. Нужно больше подмечать деталей. Больше слушать. Наблюдать, как хищник за жертвой. Иногда покопаться в грязном бельишке… Но надо ли тебе это на самом деле, Алистер?

 

А Алистеру все на давали покоя татуировки. Это было очень даже весело, на самом деле. В Ферелдене татуировками покрывали себя в основном дикари и бандиты, но то были нелепые, некрасивые, неаккуратные тату – как и большинство ферелденского, по мнению Зеврана. Эльфа веселило, что несмотря на опасность темы, Алистер вновь поднял её. Значит действительно зацепили – и Ворон не мог его винить. Его татуировки были прекрасным дополнением за бронзовой коже.

 

– Татуировки – это целое искусство, друг мой. Некоторые несут сакральный смысл, некоторые просто подчеркивают красоту тела. Их наносят длинной иглой, вкалывая под кожу чернила, – ласковым, почти сахарным голосом начал Араннай. – Но до этого кожу нужно подготовить. Выкупать в бадье с розовой водой и оливковым маслом. Сделать особый массаж по древней антиванской методике. Медленно нанести эскиз по контуру… Ооо, это целый ритуал, блондинчик. Но ты же не с праздным любопытством интересуешься?.. Нам нужно подумать, где достать бадью и оливковое масло в этой дыре! Что бы ты хотел, чтобы я запечатлел на твоей нежной бархатистой коже?

 

Эльф откровенно веселился. Он игриво наблюдал за Алистером, надеясь увидеть на его лице гнев, возмущение или румянец – любой вариант устроит.

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Кажется, слова про масла, бадью и прочие увеселения вывели Алистера из равновесия. Несколько мгновений после того, как эльф закончил разъяснять процесс, Страж просто смотрел на него. Так, словно впервые увидел, да не эльфа-убийцу, а какую-то чудную зверушку. Или как если бы Зевран принял облик этой самой зверушки. Правда, в это время разум Ала лихорадочно искал какую-то другую тему, КРОМЕ масел, бадьи и массажей. Несколько раз во время этой заминки парень даже открывал и закрывал рот, словно рыба, вытащенная наружу. Честно говоря, судя по выпученным глазам он рыбу-то и изображал — пришибленную такую. На всю голову.

 

— Ты забыл мою одержимость собственной причёской! Ставлю соверен, что с волосами ты ничего не сделаешь, ХА! — торопливо выпалил бастард, совершенно не думая о том, что по остальным-то пунктам Зевран был охрененно прав, — Если только налысо побрить. Но они же отрастут всё равно! Проверено церковными матушками. Да и копаться в белье — Создатель, нет же, оно же может слишком дурно пахнуть! Не, не, не надо наставлений, так проживу…

 

Добавлять про то, что «не от убийцы-неудачника уж точно» Алистер не стал. Хотя подобное обращение он уже больше считал скорее подколом, нежели оскорблением. Неизвестно, правда, как на это смотрел сам Зевран — быть может, ему было неприятно. Создатель милостивый, когда это Алистер стал задумываться над тем, что может не понравиться этому антиванскому прохиндею?

 

Правда, тут поток мыслей как-то прервался и вновь вернулся к татуировкам. Стоило признать, что молодой Страж действительно был заинтересован в этом, ещё до встречи с Зевраном. Мысль о том, чтобы попросить набить грифона где-нибудь на плече была заманчиво дурацкой. Правда, раньше Ал так и не решился, а теперь, видать, был достаточно пьян, чтобы идея вновь вернулась в дурную голову. Но Создатель милостивый, серьёзно?! Масла, баня и массаж?! Что этот эльф, демон его подери, собирался делать?! Вкалывание чернил, конечно, звучало достаточно болезненным, но Алистер не раз и не два сражался на передовой. Уж явно это не так больно, как огрести мечом от гарлока в живот, а потом лежать и не рыпаться, пока Винн залечивает рану и запихивает кишки обратно.

 

— В-выкупать в бадье с розовой водой и маслом..? Это звучит странно, знаешь? И потом м… м-массаж? Ты ж шутишь, верно? — голос Алистера как-то несколько надломлено звучал, словно он того и гляди готов был скукожиться и забиться в угол; но была там и некоторая толика надежды на то, что Зевран действительно нёс брехню, лишь бы потешиться за счёт недохрамовника, — Я… з-знаешь, я как-то не очень уверен в том, что это хорошая идея. Да и иголки… в кожу. Вдруг ты мне их в рёбра случайно того-этого и мне будет и щекотно, и больно? Может… может, как-нибудь в другой раз? П-потом?

 

Создатель милостивый, ещё и глазами так зыркает, словно того и гляди подмигивать начнёт! Нет, наверняка в Денериме есть ещё кто-нибудь, кто занимается этими татуировками. Без всяких массажей, масел и прочих излишеств, которые Ал совсем не считал связанными с процессом.

 

Впрочем, пару мгновений спустя Алистер осознал одну страшную истину. Татуировку он всё-таки ХОТЕЛ.


No soul, knows his trouble
High upon his throne.
Loved by few and judged by many
He bears that weight alone.

g0OMJIs.png

It's a life long expedition:
Second guessing your decisions,
Trying to find out what's been missing.
Pages keep on filling.

