Перейти к публикации
Поиск в
  • Дополнительно...
Искать результаты, содержащие...
Искать результаты в...
Narrator

IV. Следуй за беглым Орриком

Рекомендованные сообщения

[22 Первопада, 9:42 ВД] СЛЕДУЙ ЗА БЕГЛЫМ ОРРИКОМ

Уровень сложности: Лёгкий

◈ Markus Verres, Raleigh Samson ◈

IRxuuD1.png

» Вольная Марка, Тантерваль, катакомбы ⌔ Сыро и холодно « 

♛ Game-master (Dorian Pavus)

 


 

«Свет в конце туннеля оказался светящейся надписью “ВЫХОДА НЕТ”.»
— Владимир Леонидович Туровский

 

Красные храмовники, занявшие замок Тантерваля, едва-едва не сцапали его правящую семью, но той удалось ускользнуть в катакомбы. Самсон проявил осторожность и не отдал приказа о немедленном преследовании; зато чуть позже, когда контроль сил Старшего над городом стал чуть более прочным, стал спешно формировать отряд. К этому мероприятию проявил интерес и новоназначенный исполняющий обязанности экзарха Марки, в результате чего сколоченный отряд красных храмовников и венатори спускается в темные переходы.

 

  • Ломай меня полностью 4
  • ЪУЪ! 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Ты, косорукий долбоеб! Руки бы тебе оторвать по самую жопу! Кто тебя вообще просил туда лезть?!

Не то чтобы генерал красных храмовников так уж сильно любил орать на венатори. Не то чтобы потом Кальперния не смотрела на него как на кусок дерьма (так забавно было каждый раз представлять ее курицей-наседкой со своими птенцами) и не пыталась поджечь ему доспех. Не то чтобы Старший потом не проводил наставительную беседу о сплоченности и общей цели (только об этой части последствий Самсон почти не жалеет).
Но иногда приходилось повышать голос даже на командиров легионов (не то чтобы при этом они были такими же долбоебами, как остальные), не говоря уже о каких-то там наемниках, желающих в их стане только одного — оторвать себе от общей туши кусок побольше.
И именно такие вот иной раз создавали больше всего проблем.

Кто у тебя командование?! Кто приказал залезать раньше нас?!

Наемник напряженно и грузно молчит в ответ, явно сдерживая себя, чтобы не ответить на «претензии» кулаками или сталью. Его «бравые воины» мельтешат позади, глядя по-зверьи дико и по-человечьи алчно — кажется, у генерала теперь будет чуть больше поводов поберечь спину.

Вали отсюда, и чтобы больше я не видел ни тебя, ни твоих шавок возле стратегически важных объектов!

Мы тебе это еще вспомним, — шепеляво прошелестел солдат удачи. Он резко разворачивается, намеренно показывая спину, и скрывается за щитами своих людей.

Самсон сплевывает сквозь зубы — не то чтобы ему нравилось плевать на пол в замке, конечно — и разворачивается к отряду храмовников. Алый отстраненно полыхает на стенах, и слышно хриплое дыхание красного чудовища в ритм переливчатой музыки.

Совсем охуели...

Держать наемные отряды всегда было сопряжено с определенными рисками — мало того, что они способны разорвать договор и дезертировать в любой момент, так и наладить не то что оперативную, даже тактическую координацию передвижений было крайне сложно. А еще наемники грабят. Получая деньги от содержащей ее армии, они еще и стремятся отобрать добычу у «законных» войск. Вот как сейчас.
Не бабочек же ловить они там собирались.

Не давайте им спуску, ребята. Если завидите возле ратуши, замка, Церкви или рынка — гоните ссаными тряпками. Без смертоубийства. На все претензии — ко мне.

Есть! — тут же отзывается старший из храмовников, и чудовище гулко рокочет, почти рыча.

Главное, чтобы они не перепутали одни отряды с другими. Структура венатори не то чтобы была очень уж сложной, но даже штандарты иной раз не помогали понять, какая бригада наемная, а какая идеологическая.
Необходимо будет обсудить это.
Потом.

Рассредоточиться по этажу, никого не впускать и тем более никого не выпускать, — сейчас нужно заняться этой маленькой заварушкой. Назначенное время подходило. — Докладывайте обо всех, кто придет. Помните, что мы ждем определенный отряд под командованием Марка Верреса, остальные здесь быть не должны. Выполнять!

