Перейти к публикации
Поиск в
  • Дополнительно...
Искать результаты, содержащие...
Искать результаты в...

Meredith Stannard

Members
  • Публикации

    2 043
  • Зарегистрирован

  • Посещение

Все публикации пользователя Meredith Stannard

  1. Meredith Stannard

    Гостевая

    [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Светоносец написал(а):нужно будет очень сильно постараться обосновать, как герой выжил во время гонений орденом Пламенного Обета. Как вариант: он мог, например, весьма своевременно встретиться с нами (хоть бы, прямо по пути в замок Каэр Осуин) - а уж мы бы подсказали, что лорд-Искатель явно сбрендил, и те приказы, что он отдаёт ордену Искателей, исполнять лучше не стоит. При определённых обстоятельствах этот герой мог бы даже повести нас за собой - ибо для Рувены Искатель, не впавший в ересь, оставшийся верным Церкви и не присоединившийся к Инквизиции (это важно, ибо Церковь Инквизицию на данном этапе не признаёт), является вполне легитимным начальником. В принципе, он мог бы даже попытаться помочь примирить Церковь и храмовников с Инквизицией (раз уж Лелиана брезгует этим заниматься). Хотя, сказать по правде, почти всё то же самое можно отыграть, если взять персонажа по акции, которого предлагает ГМ - рыцаря-адмирала Кассиана Пентагаста. :) А там дальше и возможное участие в орлейском сюжете наклёвывается. Ибо всё же Орлей - колыбель и духовный центр андрастианства, почти все главные святыни там, в Вал Руайо, и все правоверные воины Церкви будут стремиться навести там порядок. Отредактировано Meredith Stannard (2018-12-07 11:21:17)
  2. Meredith Stannard

    Гостевая

    [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Глупый написал(а):Это вы про Ирминрик Эремон? Если да, то что с ним происходит в данные момент?)) Как по мне, Ирминрик Эремон хорошо подходит на роль рыцаря-капитана денеримских храмовников. Соответственно, он мог либо отправиться к Редклиффу вместе с войском Алистера, либо отправиться в Вал Руайо по приказу лорда-Искателя, чтобы присоединиться к орденскому войску. В первом случае перед ним сейчас стоит непростой моральный выбор: или поддержать сестру и со своим отрядом вмешаться в гражданскую войну в Ферелдене на стороне Алистера, или сохранять верность идеалам своего ордена, поддерживать лишь Церковь и соблюдать нейтралитет во всём, что не касается магии и магов. Изначально храмовники выступили к Редклиффу лишь для того, чтобы обуздать засевших там мятежных магов. Их участие в ферелденской междоусобице не подразумевалось, гражданская война началась уже после их ухода из столицы. Во втором случае полёт фантазии вообще ничем не ограничен. Ибо то, что Ирминрик отправился в Вал Руайо, вовсе не означает, что он туда добрался, и сейчас находится в Теринфале. По дороге всякое могло приключиться. Вон как Фергюс Кусланд, в своё время, отправился в Остагар, чтобы воевать в рядах королевской армии - а оказался в итоге членом племени лесных дикарей. Отредактировано Meredith Stannard (2018-11-24 23:42:23)
  3. Meredith Stannard

    Гостевая

    [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Великолепие сего предложения несколько нарушается тем, что храмовнику - да ещё и денеримскому - скорее всего, придётся иметь дело со мной. Так или иначе. А это такое себе удовольствие.
  4. Meredith Stannard

    Гостевая

    Ну прямо "команда молодости нашей" собирается. :) Свернутый текст
  5. Meredith Stannard