Heavy is the head that wears the crown...

  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Эльф смотрел на блондина абсолютно трезвым и серьезным взглядом, без намека на ехидную улыбку, но все же он веселился во всю, наблюдая за тем, как королевский отпрыск смешно сопит, пыхтит и оправдывается, явно, впрочем, заинтересованный татуировкой, но смущенный всем остальным, что предлагал Зевран в комплекте. Араннай-то и не надеялся на такую прекрасную реакцию – он ждал, что блондин густо покраснеет отведет глаза и постарается замять тему, но Алистер перешел на этап торгов, что эльфа веселило и подначивало. Когда ферелденец брался торговаться с антиванцем, это выглядело, словно маленькая дворцовая собачка начинала лаять на слона. Зевран, впрочем, был не слон и решил с собачкой поиграть.

 

–  Ты еще так молод, mi amigo... – интересно, а сколько Алистеру на деле лет? Иногда краснеет, как тринадцатилетний, иногда ворчит, как старый дед. – … но “потом” может и не настать. Мой учитель всегда говорил, что от жизни нужно брать все и сразу. Появится ли на твоем жизненном пути мастер из Антивы, который, из чистой любви к искусству, сделает тебе татурировку, массаж и приятные воспоминания да еще и никому не расскажет, если ты того пожелаешь? Алистер, mi dulce pastel, эти иглы тоньше волоса, а мои руки нежнее шелка. Ты и не почувствуешь ничего. 

 

И подмигнул.

 

На секунду эльф задумался о том, что Алистер действительно согласится на все это – и ему стало еще смешнее. Он представил, как раздетый – и красный как рак – юноша залезает в бадью с водой, как втягивает голову в шею, когда его касаются смуглые руки, покрытые розовым маслом, как он, наконец, принимает себя таким, какой он есть и, в конце концов, раскрывается, словно розовый же бутон и в следующую ночь, без тени смущения, зовет Морриган себе в палатку.

 

Ну как же это уморительно.

 

–  Представь: расправляющий крылья грифон на твоем плече! Или спине. Или чуть пониже, – эльф наклонился к Алистеру и перешел на почти что шепот. - Да все ферелденские девушки будут счастливы, когда ты снимешь рубашку – или штаны. Серый Страж – Грифон. Звучит, а? Ну признайся себе, ты хочешь этого, а у нас сегодня свободный вечер. Позволь мне сделать все за тебя, Алистер, ты ведь этого хочешь.

 

Право слово, соблазнить глуоко верующую недотрогу-аристократку, верную мужу, было проще, чем Алистера. И менее азартно, если честно. И уж точно не так весело. Эльф подлил ему еще алкоголя и призывно смотрел – абсолютно серьезно.

  • Like 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создатель, за что я так провинился, а? Когда Зевран ДЕЙСТВИТЕЛЬНО взял и подмигнул Серому Стражу, тот издал сдавленный непонятный звук. Словно бы под дых получил нехило так. Вкупе с сжиравшей его неуверенностью и волнением, это нарисовало на лице Алистера полную отчаяния гримасу. И он очень, ОЧЕНЬ хотел отстраниться куда подальше. Но за спиной был лишь другой стол и стул с очередным посетителем, так что бежать особо некуда.

 

Самое страшное? Этот остроухий гад знал, на что давить. Словно мысли недохрамовника прочитав заговорил о татуировке с грифоном. Как-то сомнительно было, что наличие татуировки действительно вызывало у девушек столь лютый восторг. Но вот возможность на собственном теле запечатлеть то, что было Алистеру так дорого… отметить то, что определило его жизнь… Я серьёзно об этом думаю. На пьяную башку, но всё равно думаю. Чтоб тебя демоны сгрызли, Зевран. Я же теперь не смогу перестать.

 

Издав некое подобие раздражённого рыка, Страж усиленно помассировал виски. То ли в попытке протрезветь, то ли чтобы прогнать мысль, ставшую практически навязчивой за столь короткое время. Или всё и сразу, потому что наверняка связано было — такое безумие на трезвую голову обдумывать не станешь. Не станешь реально пытаться представить, каково всё это будет. В особенности — как будет смотреться. Конечно же, к несчастию бастарда, нужного эффекта «массаж» не возымел.

 

— Ты хотя бы знаешь, как этот грифон выглядит-то? — Алистер еле сумел выдавить из себя некое подобие скептицизма в ответ на воодушевлённые попытки Зеврана его убедить; он всё ещё был крайне не уверен в том, что затея была адекватной — больше смахивало на брошенный по пьяни вызов. — Ты ж его только на гербе и видел.

 

Как и все в последние несколько веков, услужливо намекнул предательский голосок где-то внутри, ставший сильнее за счёт нетрезвого состояния. Как больше никто и никогда. Всё имело начало и конец. Хуже всего — сейчас они как никогда близко были к вероятному концу. Мор шуткой не был, и Серый Страж об этом знал получше остальных. Сколько раз они был на грани жизни и смерти за это время? Сколько раз ещё окажутся? Может статься, что кто-то из их маленького отряда безумцев не выживет. Может даже никто и не выживет. Конечно, задумываться о подобном совершенно не хотелось, вот только реальность регулярно напоминала о возможности. И… Зевран был, к несчастью, прав: потом может и не настать. Для всех них. Нельзя полагаться на то, что им будет везти, что Винн вытащит из хватки смерти. You only live once. Ну, дважды, учитывая случившееся в башне Ишала, но исход один: не всегда тебя будет спасать старушка средней степени добродушности.