Есть, генерал, — спокойно отвечает тот же храмовник, сохраняя выдержку перед взбудораженным командиром. Обычно такое настроение Ралея не сулило чего-то хорошего. Очень даже наоборот.
Самсон кивает в ответ, глядя, как его отряд, соблюдая четкую дисциплину, занимает выжидательно-сторожевые позиции. Храмовники всегда соблюдали порядок — даже его храмовники, каждый день своей жизни сражающиеся с безумием.
Осталось только дождаться этого Марка. Уже второго на его голову.


picasion.com_3be40c0460291d1b7d5fb90e7555f893.gif

К утру —
Клянусь, так и было —
Росла во мне сила. И ни к

Кому
Не знал я пощады,

И он все прощал мне... зверства…

Ему
Плевать на рыданья,
Чем больше страданья — тем выше

Храм!

picasion.com_24c7d6591ba56b0594e31a53db4f0a62.gif

 

 

  • Like 2
  • Ломай меня полностью 1
  • ЪУЪ! 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Войну Веррес любил.

Быть может, потому, что это было единственным, к чему он мог приложить свои способности и в чем действительно был хорош. А скорее, потому, что война давала возможность подняться по ступенькам из трупов и оплавленного кирпича, стать заметным и действительно что-то решающим. Что же — не так давно он это получил. Префект всея контингента в Вольной Марке, не легат, вынужденный бегать и согласовывать свои действия с кучей командиров того же уровня. Есть, где развернуться.

Только б сначала разгрести все то, что в связи с этим на него свалилось. Да, у Марка был опыт утихомиривания взятого Хасмала, но здесь, в Тантервале, творился еще больший пиздец.

Проблема состояла даже не в налаживании управления в городе, а приведении в порядок той армейской махины, что ему досталась. Полный разнобой, большая часть которого, ко всему прочему, в ломаную медяшку его не ставила. Аж удивительно, как эта армия вообще умудрилась что-то завовевать, вдобавок ко всему наводя ужас на половину Тедаса. Впрочем, дело это поправимое: опыт работы со всякой швалью Веррес имел, и не таких обламывали. Главное выстроить четкую вертикаль и жестоко карать за отступления от нее. Нет, самостоятельность, смекалка и бла-бла-того-же-рода хороши, но в определенных пределах. Не когда охамевшая солдатня мнит, что ей все можно, в особенности класть хер на прямые приказания командования.

Марк оперся на стол, сумрачно глядя на карту города. Набросанную весьма приблизительно, но большего ему нужно и не было.

Сторонние отряды вывести из замка, оставить только Первый, — произнес он, не поворачиваясь. Постучал костяшками пальцев по столешнице. — Хасмальский, в идеале, вообще бы вывести из города, пока они все тут не разворовали.

Ему ничего не останется.

Они будут недовольны…

Пошли они в задницу.

Он что, должен заботиться, чтобы каждый сраный наймит улыбался и радовался жизни? А не слишком ли жирно выходит?

В замок перекрыть доступ всем, кроме высшего командования. Все прочие — идут лесом, кроме посыльных и тех, кому разрешено особо. Устроили, блять, проходной двор.

Он лично наткнулся сегодня на пару солдат Хасмальского, расхаживавших, как у себя дома. И это его подчиненные считают нормальным? А если бы на их месте были диверсанты или убийцы?

Кстати, об убийцах.

— Под контроль взять все выходы. Чтобы мышь больше не проскочила.

Известные выходы. Известие о катакомбах под замком стало для Верреса еще одним неприятным сюрпризом, тем более, что плана оных не имелось. Получить же хоть какую-то подробную информацию… оставшаяся замковая прислуга либо была слишком запугана, либо делала круглые глаза при одном упоминании. Придется самим выяснять, что да как.

Может, стоило б и не лезть туда самому, но после пары таких вот «веселых» дней — перспектива побродить по темным переходам (даже бок о бок с красными) воспринималась как «ура, ура, наконец-то отдых».

Не говоря уже о его очевидной полезности.

На этом все, — он прокрутил в голове длинный список отданных приказов. Клацнул зубами. — Выполнять.

Будет сделано, господин.

Сразу видно гражданского.

Но главное, чтобы было сделано, не правда ли?