    Гостевая

    Это было бы хорошо. Привезите мне на телеге моего рыцаря-капитана.
  6. Внешний вид: Свернутый текст При себе: Полуторный меч храмовника в богато украшенных церемониальных ножнах, рыцарский кинжал милосердия. В часовне Казематов сегодня было многолюдно и торжественно. Достаточно просторное помещение с высоким сводчатым потолком наполняли звуки церковного хора и позвякивание рыцарских лат. Ярко горели свечи в поликандилах, многократно отражаясь в серебристых, отполированных почти до зеркального блеска, доспехах храмовников. Рыцарь-командор Киркволла Мередит Станнард сидела перед алтарём, в удобном деревянном кресле с кожаной подушечкой на спинке, рассеянно уставившись в стену. Каменная стена, что привлекла её внимание, казалась бы самой обычной, если бы не была украшена искусно вырезанными барельефами, изображавшими различные эпизоды земной жизни Святой Пророчицы Андрасте. Ниже барельефов располагалась крупная надпись: «ЗАПРЕЩАЕТСЯ ВСУЕ ПОМИНАТЬ ДЕМОНОВ И СПАТЬ ВО ВРЕМЯ МОЛИТВЫ», которую, впрочем, сегодня закрывало растянутое полотнище орденского знамени. Под стеной же стояли длинные, обитые бархатом, скамьи, на которых располагались братья-рыцари. Старшие братья сидели на стульях поскромнее, но зато и поближе к рыцарю-командору, в соответствии с заведённым порядком. Лицо Мередит не выражало ничего, кроме смертельной усталости. Тёмные круги под глазами и нездоровый, сероватый цвет кожи свидетельствовали о приличном количестве бессонных ночей, в течение которых рыцарь-командор безуспешно пыталась разгрести свалившуюся на неё кучу дел. Ситуация в киркволльском Круге никогда не отличалась особой стабильностью, а с прибытием магов из Старкхэвена, из так некстати сгоревшего тамошнего Круга, начала стремительно ухудшаться. Все эти проблемы были давними, передаваемыми по наследству, из поколения в поколение, от одного рыцаря-командора к другому – из-за того, что творили в Киркволле тевинтерские магистры в ту пору, когда город ещё носил название Эмериус и был центром работорговли Империи Тевинтер, Завеса здесь была чрезвычайно тонка, и это чувствовали даже простые люди - что уж тут говорить о тех, кто обладал магическим даром. Тем, кто был слаб волей, здесь было очень легко сойти с ума. Когда, после прибытия магов Старкхэвена, население Круга практически удвоилось, рыцари совершенно сбились с ног, пытаясь уследить сразу за всеми, и если бы вместе с магами не прибыли также и старкхэвенские храмовники, то удержать ситуацию под контролем рыцарь-командор вряд ли смогла бы. И, о плешивая голова Создателя, Мередит была готова поклясться, что такое положение вещей забавляет Первого чародея Круга – хитрого эльфа Орсино, не так давно избранного на этот пост. А вот, кстати, и он сам. Первый чародей был единственным из магов, кто был допущен на орденскую церемонию, так как, согласно своему статусу, имел право присутствовать на всех мероприятиях, проводимых в Кругу. Орсино удобно расположился в своём кресле, время от времени обмениваясь короткими фразами с сидящим неподалёку от него сэром Траском. О чём они говорили, Мередит со своего места расслышать не могла, а эльфийская физиономия Первого чародея выражала полную невозмутимость. Лишь руки то и дело флегматично поглаживали чёрный лакированный посох, украшенный драконьими головами, что лежал у него на коленях. Заметив взгляд рыцаря-командора, Первый чародей приветливо кивнул, уголки его губ чуть дрогнули в лёгкой улыбке. Относилась ли эта улыбка непосредственно к Мередит, или к церемонии, что вот-вот должна была начаться, оставалось только догадываться. То, что Орсино завёл дружбу с сэром Траском, Мередит ничуть не удивило. Первый чародей не уставал жаловаться на случаи плохого, как ему казалось, обращения храмовников с магами, и в лице сэра Траска он, похоже, обрёл благодарного слушателя. Мягкосердечный Траск проявлял недопустимое для рыцаря-храмовника попустительство к подопечным магам и неоднократно пытался предложить рыцарю-командору смягчить правила, действующие в Круге. В конце концов Мередит даже была вынуждена сделать ему замечание. - Я уважаю то усердие, с которым вы несёте свою службу, - сказала