 

Смущение, чувство подвоха и столь свойственный живым существам эгоизм с целью поиметь желанное, возможно, последний раз в жизни, агрессивно боролись в душе бастарда. Проблема была в том, что эгоизму помогал алкоголь и не столь приятные воспоминания о прошлом. Сколько раз в жизни он получал то, что действительно хотел? А сколько раз ему приходилось жертвовать своим комфортом ради других? Айдан говорил, что Алистеру стоило взять себя в руки. Научиться принимать решения самостоятельно. Возможно… возможно вот оно, первое действительно самостоятельное решение? До жути глупое и безрассудное, но всё же.

 

Алистер гневно сопел, едва ли не выпуская пар из ноздрей — столь яро у него кипел мыслительный процесс. Он пырился то на свою кружку, то на Зеврана, то на свои руки, после чего круг повторялся. Но всему приходит конец. В том числе мыслительным процессам.

 

— ЛАДНО! — слишком громковато рявкнул он, стукнув кулаком по столу, от чего на звук посетители заоборачивались; заметив это, Ал всё же заговорил уже тише. — Ладно. Спина. И никаких… никакого троганья ниже пояса!

 

На этих словах Алистер, сурово щурясь, уставился на эльфа, указывая ему в лицо пальцем.


No soul, knows his trouble
High upon his throne.
Loved by few and judged by many
He bears that weight alone.

g0OMJIs.png

It's a life long expedition:
Second guessing your decisions,
Trying to find out what's been missing.
Pages keep on filling.

Heavy is the head that wears the crown...

  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

- Знаю, – утвердительно кивнул эльф. Он хотел пошутить, что видел много такого, чего Алистеру и не слилось, но решил ограничиться коротким ответом. Еще спугнет малыша.

 

Зевран сидел довольный, словно кот, даже не скрывая теперь сладкой улыбки. С грифоном он попал в самое яблочко. Угадать, на самом деле, было совсем не сложно: или грифон, или мабари, а, учитывая как горели глаза блондинчика, когда Винн, расчувствовавшись, рассказывала свои стариковские истории про Серых Стражей прошлого, выбрать между собакой и грифоном было вовсе несложно. Тем более, грифон действительно выглядел грозно. Такое тату  слишком буквально и слишком кричало о себе, себе бы Зевран такое не сделал, но для Алистера оно было очень даже подходящим. Ферелденцы они же простые, как палка, с которой играет их мабари: им не нужно изящности и полутонов, у них от этого голова перегревается и они пунцовеют до самых кончиков ушей.

 

Алистер старательно думал: Зев, кажется, мог услышать, как крутятся шестеренки в его голове. Шур-шур-шур. Мысль проросла в блондинистой голове и начала давать о себе знать, поглощая собой разум. Алистер на самом деле хотел татуировку и даже то, что набивать её будет антиванский убийца, которому он, вообще-то, решил не доверять, теперь его не так сильно смущало. По крайней мере не так сильно, как то, что придется раздеться  перед ним. Бедный маленький Алистер, он видимо считает, что сможет чем-то удивить выросшего в борделе антиванца. Воистину, наивность – наивысшая благодетель, Андрастианской Церкви следует пересмотреть свои приоритеты и брать в сан вот таких вот милых мальчиков, которые будут краснеть при слове “член”. Это, по крайней мере, будет смешно наблюдать. Да и мужские голоса разбавят хор: все будет веселее.

 

Шур-шур-шур. Шестеренки продолжали крутиться, набирая скорость. Алистер так сопел, что из ноздрей чуть ли дым не шел. Зевран молчал, наблюдая и наслаждаясь открывшимся зрелищем. Такой блондинчик нравился ему гораздо больше, чем угрюмый и хмурый, которого он встретил, когда только вошел в трактир. Что бы там бастард не думал про антиванца, Ворон был и в половину не так плох. Эльф даже не думал, что Алистер подговаривал Айдана казнить эльфа и бесконечно ворчал на него, бросая косые взгляды. Зевран на самом деле хотел помочь Алистеру сегодня. И, коль скоро он захотел татуировку, он ему её сделает. Не зря же он таскал с собой инструменты из самой Антивы?

 

- Как скажешь, tarta, не сильно то и хотелось срывать твою розу, – эльф дразнится. – Пойдем, я знаю место, где нам никто не помешает.

 

Они пойдут в бордель, конечно. О том, что он там оставил в одиночестве милую девушку, эльф уже не думал. Тут вопрос стоял гораздо острее: нужно было помочь блондинчику повзрослеть и принимать взрослые решения самому.