 

Сбор был недолгим: гвардия была здесь, под боком, пришлось подождать лишь, пока подойдут несколько бойцов из Первого. И несколько магов, куда же без них… Толпы Марк тащить с собой не собирался; в конце концов, планировалась в большей степени поисковая операция, чем долгая прогулка с целью составить подробную карту переходов. Да и что-то подсказывало, что если залезать во все закоулки, то там можно проторчать добрый месяц — чего они позволить себе не могли.

А вот там дальше можно и оставить людей, которые обстоятельно все обследуют.

Впереди замаячили закованные в броню силуэты: красные их опередили. И вечно-то они…

Ух, какие серьезные.

Спокойнее, — насмешливо бросил тевинтерец, разводя руки — демонстрируя, что в них нет оружия. Ну и заодно, чего греха таить, приметные доспехи. И, поняв, что эффекта это не возымело, с откровенно деланным вздохом разочарования назвался: — Марк Веррес. Где командир?

Получив вместо ответа указующий жест латной перчатки, префект кивнул, проходя мимо храмовников и старательно игнорируя красное чудовище. От которого даже, кажется, по стенам мелькали алые сполохи… близко лучше не подходить. По нескольким причинам.

Очень интересно, почему ты распоряжаешься в моем замке, Самсон…

В котором он даже начал прикидывать, какой сделать ремонт. А то нынешний выглядел совершенно отвратительно.

Но да ладно, — он ухмыльнулся. — Правильно сделал. Полагаю, поставил уже этих выродков из Второго на место?

С наемниками Веррес столкнулся по дороге сюда, и даже успел с ними поцапаться:  его попросту не узнали, с ходу включив быкующее хамло. Теперь должны были, если еще раз доведется повстречаться. И узнать, и, более того, проявить должное уважение.

Интересно, сможет ли с ними что-то сделать Адели. Легату Хасмальского пришлось, пожалуй, даже хуже, чем ему: досталась куча разноуровневых командиров, всякий со своим норовом. Впрочем, для Марка это было гораздо проще, нежели общаться с каждым из них по отдельности, а потому угрызений совести он не испытывал. Не справится? Найдет кого-то другого.

Единственное, что его напрягло — наемники повстречались им по дороге на нужный этаж. Едва ли не самой лестнице. Предпочительнее было думать, что они просто рыскали в поисках, чем поживиться…

Но уж теперь-то наверняка заинтересуются, что такого тут стерегут красные храмовники.

Надо будет оставить пару человек, чтобы охраняли спуск и попутно гоняли всяких любопытствующих.

Ну-с, — он стряхнул невидимую пылинку с закрепленного на груди значка с котом, нахально подчеркивающего принадлежность префекта армии к Первому легиону, — за дело? У меня здесь появилось еще кое-что, но это можно по дороге.

Касалось это семьи Оррик. Марика успела поработать с местными и раздобыть кое-какую информацию, которая в теории могла облегчить поиски. На практике — вряд ли. Да и какая разница — подходит человек, пойманный в катакомбах, под имеющееся описание внешности, не подходит… все равно вытаскивать на свет Создателев и допрашивать.


Where did all of the good people go?
They hide behind the bars on windows
In hopes they can forget we're close
Tryna get some of what they've got
5109fb739f5a28c6ed41da4a13739cfd_1__1.gif Cause I used to believe in justice
A place where there was better judgment
But now, I'm feeling so disgusted
By the "have its" and the "have nots"

 

  • Like 2
  • Ломай меня полностью 1
  • ЪУЪ! 3

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Я буду распоряжаться в захваченном мной лично городе так, как посчитаю нужным, Веррес, — отвечает в тон, пытаясь сдержать злобно-веселую гримасу. Легкое касание полусжатого кулака к нагруднику — полунамек на приветствие. — И то, что кто-то отдал управление в замке тебе, произошло только потому, что ему позволили.

«И потому, что у венатори не так уж много таких, кто сумеет сдержать все эти разброды и шатания», — добавляет мысленно, признавая, что Марк — один из них.
Самсон оглядывает отряд Верреса, отмечая его численность, защитное снаряжение, вооружение, подготовку. Своим храмовникам он приказал взять чего покороче да поодноручнее, и каждому — по щиту, даже тем, кто не умеет с ними работать. Даже если в катакомбах не встретится ничего опасного, быть готовыми к атаке никогда не повредит.
Он очень надеялся, что красное чудовище не придется где-нибудь оставить только потому, что оно не пролезет в проход.
Вот бы еще, конечно, найти все выходы из этих подземелий и намертво перекрыть их.