она тогда, - но меня настораживает ваше легкомысленное отношение к исходящей от магов угрозе. Разве вы не знаете, как они опасны? - Я не вижу какой-то особенной пользы в тех суровых порядках, которые вы установили, рыцарь-командор, - со вздохом ответил Траск. – В Круге нет ничего, с чем бы мы не могли справиться, а абсолютное большинство магов не проявляют ни малейшего непослушания. Мне кажется, что вы готовите Круг к каким-то военным действиям. Но с кем мы собираемся воевать? В Киркволле вот уже десяток лет как царит мир и спокойствие. Здесь под вашим началом лишь не слишком опытные новобранцы и усталая старая гвардия, а вы требуете таких мер безопасности, которые даже для Минратоса были бы излишними. - Я услышала вас, Траск, - с холодным спокойствием произнесла Мередит. – Просто поверьте в то, что я знаю, что делаю. Давайте так: пока вы носите доспехи храмовника, вы будете в точности исполнять все мои распоряжения, и не будете делать ничего такого, о чём я вас не попрошу. И ещё одно: постарайтесь пореже посещать «Цветущую розу». Я серьёзно. У нас в Казематах и так дисциплина плохая. Вспоминая впоследствии об этом разговоре, Мередит пришла к выводу, что кое в чём Траск всё же был совершенно искренен. Действительно, многие храмовники, из числа той самой «усталой старой гвардии», долгие годы живя бок о бок с магами по заведённому распорядку и не сталкиваясь с реальной опасностью, успокаивались, теряли былую хватку, и начинали относиться к магам, как к чему-то, совершенно безобидному. Начинали видеть в них самых обычных людей, со своими обычными проблемами, радостями и горестями, и переставали осознавать то, что живут рядом с живыми бомбами, которые могут взорваться в любой момент. Большинство из этих храмовников никогда не видели своими глазами ни демонов, ни одержимых, никогда не сталкивались лицом к лицу с магией крови и с последствиями её применения. Они не прошли через то, через что прошла в детстве маленькая Мередит, и наверняка относились к рассказам о чём-то подобном, как к глупым страшилкам. Рыцарь-командор приняла определённые меры. Постепенно, чтобы не вызывать у братьев-рыцарей лишних подозрений, она начала избавляться от тех храмовников, которых считала нетвёрдыми в вере, слишком старыми или бесполезными, снабжая их безупречными рекомендательными письмами и отсылая на службу в церкви или другие Круги Тедаса. Одновременно с этим, она начала искать достойных кандидатов для службы в Казематах везде, где только могла. Искать тех, кто понимал важность и значимость своей священной миссии. И, наконец, Мередит начала усиленно готовить кадры внутри собственного Круга, отбирая из числа церковных послушников тех, кого, по её мнению, она могла бы правильно воспитать и обучить. И как раз сегодня Мередит должна была официально посвятить в рыцари троих послушников, успешно прошедших установленный срок новициата. Мередит пошевелилась в кресле. Ей внезапно стало душно. Зимний месяц Стража в этот раз выдался непривычно тёплым, холод и сырость не ощущались даже здесь, в огромной каменной крепости, да, к тому же, в часовне слуги открыли во всю ширь медные заслонки духового отопления, и струи нагретого воздуха, проходя сквозь полости в стенах, дули едва ли не в лицо сидящему рыцарю-командору. Мередит достала из-за пояса платок и лёгким движением промокнула мокрый лоб. Она нашла глазами рыцаря-лейтенанта Отто Алрика, которому было поручено проведение сегодняшней церемонии, и слегка наклонила голову – начинайте. По команде сэра Алрика в часовню ввели посвящаемых. Они были без доспехов, облаченные в простую одежду из серой шерсти, и лишь на шее у каждого поблёскивал серебряный священный символ Андрасте. Почтительно поклонившись рыцарю-командору, сэр Алрик развернул пергамент, заполненный его мелким аккуратным почерком, и начал рассказывать о многочисленных достоинствах кандидатов в рыцари, сделав особый акцент на проявленных ими за время послушничества дисциплине и прилежании. Мередит слушала вполуха, внимательно рассматривая крепкие фигуры юношей, стоящих возле рыцаря-лейтенанта. Да, из этих ребят вполне может выйти толк. Закончив доклад, сэр Алрик