  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Да ты надо мной издеваешься…

 

Алистер не был завсегдатаем этого места. Создатель милостивый, да он даже сюда не захаживал ни разу. Не имел мысли или желания сюда захаживать и вовсе хотел держаться от этого заведения подальше. Но вот, они стоят перед ним. Прямо на пороге печально известной «Жемчужины». Бастард ещё даже не вошёл внутрь, а душащий сладковатый запах духов и разврата уже витал в воздухе. От одного нахождения поблизости от борделя парень хотел помчаться прочь, броситься в ближайшую лужу и вымыться в ней. Даже лужа, в которой свиньи купались, казалась ему чище!

 

— Я думал, что мы всё сделаем в таверне в одной из комнат! Там же бадьи с водой тоже приносят! — и тон, и выражение лица недохрамовника говорили о его негодовании, в то время как его голос и вовсе пошёл на повышение в октаве, — Ты точно сейчас издеваешься. И смеёшься. Пусть даже я этого не слышу, но я знаю, что тебе смешно. Но это не смешно, Зевран!

 

Но ещё даже не услышав ответа эльфа, Алистер в некотором ужасе осознал, что ответ будет определённо «да». А если кто-то увидит, что я туда захожу?! Или, что ещё хуже, меня узнают?! Почему я не могу прямо сейчас провалиться на Глубинные тропы? Создатель, ПОЖАЛУЙСТА, Я ХОЧУ ВЫПОЛНИТЬ СВОЙ ДОЛГ! А ведь узнать могли, учитывая не иллюзорное сходство с Кайланом, хоть матери у них и были разные. Вся уверенность в необходимости получить столь желанный рисунок на теле начала улетучиваться со скоростью полёта стрелы.

 

Потому что вот зайдёт он такой туда. Увидят его работающие там… леди. Да, леди, потому что Алистер был приучен относиться к женщинам именно так и никак иначе. Морриган была неприятным исключением из правил. Так вот, увидят они его и ведь начнут улыбаться! Подмигивать! Возможно даже заманивать его своими формами в облегающих платьях — не мокрых, спасибо Создателю. Или мокрых. В борделях же нет женщин в мокрых платьях, да? Это же неудобно… но они так хорошо облегают тело, так очерчивают контур, так… ПОЧЕМУ ЭТИ МЫСЛИ У МЕНЯ В ГОЛОВЕ ВОВСЕ?!

 

— Дыханье Создателя, я слишком трезв для этого… — выдохнул он уже тише и несколько спокойней, если так можно сказать, после чего покачал головой и прикрыл глаза. — Ты уверен, что нам прямо-таки надо идти сюда? Или ты решил, что пока я купаюсь в этой розовой, прости меня Создатель, воде, ты успеешь… того-этого-самого с одной из… леди? Потому что я достаточно быстро моюсь!  

 

Это объяснение как минимум в голове Алистера звучало более-менее логично. К тому же, оно кое-как, но позволяло юнцу сохранить какие-то толики достоинства. Он ведь мог просто сказать, что сопровождает товарища в бордель. Или что охраняет его. Или ещё что-то… проклятье, это всё равно звучало ужасно. Что если Зевран одну из тех самых девушек решит притащить в комнату, где Алистер будет мать его полуголый и мокрый?! Да, может эльф и заявил, что вроде как совращать парня он не собирается, но никто же не требовал такого от работавших здесь леди! А если леди будут, и если он будет мокрый после купания, то мокрого платья не избежать.

 

Разум Алистера скакал от одной безумно пошлой идеи к другой. И некомфортно теперь ему было отнюдь не ментально, а уже вполне физически. Своё тело, как и свои пристрастия, Ал всё-таки знал, несмотря на то что с женщиной ещё так ни разу не возлёг.

 

— Только не мокрые платья, только не мокрые платья, только не мокрые платья…


No soul, knows his trouble
High upon his throne.
Loved by few and judged by many
He bears that weight alone.

g0OMJIs.png

It's a life long expedition:
Second guessing your decisions,
Trying to find out what's been missing.
Pages keep on filling.

Heavy is the head that wears the crown...

  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

– В таверне антисанитария! – многозначительно ввернул эльф научное слово. – Не ерничай, я почти все свои татуировки в борделе сделал и в борделе набивал. Тут работается легче. Да и местная владелица мне кое-чем обязана, так что с нас денег не возьмут. У тебя есть лишние? Я вот на свои последние сбережения фигурку гномскую тебе купил и больше не готов на тебя тратиться финансово, дорогой друг мой Алистер. 

 

О “санитарии” в борделе говорить, конечно, не приходилось, но откуда бы церковному мальчику это знать, он в борделе то и не бывал никогда? “Жемчужина”, конечно, была не образцовым заведением такого класса, но и они были не в Антиве, а с функцией первого завдения такого класса для бондинистого бастарда она вполне справится. Тем более что они здесь для того, чтобы просто снять апартаменты с бадьей, полной теплой воды. Зевран хватает красного от смущения и пьянющего Алистера за руку и уверенно тащит внутрь. Лучезарно улыбается маман Санге, которая приветливо кивает им в ответ.

 

- Сердце мое, нам с милордом комнатку бы, – томно говорит Зевран. – С большой бадьей теплой воды, чистыми полотенцами и розовым маслом. Ты же не откажешь мне, свет души моей?