Тантерваль, солнце певцов, награда воинов*, пиздец местных жителей, — будто издеваясь, он усмехается. — Что сделал ты, чтобы отбить город у этих идиотов и чтобы вот так вот просто называть этот замок своим? А что насчет этих... как ты сказал, это был Второй? В общем, если увижу их возле казны или покоев Старшего — получат такой пиздюль, что каждый Тень наяву увидит без всякого лириума и потом долго будет выковыривать зубы из затылка. Надеюсь, и тебе, и им это ясно.

Красный тянется по венам, как тонкая и длинная игла — Самсона легонько дергает, когда лириум накаляется, разжигаясь в глазах. Отблески переливчато перебликивают по стенам снова — теперь куда более ярко и зло, — и резонация в минерале отзывается эхом в головах зараженных. Каждый из его отряда поблизости подбирается, сжимает крепче пальцы на рукояти оружия, пытаясь вытерпеть порыв.
Боль — это ничего. Боль ради силы — всего лишь незначительная помеха.

Не то чтобы теперь, когда все собрались, нужно было медлить и тратить время на совместное подтрунивание — кажется, и Марк тоже это понимал.
Ралей с лязгом поднимает руку, сделав полное круговое движение кистью.

Рядовые, подготовиться к спуску! Построение три! — немного помедлив, выкрикивает старший храмовник — так, чтобы все услышали, и рассредоточенные по помещению воины могли наконец-то собраться, чтобы действовать.

Ну-с, за дело? У меня здесь появилось еще кое-что, но это можно по дороге.

Генерал красных отмечает про себя и развязно-своевольное поведение, и подчеркивание принадлежности к чему-то там у магов, и отсутствие должного поведения перед старшим по званию, и выебоны — ну просто море выебонов.
Венатори, что с него взять.

За дело, — он оборачивается к храмовникам, оглядывая всех. — Проверьте лириум. Лиам, Мартин, займите позиции у входа. Приказ неизменен — никого не впускать, пост не покидать, сующих нос не в свое дело гонять до самой границы с Тевинтером.

Двое храмовников вытягиваются по стойке «смирно», прекрасно зная, что притворно-мягкие обращения вместо обычной жесткой раздачи приказов сулят еще меньше хорошего, чем неспокойный настрой. Мартин — более младший рядовой пехоты Дигамма — открывает рот, чтобы что-то сказать, но Лиам резко дергает его за локоть.

Будет выполнено!

Хорошо. Остальные — спускаемся! Веррес, я надеюсь, ты понимаешь, почему нам лучше идти первыми?

Раньше бывшая неизменной ухмылка теперь выходит странно кособокой.

*по хэдканонам, иногда «солнцем певцов, наградой воинов» называют города, в котором андрастианство чересчур ужесточилось; служители Церкви — с гордостью и восхищением, красные и отступники — с сарказмом.


picasion.com_3be40c0460291d1b7d5fb90e7555f893.gif

К утру —
Клянусь, так и было —
Росла во мне сила. И ни к

Кому
Не знал я пощады,

И он все прощал мне... зверства…

Ему
Плевать на рыданья,
Чем больше страданья — тем выше

Храм!

picasion.com_24c7d6591ba56b0594e31a53db4f0a62.gif

 

 

  • Like 1
  • Ломай меня полностью 1
  • ЪУЪ! 3

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Так, стоять, — Марк насмешливо вскидывает ладони, открыто ухмыльнувшись на захваченный лично Самсоном город: так и тянуло представить, как красный героически в одно ебало выносит всех защитников Тантерваля. А потом пробивает своей головой ворота замка. — Это уже ваши с Кальпернией разборки. Я в них не лезу, своего дерьма хватает. Только факт, увы, остается фактом.

Замок — его территория. И не только замок, но и этот трижды проклятый город, если уж так посудить: на кого взвалили помимо дел сугубо армейских поддержание порядка, обязанности по общению с местными и вообще организации хоть сколько-то адекватного управления этим бардаком? Правильно. Только Самсону говорить об этом не стоит, а то распетушится еще больше. И застрянут они тут на полдня, выясняя, кто круче и у кого хер больше.