ещё раз поклонился и обернулся к кандидатам, чьи достоинства он только что так старательно расписывал. Теперь его долговязая фигура приобрела монументальность и величие. Повинуясь его жесту, слуги принесли накрытый алой тканью аналой, на который был положен пухлый том в позолоченном кожаном переплёте – устав ордена храмовников. Раскрыв книгу на странице, заложенной закладкой, рыцарь-лейтенант начал зачитывать вслух параграфы устава, что касались требований к орденским рыцарям. Смысла в этом было немного, так как все присутствующие знали данные параграфы практически наизусть, но порядок есть порядок. Впрочем, и чтение продолжалось недолго – не прошло и пяти минут, как сэр Алрик закрыл книгу и обратился к проходящим посвящение. - Веруешь ли ты в нашего Создателя и Его Пророчицу Андрасте? - спросил юношей сэр Алрик. - Да, - дружно ответили те. - Не связан ли ты клятвой верности какому-либо монарху, или другому ордену? – продолжил вопрошать рыцарь-лейтенант. Не менее дружное «нет» было ему ответом. - Не раб ли ты?.. Не обременён ли долгами?.. Не имеешь ли какой-нибудь тайной болезни?.. Не водишь ли дружбу с отступниками и магами крови? И на каждый из заданных вопросов молодые люди решительно ответили «нет». Сэр Алрик благосклонно кивнул. В часовне воцарилась полная тишина, стало слышно, как потрескивают горящие свечи и тяжело дышат в душном, нагретом помещении собравшиеся здесь люди. Кандидатам вручили мечи. Они поочерёдно подходили к рыцарю-лейтенанту и, взяв благословлённое оружие в левую руку и положив правую на книгу устава, произносили слова присяги. - Я отвергаю желание моей плоти и моих привычек ради послушания Создателю, Святой Пророчице, Великой Церкви и главам ордена храмовников. Законам и обычаям ордена я буду послушен до самой смерти. Церковные сёстры запели стихи Песни Преображений. Таковые истины открыл мне Создатель: Как есть лишь один мир, Одна жизнь, одна смерть, Так есть один лишь бог, и Он наш Создатель. Грешники те, кто дарит свою любовь Ложным богам. Магия призвана служить людям, а не править ими. Злы и испорчены те, Кто принял дар его И обратил против детей Его. Да будут названы они Малефикары, проклятые. Да не найдут они покоя в мире И за его пределами. Послышался лёгкий шум и звяканье стали. В часовню вошли оруженосцы, несущие три полных комплекта рыцарских лат. Подойдя к проходящим посвящение, оруженосцы, по команде сэра Алрика, начали облачать их в доспехи храмовников, прилаживая на свои места части лат – нагрудник, набрюшник, оплечье, наручи, набедренные щитки, поножи. Всё это держалось на крючках, шарнирах и многочисленных кожаных ремешках. Наконец, на руки посвящаемых были надеты толстые кожаные перчатки, покрытые сверху стальными пластинками, а на ноги – чешуйчатые латные башмаки. Мередит выпрямилась в кресле – теперь наступала её часть церемонии. Она, не спеша, поднялась на ноги и, медленно ступая, подошла к юношам, которые опустились перед ней на колени. Рыцарь-командор вынула меч из ножен. По этому знаку все находящиеся в часовне рыцари разом поднялись с мест и тоже обнажили оружие, приветствуя новых братьев. - Нет лучшего призвания для человека, чем служение Создателю нашему. Добро пожаловать в орден, братья-рыцари, - торжественно произнесла Мередит. - Сейчас стерпите этот удар, а после – ни одного. С этими словами рыцарь-командор повернула клинок плашмя и легонько стукнула по правому плечу каждого из проходящих посвящение. Несмотря на серьёзность момента, стоящие на коленях юноши не могли сдержать счастливых улыбок, а церковный хор грянул строками из Песни Испытаний. Создатель, врагам моим несть числа, Тьмы их, против меня восставших, Но вера силы мои укрепит; Не убоюсь я и легиона, Пусть гибелью он мне грозит. Долгими ночами Когда надежда оставила меня Я все еще вижу звёзды и знаю, Что Твой Свет с нами. - Вы должны втройне гордиться: человек, рыцарь, храмовник, - сказала Мередит, выждав, когда вновь наступит тишина. - Это великая честь, но и великая ответственность, братья мои. Создатель наделил нас высоким предназначением, и нам нельзя Его подвести. Помните, что главный наш враг никогда не дремлет, - она многозначительно