 

- Тебе как всегда повезло, Зевран. Один важный клиент как раз октазался от… вечера в компании моих девочек и комната свободна. Вода еще не должна остыть. Но это только от большой моей любви к тебе, и от такой же не малой дружбой с Изабеллой.

 

Gracias cariño. Te adoro. 

 

Санга хмыкает, но кивает эльфке в сером невзрачном костюме.

 

- А у тебя неплохой вкус на мужиков, антиванец, – говорит хохяйка борделя вслед, придирчиво изучив Алистера. Зевран еле сдерживается от хохота и, все еще крепко держа блондина под руку, чтобы не сбежал, тащит его за служанкой. Та отводит их в просторную комнату и закрывает за собой дверь. Зевран присвистывает: такого богатого помещения в этой Ферелденской дыре он увидеть не ожидал. В воздухе пахнет эфирными маслами и благовониями, в большой бадье плавают свежие розовые лепестки, большая кровать застелена чистым шелковым бельем – разве что полотенца, сложенные в форме лебедей, портят всю картину. Пошлость какая.

 

- Ну, дорогой друг, раздевайся и полезай в бадью, – командует Зевран. – Я, так и быть, не буду подглядывать и подготовлю пока инструмент.

  • Ор выше гор 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Про то, что в борделе санитария наверняка была не лучше, Алистер промолчал… ибо если ещё до входа в бордель Алистер покраснел аки варёный рак, то после комментария бардель-маман у него, кажется, из ушей повалил пар. Создатель милосердный, я не собираюсь же с ним… того-этого! И бастард действительно хотел это сказать. Даже рот открыл, уже слова на языке были. Да только ассассин с такой настойчивостью его тащил за собой, что парень натурально опешил. Слова объяснения застряли где-то в горле, и лишь паникующее выражение лица могло хоть что-то выдать наблюдателям. И вырвавшийся из его горла тихий сдавленный звук, похожий на скулёж. Хвала Создателю, хотя бы служанка ушла сразу после того, как привела клиентов в комнату.

 

Которая, к слову, выглядела достаточно прилично. Для борделя. Да и для трактира тоже — по крайней мере в том месте, где они были вынуждены остановиться, такой чистоты не было. И полотенец в форме лебедей тем более не было. Как они их так сложили-то? Алистер даже невольно заинтересовался этим делом, разглядывая изгибы ткани. Да и зачем оно сделано так-то? Разве в бордель не ходят просто ради удовлетворения собственной похоти? Лебеди-то почему? Можно было бы и просто сложить стопочкой…

 

Впрочем, наверное, Алистер опять чего-то не понимал — честно говоря, он не особо хотел выяснять, чего именно. Чем дольше он находился в этом месте, тем менее чистым недохрамовник себя ощущал. И это несмотря на то, что ему предстояло для начала искупаться. Создатель, ему здесь вовсе было не положено находиться! Он ещё даже с девушкой ни разу… а тут бордель. Сразу. Хотя и не по той причине, по которой сюда приходили обычно.

 

Ситуацию усугубило то, что несмотря на закрытую дверь, в борделе было достаточно шумно. Понятно почему. И понятно какие звуки Алистер прекрасно слышал из других комнат. Ему не нужно было на всё это смотреть, чтобы осознавать происходящее. И осознавать, что в борделе никто не услышит твои крики паники. Потому что все будут думать, что тебе хорошо и трогать тебя не надо.

 

— Грёбаное дерьмо на проплешине треклятой Матки порождений-задниц… — а учитывая то, что ругался Алистер в исключительно редких случаях, он только что выдал с головой то, насколько ему было дурно от всей этой ситуации.

 

Запах благовоний напоминал ароматы курений в Церкви. Но церковных пений слышно не было… хотя мало ли какие пожелания тут могли выполнить. Сомнительно, что тут есть статуя Андрасте, перед которой можно все грехи замолить. Была лишь наполненная водой бадья с розовыми, мать их, лепестками, от одного вида которых бастард чуть не подавился непонятно чем. Порождения тьмы? Да хрень собачья! Вы попробуйте, будучи девственником, в бордель прийти! И чтобы вас ещё купал антиванский эльф-убийца, который не только по девочкам. После такого можно и на Глубинные тропы идти — ниже уже всё равно некуда!

 

— Создатель, врагам моим несть числа…

 

Но он пришёл сюда. Он явился сюда, потому что треклятый эльф его уговорил. Он решился, несмотря на то что вся эта затея была полным безумием. Безрассудством. Подставить свою спину, своё оголённое тело профессиональному убийце! Пусть и неудачнику. Но всё же.

 

Алистер решился. И он должен был пройти это дело до конца. Он был слишком пьян для того, чтобы отказаться, и слишком трезв для того, чтобы ему было побоку. Но раз уж взялся…

 

— Тьмы их, против меня восставших,

Но вера моя силы укрепит…

 

Несмотря на количество брони и одежды, скидывал с себя всё Алистер достаточно быстро — опыт своё дело делал. Он знал, что, куда и как нужно потянуть, чтобы от кирасы побыстрее избавиться. И всё то время, пока бастард раздевался, он постоянно бубнил себе под нос почти всем андрастианам известные строки. Песнь Света, псалмы Песни Испытаний. И лишь когда он залез в бадью, он умолк, невольно всё же вздрогнув, несмотря на тёплую воду. Алистер чувствовал себя едва ли не чужим в этом месте. Он хотел сбежать, хоть голышом, но подальше. И он не думал, что Зевран хотя бы на минуту представлял, каких усилий воли молодому Стражу стоило оставаться на месте, сутулясь и сжимаясь, словно нахохлившийся зимою воробей.