Верресу то без надобности: он и без того знал, у кого.

На этом, казалось бы, и закончили — но нет.

С тем, что наймитам, коль сунут нос, куда не надо, стоит натягивать глаза на жопу, он был совершенно согласен. Эти иначе не понимают, и Веррес даже готов был прикрыть глаза, коли один-другой охуевший вояка из Хасмальского получит звиздюлей не от своего командования.

Со всем же остальным…

Марк видит алый всплеск в чужих глазах — но не сказать, чтобы это заставляет его дрогнуть. Хоть, несомненно, и производит впечатление. Тем же крестьянам так и вовсе впору бежать тут же, врассыпную и чудом не напарываясь на выпавшие из рук вилы. Или замереть ошалевшим сусликом, поджав хвост от страха.

Только вот он не крестьянин. И не боится.

И.о. экзарха прищелкнул языком, возведя на мгновение очи горе.

Хочет, чтобы он озвучил причины?

Да легко. Хоть и, признаться честно, красные не так уж и много работы оставили. Сволочи, захапали все самое интересное.

Что сделал я, чтобы отбить этот город? Нууу… предположим, как следует помахал мечом, — он начинает иронично отсчитывать, выбрасывая пальцы — совершенно случайно начав не с указательного, а со среднего. Демонстрировать Самсону? Старший упаси, если тот там чего-то вдруг разглядит, то виновата исключительно собственная храмовничья испорченность. — Вычистил стены до подхода Граника, чтобы вам вдруг не ударили в спину. Отбил и взял под контроль ратушу и крупнейшие склады. Которые, кстати, уже собирались спалить, чтобы мы дружно остались на пепелище с голой жопой. Ах, да. Еще небольшое побоище у казарм.

Вовремя остановленное, хоть Марк и едва не сорвал голос, кроя этих долбоебов отборным матом. Повезло, удалось отделаться парой-тройкой трупов. А быть-то все могло гораздо хуже. Дебилов не жалко, но все же лучше, когда эти дебилы дохнут в бою с чужими, а не со своими.

Напомнить вдобавок, что замковая казна ныне сформирована не только из того, что, собственно, в замке и находилось? И, к слову, продолжает пополняться. За счет реквизиции поспешно (а потому чаще всего из рук вон плохо) запрятанного добра.

Пожалуй, это лишнее.

Веррес прогоняет в голове сказанное Ралеем ранее и ухмыляется. Сам себе. Наемники и казна? Да кто бы пустил козла в огород. Чем больше жрут, тем больше аппетиты; пусть охолонут и довольствуются тем, что оговорено и полагается. Глядишь, с большим энтузиазмом будут поглядывать на Старкхевен.

А у покоев Старшего им и так делать нечего.

Если только они не хотят разворовать его стратегические запасы полосатых чулок. Наемота — люди простые и грубые, нахуя им ошиваться там, где есть риск получить длинную лекцию о нравах древнего Тевинтера. И ведь главное: не отвертеться же.

За тем, как Самсон раздает приказы, Веррес наблюдает с выражением легкой скуки: его люди и без того знают, что им делать. Не то, чтобы были натасканы так, чтобы по одному взгляду командира понимать, что он от них хочет… скорее он успел изложить все необходимое по дороге. Но выглядит-то в итоге красиво?

Всех впускать, никого не выпускать, ну а теперь, дорогие мои, спускаемся, да ножки не переломайте, темно на ступеньках…

Контрастировало это как-то с той манерой отдавать приказы, с которой Веррес сталкивался раньше.

Веррес, я надеюсь, ты понимаешь, почему нам лучше идти первыми?

Понимаю.

Самсон, как и стоило ждать — лезет гордо выпяченной грудью на арбалеты. И это даже не вызывает раздражения.

И более того, не имею ничего против, — он сухо пожимает плечами, поправляя висящий на поясе гладиус. Улыбается, показывая: то, что прозвучит следом — не больше, чем очередная подначка. Намек на форму одежды…Что, Ралею одному отрываться? — Девочки вперед.

Пусть первопроходствуют, в случае чего — попадут под раздачу первыми. О да, такой вариант его более чем устраивает. Не, риск, азарт, рубить мечом направо и налево Веррес любил, но в данном случае предпочитал проявить осторожность. Сдохнуть где-то в катакомбах, да еще чтобы тебя красные выставили потом придурком, сдохшим от первого же удара какой-нибудь крысы-переростка — нет уж, увольте.