помолчала, не желая произносить в освящённых стенах слово «демоны». - И ещё одно, братья: берегите себя от вина и распутства. Прикосновение продажных женщин греховно. Не одна блистательная карьера рыцаря была загублена тягой к плотским излишествам. Ваша честь – это верность ордену. Краем глаза рыцарь-командор заметила, как насупился послушник Уилмод и покраснели щёки молодого послушника Керана, и усмехнулась про себя. Вот и воспитывай таких – стоит лишь чуть ослабить вожжи, и пиши пропало. Пора было заканчивать церемонию, ибо Мередит уже читала нетерпение, отчётливо проявляющееся на лицах стоящих в строю храмовников – ну, конечно, ведь в рефектории накрыты столы, ломящиеся под тяжестью яств и вин. Братское застолье по случаю посвящения новых рыцарей, сопровождающееся обильными возлияниями, было древней и почитаемой традицией ордена. Даже Мередит, при всей её нелюбви ко всякого рода коллективным попойкам, в данном случае не решалась пойти против правил. В качестве моральной компенсации для себя, на следующий день она гоняла храмовников на тренировочной площадке с удвоенным напором, не делая никаких скидок на самочувствие. - Давайте вознесём молитву Создателю, братья и сёстры, - завершила своё напутствие рыцарь-командор, - и возблагодарим Его за то, что в своей милости Он послал нам тех, кто истинно достоин встать под знамёна нашего ордена. Церковные сёстры запели благодарственный гимн, дружно поддержанный всеми присутствующими. Когда часовня опустела, рыцарь-командор подошла к аналою, на котором по-прежнему лежала книга орденского устава, и задумчиво погладила пальцем плотный кожаный переплёт. Новые рыцари – это хорошо, свежая молодая кровь даёт надежду и заставляет сердце ордена биться сильнее. Вот только пройдёт не один год, прежде, чем новичков удастся хорошо обучить и подготовить к службе. А есть ли у них это время? И как долго рыцарь-командор ещё сможет тянуть на себе все дела в одиночку? Мередит нужен помощник. Ей нужен тот, на кого она может положиться, и кто будет способен взять на себя хоть часть её груза. Должность рыцаря-капитана была вакантна уже длительное время, Мередит никак не могла определиться с подходящей кандидатурой. Сэр Алрик казался ревностным служакой, но возраст старого рыцаря уже давал о себе знать – частичное помутнение рассудка, вызванное многолетним приёмом лириума, не могло скрыться от опытного взгляда рыцаря-командора. Радикальные идеи, граничащие с безумием, которые то и дело высказывал рыцарь-лейтенант, не находили у Мередит понимания. А ведь дальше будет только хуже. Сэр Каррас? Хороший исполнитель, но не лидер. Ничего не понимает в управлении людьми. Да и жалобы от магов, поступающие к рыцарю-командору, давали основание считать, что личные амбиции и прихоти значили для сэра Карраса куда больше, чем служебный долг… Если, конечно, слова магов можно принимать всерьёз… Сэр Траск? Увольте! Тот, кто усомнился в действиях Мередит хотя бы раз, достоин ли стать её помощником? Сэр Конрад?.. В этот момент размышления Мередит были прерваны подошедшей Эльзой. - Госпожа Мередит, - сказала секретарь, - я хотела бы напомнить, что у вас сегодня… - Знаю, знаю, у нас каждый день огромная куча дел, - вздохнула рыцарь-командор. - Я подготовлю те документы, которые вы должны просмотреть в первую очередь, - пообещала Эльза. - Кроме того, в ваших личных записях отмечено, что сегодня должен прибыть рыцарь из Ферелдена, о переводе которого вы договорились с рыцарем-командором Грегором. - Да, - ответила Мередит, - но всё равно спасибо за напоминание. - Если мне позволено будет сказать, рыцарь-командор… - послышался из-за спины вкрадчивый голос. Мередит обернулась. Оказывается, она даже не заметила, как к ней приблизился Первый чародей. - Что у вас, Орсино? - осведомилась Мередит таким тоном, что продолжать разговор после этого смог бы лишь очень бестактный собеседник. Но Первого чародея это не смутило. - Мне просто любопытно: неужели вы настолько не доверяете своим собственным людям, что ищете новых храмовников по всему Тедасу? Конкретно про этого молодого рыцаря я слышал ужасные вещи. Первый чародей Ирвинг сообщил мне… - Да, вы