No soul, knows his trouble
High upon his throne.
Loved by few and judged by many
He bears that weight alone.

g0OMJIs.png

It's a life long expedition:
Second guessing your decisions,
Trying to find out what's been missing.
Pages keep on filling.

Heavy is the head that wears the crown...

  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Он… молится?.. Прелесть какая.

 

Зевран стоял к Алистеру спиной и, честно, не подглядывал. а перебирал свои иглы – предмет гордости, который он носил во внутреннем кармане свое куртки в бархатном футляре. Они были сделаны мастером-гномом на заказ из особого сплава серебра, стали и метеоритного железа. Одна из немногих красивых вещей, что остались у антиванца от прежней красивой жизни от которой он так неумело убежал в этот демонов Ферелден. Эльф медленно брал иглы, по одной, и опалял их в пламени большой свечи, после чего раскладывал ровным рядом на чистом белом полотенце. Он не торопился, предоставляя Алистеру возможность смириться с происходящим – или даже убежать, сверкая пятками и ягодицами. Потому что когда он опустится в теплую воду, дороги назад не будет. Зевран уже достал с полки розовое масло.

 

–  Знаешь, Алистер, ты напомнил мне одну гранд даму, из Антивы. – эльф говорил очень доверительно и спокойно, все еще занимаясь инструментом и предоставляя Алистеру личное пространство, пока он отмокал в бадье и привыкал к расслабляющей горячей воде. Чтобы заглушить тихие стоны и скрип кроватей, эльф не придумал ничего лучшего, как рассказать малышу байку. Сказку перед тем, как он станет мужчиной… малышом с татуировкой. – Мадам де Турве, баронесса Нижнего Города, но её называли не иначе, как Монахиней. Но узнал я об этом позже, – эльф ухмыльнулся, сложил полотенце с иглами и положил его на столик рядом с кроватью. Туда же поставил свечу. – Помнится, я был тогда молодой и зеленый. Дамочка приметила меня в театре, где я следил за своей жертвой, и привела к себе домой. Шутка ли – такая опытная женщина заинтересовалась моей персоной, представь!  Конечно, я старался в меру сил и возможностей, мой друг, чтобы не ударить в грязь лицом, а она в процессе как заголосит своим глубоким грудным контральто… – Зевран набрал голоса в грудь и попытался изобразить, но получилось, конечно, не так наполнено и зычно, хоть и довольно похоже:

 

- Они во мрачных недрах обитали 
 И скверну, как поветрие, неся,
 Неудержимо множились.

 

Зевран запомнил эти строфы наизусть – перепугался он тогда, как говорят ферелденские крестьяне, до усрачки.

 

–  Я замер с перепугу. А она продолжала, продолжала: “Числом всё возрастая, опускались глубже, глубже, глубже... – эльф повернулся наконец к Алистеру, он улыбался весьма доверительно, откровенно веселясь со своего рассказа и с того, каким дураком он был тогда. – Потом она поняла, что движения остановились и тоже замолчала, похлопывая меня по заднице – мол продолжай, дорогой мальчик. А я… – эльф уже улыбался во всю. – А я вскочил и убежал. Прямо в чем был сиганул с балкона… Изгнала Монахиня демона молитвами... Но у тебя, друг мой Алистер, не той глубины голос, изгнать меня не получится. Но всегда можно договориться. 

 

Эльф с хлопком открыл бутылочку с розовым маслом и обильно смазал свои все еще отливающие бронзовым загаром Антивы руки. Только руки.

 

–  Ну что, дорогой, как водичка? Сейчас я подойду и мы выберем место для татуировки

 

Эльф вел себя на удивление прилежно и сдержанно. Он все еще оставлял храмовнику пространство для маневра. Умышленно, конечно.

  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

По началу совсем уж не хотелось Алистеру слушать Ворона. Учитывая то, где и в какой ситуации он оказался, большую часть его сыролюбивой головы занимала лишь одна мысль. И отнюдь не «я в борделе, надо бы девку найти». Нет, тут было «СОЗДАТЕЛЬ, Я В БОРДЕЛЕ, СПАСИ МЕНЯ». И каждый раз юнец в очередной раз мысленно отвешивал себе тумака. Сам виноват. Сам на это подписался. Сам согласился пойти с эльфом, ибо один раз живём же, да? Сколько мне придётся это всё замаливать. Святые панталоны Андрасте, я больше никогда не буду пить. А то убедят меня ещё во что-то ввязаться.