Марк выждал пару секунд и шагнул следом за храмовниками во тьму. Кивком головы приказав двоим парням остаться у входа.

Чтобы красным, так сказать, скучно не было.

Главное только потом обнаружить всех четверых живыми, а то мало ли…


Where did all of the good people go?
They hide behind the bars on windows
In hopes they can forget we're close
Tryna get some of what they've got
5109fb739f5a28c6ed41da4a13739cfd_1__1.gif Cause I used to believe in justice
A place where there was better judgment
But now, I'm feeling so disgusted
By the "have its" and the "have nots"

 

  • Like 1
  • Ломай меня полностью 1
  • Ор выше гор 3

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Катакомбы поглотили всю торжественную процессию одного за одним своим угрожающим тёмным ртом. Ближе ко входу свет с поверхности их ещё достигал, сначала удовлетворительно озаряя лестницу, позже – отражаясь бликами на сырых ступенях, давая хотя бы намёк на место, на которое следовало наступать. Далеко не все ступени были в идеальном состоянии: какие-то были более скользкими чем остальные, какие-то были покрыты трещинами, а некоторые и вовсе уже потеряли пару кусков и грозились обвалиться дальше. Подземные переходы не собирались медлить, чтобы дать новым посетителям понять весь масштаб своей древности и заброшенности. Очень скоро магам Верреса пришлось призывать светлячков, чтобы никто из присутствующих точно не сломал шею ещё на входе. Пусть толпу ни один из мужчин с собой привести не догадался, им всё равно пришлось потолпиться на некоторых участках, чтобы обойти особо нестабильные и отсутствующие участки ступеней.

 

Характерный запах подземелий наверняка начал бить в нос всем присутствующим ещё во время спуска, но даже это вряд ли могло их подготовить к тому, как раскроется этот “букет” внизу. Свежий воздух и свет явно были здесь редкими гостями: в катакомбах было холодно и настолько сыро, что стены местами блестели, а из щелей меж камнями стекала мутная влага. Запах плесени в воздухе был настолько насыщенным, словно не обвалившиеся части переходов держались больше за счёт толстого её слоя, чем за счёт каменных стен. Другая растительность тоже давала о себе знать в виде всяческих вредоносных трав, которые плевать хотели на солнечный свет и тепло и пробивались местами из землистого пола, проползая по стенам вверх. Земля под ногами была склизкой, как уличная грязь после дождя, и хлюпала при каждом шаге. Если затхлости, влаги и плесени в воздухе было мало, то вместе с ними можно было почуять вонь, сопутствующую с активной жизнедеятельностью грызунов, а также с закономерным этой жизнедеятельности концом – запах отходов, гнили и разложения тянулся из глубин переходов и даже имел один источник прямо у входа. Первый спустившийся храмовник приземлился ногой во что-то липкое и хрустящее, после чего “аромат” рядом с ним стал сильнее. Этим “чем-то” оказался полуразложившийся труп жирной крысы.

 

Путь был прямым довольно недолго, словно существовал только как прелюдия ко всей той паутине ходов, которая ожидала их впереди. Оканчивался он довольно хорошо сохранившейся аркой, по обеим сторонам которой висели не горящие и давно отсыревшие факелы, а за ней образовывалась своеобразная вилка из трёх проходов дальше. Проход посередине шёл строго вперёд и пока что из-за темноты нельзя было сказать, присутствуют ли в нём какие-либо повороты. Крайний правый коридор также шел вперёд, но недалеко и сразу же поворачивал направо. Крайний левый был наверняка идентичен правому, но наверняка никто уже не скажет – он был целиком завален камнями и землёй. Начало было несложным, но уже давало понять, что без карты здесь можно очень быстро заблудиться.

  • Ломай меня полностью 1
  • ЪУЪ! 2

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вижу, как не лезешь, — выдержать угрюмое выражение лица просто невозможно. — Правда глаза колет?

Из (слишком) далекого детства Самсон помнил байку о двух баранах, прекрасным погожим утром встретившихся на одном бревне над рекой. Настолько хорошо помнил, что даже знал, чем все там закончилось и какой из этого следовало бы вынести урок.
Не то чтобы утро было прекрасным, не то чтобы бревно не было иллюзорным, но два барана в наличии имелись точно.
И отступиться и молча приняться за дело было бы даже разумно, если бы они были здесь одни. Но перспектива потерять с таким трудом заработанное уважение своих солдат ему не улыбалась.