 

Но хотел того бастард или нет, а голос Зеврана к себе всё же умел привлекать. Как минимум экзотичным говором, за который банально слух у ферелденца цеплялся. Хохлясь аки воробей на холоде, недохрамовник всё же невольно прислушался. О чём была история? Да Создатель милостивый, о чём ещё мог рассказывать этот остроухий убивец? Опять о своих любовных похождениях. Уже чуть ли не рефлекторно закатив глаза, паренёк хотел было сунуть башку под воду, чтобы точно ничего не слышать. Или хотя бы приглушить — зная Зеврана, расскажет что-то такое, от чего уши эти самые потом гореть будут не хуже факела.

 

Однако… вроде даже оказалось не так всё плохо. Воображение было достаточно хорошим, чтобы Ал сумел себе представить происходящее более-менее. Правда, в его воображении мадама была, внезапно, женщиной достаточно плотного телосложения, но то не шибко важно было. Куда забавней представлять побледневшего от ужаса Зеврана, сигающего прочь с балкона после молитвы. Тут даже при всём дискомфорте ситуации он не сдержался. Вначале попросту улыбу продавил слегка, а после и вовсе тихо рассмеялся. Усердно сдерживался, ясен пень, но тихое похрюкивание даже в шуме борделя слышно было.

 

— Ладно, ладно, читать против тебя Песнь света я не стану. Как и про какие-то движения запрашивать, хотя это… ты про какие движения говорил-то? И дама эта про какую-то глубину. Я чёт не совсем понял. Типа есть же поцелуи, прикосновения, но это… она что, хотела поцелуй глубже? Как… с языком? Но там же глубже сильно не выйдет, язык он… — слегка сдвинув брови, паренёк с некоторой озадаченностью на лице воззрился на остроухого; немного повременив, он всё же махнул рукой. — Хотя, наверное, ты опять сейчас что-то постыдное мне скажешь. Так что давай не надо или как-нить… потом, ладно?

 

Пускай сам бастард того и не хотел, но речи Зеврана своё дело-то сделали, всё же заставив парня расслабиться в ароматной горячей водице. После стольких-то дней странствия с тасканьем на своём горбу не только боевой снаряги, но и вещей походных, мускулы пускали по телу благодарную расслабленность. Такую тёплую, с приятным покалыванием аж до кончиков пальцев. В ферелденских речках да озёрах таким не побалуешься. У Стражей и храмовников ещё кой-как тёплой водою мылись, но она скорее чуть тёплая была, нежели реально горячая. Такие ванны реально были уделом богачей и знати.

 

— Хорошо, что эта акция разовая, что могу сказать, — в ответ на вопрос эльфа, Алистер всё же себя заставил откинуться спиной на краешек бадьи, слегка поёрзав и устроившись получше. — Не хочу привыкать к горячей воде.

 

Чувствовал себя он не сильно лучше в плане душевного комфорта — напряжение от ситуации никуда не делось. Разве что поумерилось слегка. Уж больно тревожно было находиться здесь, в логове разврата и распутства. Особенно будучи девственником. Церковные сёстры рассказывали про молнии с небес, коли соитие не праведное, а тут прям… обитель похоти. Удивительно, как у них потолок-то цел до сих пор? Напрашивался вывод, что или Создателю похрен, или одно из двух.


No soul, knows his trouble
High upon his throne.
Loved by few and judged by many
He bears that weight alone.

g0OMJIs.png

It's a life long expedition:
Second guessing your decisions,
Trying to find out what's been missing.
Pages keep on filling.

Heavy is the head that wears the crown...

  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Зевран лишь хмыкает и не отвечает. Ничего, вырастет мальчик и узнает когда надо глубже, куда с языком и как нужно двигаться. А может и не узнает и будет до седых волос считать что детей находят в капусте – ведь именно оттуда жена их всех и принесла, и не важно, что у одного темная кожа, у другого курчавые волосы, а третий вообще эльф. Знал Зевран и не такие примеры мужской наивности, но Алистер имел все шансы побить рекорды. Учувствовать в сексуальном образовании блондинчика на полном серьезе Арааннай не собирался, ведь тогда его будет совсем не интересно дразнить.

 

Убедившись, что Алистер действительно не собирается сбегать, эльф направился к нему, прихватив с кровати одно из сложенных лебедями полотенец, развернув его и накинув себе на плечи. Теплая вода, запах благовоний и, чего уж скромничать, бархатный голос эльфа расслабили блондинчика и он, судя по всему, смирился и с местом, и с компанией и со своей судьбой. Эльф улыбнулся: перемена была разительная, учитывая то, каким он застал бастарда в кабаке. Даже если он таки сбежит и не позволит сделать себе татуировку, вечер определенно удался и Зевран сможет потом перед Создателем ответить, что творил в жизни много добра, став хранителем одного вечно надутого Серого Стража, которого должен был убить.

 

Смешно. Он и перед Создателем.

 

– А надо бы привыкать, твое высочество. Вдвоем, быть может, мы бы смогли убедить Кусланда, чтобы привал мы устраивали не под открытым небом, где кормим комаров и дышим пылью, а в приличных заведениях. Исходя из того, что приличного может предоставить Ферелден, конечно. А то мыться в ручейках и пить дождевую воду не очень полезно для красоты кожи лица, мой дорогой Алистер. Скоро нас порождения тьмы за своих принимать будут. ¡Terrible! 