Вот только твои тактические изыски бы не понадобились, если бы успел подойти еще один дивизион. Не стоит недооценивать моих ребят, они бы справились и меньшей численностью, — косится на храмовников, старающихся сохранять нейтральные выражения рож. — Но да ладно! Сейчас это уже не так важно. Раз уж тебе тут отдали замок, то добро пожаловать в Ваши покои, Ваше Ве-ли-че-ство.

Ралей делает картинный жест рукой, указывая в сторону входа в катакомбы, откуда вдруг с особенной силой повеяло сыростью, плесенью и склеповым холодом.

Вам принести охуенного антиванского вина или, может, лириума? Ах да, точно, — теперь в глазах генерала блеснули красные искры, но уже почти что незлые. — Вы же не пьете лириум.

Все эти выебоны действительно были необязательными. Их действительно можно было избежать. Они действительно сейчас стояли посреди бревна и бились рогами.
Но он не мог подвести своих парней — не сейчас, не когда они полностью уверены в собственных силах и ошарашены первой крупной победой. Следовало только укрепить эту уверенность — даже перед венатори.
Никогда храмовники больше не будут вещью, которую можно просто так унизить и выбросить.

И более того, не имею ничего против. Девочки вперед.

Самсон широко ухмыляется, щерит неровные зубы. Поправляет рукоять щита, неровно легшую в руку.

Так что ж вы тогда стоите, девочки?

И все же, несмотря на свои слова, произнесенные только для того, чтобы прикрыть собственный хвост, он движется первым, и храмовники, не пропуская вперед себя людей Верреса, идут за ним.
Холод и запах встречают генерала едва ли не как старого-доброго друга — в Клоаке могли найтись запахи и похуже этого незабываемого аромата плесени и разложения, — но этого явно нельзя было сказать о остальных солдатах. Кто-то из красных громко, оглушительно кашляет, зажав нос — не то чтобы и солдатня не была привычна к ужасной вони, но здесь она была столь резкой, что пронимала даже тех, кого еще или уже не пронял лириум.
Едва слышное высокое пощелкивание воды и слизи звонко — и было бы звонче, если остановиться и постоять в тишине, прислушиваясь к далеким шорохам и пошкрябываниям — но хлюпающие шаги, и стук, и скрежет, и дыхание — все в разы громче здесь, как будто это вдруг какой-то другой мир.
Даже лириум шепчет тише.

Отчетливое склизкое чавкание — Самсон поднимает ногу, разглядывая поближе на свет; впрочем, во что еще можно было вляпаться в катакомбах?

Ебучие крысы, — шепчет, с влажным шершавым лязганием обтирая кишки с подошвы латного сапога о какой-то более-менее избавленный от слизи камень.

Короткий заплесневелый проход заканчивается быстро, и три хода за истлевающей аркой — как пасть зевающего дракона.
Отлично. Лабиринт.
Как же он, сука, ненавидит лабиринты.

Сырые подвалы, насквозь провонявшие выгребной ямой, сточные канавы, злачные места, в которых отираются наркоманы и головорезы — это все давно так привычно, что почти стало родным, но эта хрень... Она пугает.
Красный генерал ненавидит лабиринты с того самого раза, как спустился в Клоаку со Старшим в поисках какой-то то ли задрипанной книжонки, то ли какого-то артефакта, а в итоге — мародеры, демоны, странная хрень в виде маленького пиздюка и «я не помню, где выход».
Сраные, сраные лабиринты.

Надеюсь, мы не будем сейчас стоять и спорить насчет того, куда идти? — спрашивает Марка, не оборачиваясь, остро вглядываясь в первый — центральный — проход.


picasion.com_3be40c0460291d1b7d5fb90e7555f893.gif

К утру —
Клянусь, так и было —
Росла во мне сила. И ни к

Кому
Не знал я пощады,

И он все прощал мне... зверства…

Ему
Плевать на рыданья,
Чем больше страданья — тем выше

Храм!

picasion.com_24c7d6591ba56b0594e31a53db4f0a62.gif

 

 

  • Ломай меня полностью 1
  • Ор выше гор 1

Поделиться


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

×
×
  • Создать...