 

Ну правда, что мешает пройти по тракту лишнюю милю и остановиться на постоялом дворе каком-нибудь? Нет, надо развернуться, выкопать яму и развести костер. Ферелденцы, одним словом. Зевран, конечно, не был изнеженным и привередливым, но по горячей воде он скучал. Даже Вороны давали передышку, а Серые Стражи весело шагали по грязи и не хотели привыкать к горячей воде и борделям.

Эльф оказался рядом с бадьей и профессиональным взглядом художника изучил то, с чем ему предстоит работать. Не самая дурная глина – многовато, разве что многовато веснушек на плечах и волосы очень уж неухоженные, но видели руки антиванца материал и гораздо хуже. Эльф вылил в бадью содержимое одного из бутыльков и в ней заплескалась пена с лавандовым ароматом, который, смешавшись с ароматом благовоний и розового маслом, позволил бы на секунду представить, что они не в Ферлендене, если бы не одно большое но – ферелденец в бадьи.

 

–  Ну так, что будем бить и куда будем бить, Алистер? Грифона на грудь? Получится довольно эффектно и не очень больно для первого раза, но придется сначала грудь твою побрить.

 

 В Ферелдене даже не все женщины из знати ухаживали за телом, чего уж говорить о церковном мальчике

  • Like 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

— Может, оно и к лучшему — мы сумеем прокрасться в самое сердце орды порождений тьмы и быстро прикончить Архидемона, — пробормотал бастард, не особо радуясь тому, как в очередной раз Зевран наступил ему на больную мозоль происхождения; непривычно, неприятно, но кажется, надо постепенно привыкать, в особенности если Айдан решит свою угрозу выполнить. Однако, парень почти тут же нашёл повод, чтобы немножко глумливо ухмыльнуться, поворачиваясь к эльфу, — Мы с Айданом возьмём тебя под белы крылья и зашвырнём прямиком Архидемону в морду. Чтоб ты его прирезал. Ты ж Ворон, ты же… ах да, я забыл, что нам попался Ворон-неудачник.

 

Правда, следующий вопрос, услышанный из уст Зеврана, заставил парня несколько пожалеть о своих словах. Конечно, антиванец вроде бы не славился обидчивостью. Сколь бы неприятно было это признавать, а чаще всего что-то задевало именно самого Алистера. Как душевно, так и физически — по голове Страж получал порой куда чаще, чем хотелось бы. Но ведь сейчас он сидел в бадье, в одном… в чём мать родила. И готовился получать чернила себе под кожу. От эльфа, которого только что назвал неудачником.

 

Если это не была возможность для остроухого набить королевскому сосунку какую-нибудь совершенно непристойную дичь, то Ал тогда уж не знал, когда эта самая возможность наступит. Что Морриган, что Зевран всё же имели склонность если не подколоть, то несколько досадить. И как только Винн его терпела..? Неужели всё дело было в комментариях о её… её… Создатель, останови меня, ПОЖАЛУЙСТА.

 

— Ладно, ладно, прости, это было обидно. У меня сегодня день неудачных шуток, не менее неудачных семейных встреч и решений, о которых я скорее всего пожалею в будущем, — торопливо протараторил недохрамовник, приподнимая руки из ароматной горячей воды ладонями вверх и яростно качая головой, — Я… не уверен насчёт груди. И не в плане бритья, у меня там шрамов достаточно. Может… левое плечо? Вроде там у меня более-менее чисто.

 

Не говоря уже о том, что какое ещё бритьё груди, и при этой мысли Ал невольно глянул на рыжевато-золотистые кудрявые волоски. Им далеко было до бороды, понятное дело, но он же не какая-то девица, чтобы… сбривать… это всё. К тому же вроде он слышал где-то, что женщинам это нравилось. Не бритьё, волосы. У мужчин. Не то чтобы Алистер собирался кадрить мамзелей налево и направо, но сколько времени потребуется, чтобы всё отросло?

 

Да и… волосы же потом вырастут. И будут покрывать рисунок. Будь у меня перья, я бы ещё подумал, но грифоны не волосатые. И уж точно не рыжие, — тут он неуверенно покосился на Зеврана, вопросительно вздёргивая бровь, — Мне что-то подсказывает, что волосатый рисунок на коже — это не то, что я хотел бы получить. Но… скажем… символ Стражей? На плече? Ты сможешь это сделать?

 

Идея довериться остроухому убийце всё ещё казалась безумной — тот так старательно вливался в отряд, что порой это не могло не вызывать подозрений. А тут они ещё и наедине. Но… ему ведь некуда было идти. Он сам говорил, что ему вынесли смертельный приговор свои же. И если это было правдой, то может… может Зеврану, сколь бы корыстно это ни было, нужна была помощь. Чтобы кто-то ему помог спасти собственную шкуру. Пусть даже это те, кого он сам пытался убить не так давно.

 

— И да, ещё раз прости. Только не набивай мне собачью задницу.


No soul, knows his trouble
High upon his throne.
Loved by few and judged by many
He bears that weight alone.

g0OMJIs.png

It's a life long expedition:
Second guessing your decisions,
Trying to find out what's been missing.
Pages keep on filling.

Heavy is the head that wears the crown...

  • ЪУЪ! 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

×
×
  • Создать...