показывали мне письмо от Ирвинга, я приняла его к сведению. Что именно вас не устраивает и зачем вы лезете не в своё дело? Рыцари ордена находятся в моём ведении, и лишь я решаю, кто годен для службы в Круге Киркволла, а кто – нет. - Хочу напомнить, что я тоже имею некоторое отношение к Кругу Киркволла, если вы вдруг забыли, - запротестовал Первый чародей. – И именно от рыцарей, которых вы выбираете, зависит жизнь и благополучие моих подопечных. Этот несчастный ферелденец… Бедный мальчик прошёл через такое, что сейчас ему требуется покой, понимание и дружеская поддержка – а не тот сумасшедший дом, который вы здесь устроили! - Я устроила?! – взгляд рыцаря-командора начал стремительно наполняться синим льдом. – Это я, по вашему, маг крови? Это я заигрываю с… тварями из Тени? - О, милосердный Создатель, - Орсино патетически закатил глаза. - ну почему вам, Мередит, везде магия крови мерещится? - Потому что у меня есть сведения, что в бывшем Круге Старкхэвена царили крайне либеральные порядки. Контроль за использованием запретной магии вёлся из рук вон плохо. Прибывших из Старкхэвена храмовников я, разумеется, как следует вздрючу – но и вам, Первый чародей, я настоятельно советую получше присмотреться к своим новым подопечным. Крайне настоятельно советую! Чтобы потом, если что, вы не говорили, что я вас не предупреждала. Орсино протестующе вскинул руку и хотел было возразить, но Мередит остановила его резким жестом. - Первый чародей, мне некогда по сотому разу разъяснять вам очевидные вещи. У меня много работы. Очень много работы! У вас, я полагаю, тоже – вот и займитесь своим непосредственным делом, а я, с вашего позволения, займусь своим. Обернувшись к Эльзе, Мередит кивнула. - Подготовьте документы. Я быстро перекушу и через полчаса буду в своём кабинете. Отредактировано Meredith Stannard (2018-03-27 11:56:11)
  7. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Итак, королеве всё же пришлось выступить перед почтенной публикой. Отмолчаться в сторонке не удалось. Ничего нового Анора, впрочем, не сказала, за исключением того, что не постеснялась прилюдно продемонстрировать своё маловерие. Рувена речь Её Величества почти не слушала, ей было не до этого. После того, как из уст Элемены прозвучало, подобно приговору: «Церковь вас больше не опекает», ни о чём другом думать храмовница не могла. Все эти годы она не верила, гнала от себя мысль о том, что такое когда-нибудь может с ней произойти, привычно храбрилась перед собеседниками, заявляя, что ничего не боится и готова к любым неприятностям, но в глубине души не могла представить своё существование вне Церкви – вне ПРАВИЛЬНОЙ Церкви. Даже сейчас, когда Церковь Андрасте представляла собой лишь жалкие осколки своего былого могущества, Рувене было поздно менять веру. Старого пса новым трюкам не научишь. После того же, как королева сочла для себя возможным публично усомниться в Создателе и Пророчице, Рувене стало окончательно ясно, что общего языка им уже не найти. В своей хитрой политической игре правительница Ферелдена сделала ставку на другую карту. Воистину – кого Создатель хочет наказать, того он лишает разума. И даже высказанное Анорой желание найти компромисс с Алистером, в любое иное время порадовавшее бы Рувену, сейчас было выслушано храмовницей вполне безучастно. «Поздно, Ваше Величество. Да и не то». Рувена вновь ощутила болезненную пустоту в душе, но, вместе с тем, почувствовала, как откуда-то издалека медленно наползает на сердце мрачная решимость. В её голове неотвязно билась одна и та же мысль: «Что мне теперь делать?». Заранее продуманного плана на случай, подобный нынешнему, у храмовницы не было. Значит, придётся импровизировать. В конце концов, церковные земли не ограничиваются одним лишь Денеримом. И одним лишь Ферелденом. - Я не вижу, в чём заключается упомянутая общая цель и общее благо, - холодно отозвалась Рувена на слова Аноры, - я знаю свой долг и свои обеты, и я не понимаю, к истокам какой Церкви я должна припасть. Я уже служу Церкви верой и правдой – Церкви, берущей своё начало от самой Андрасте, несущей слово Создателя во все уголки Тедаса и окормляющей священной благодатью миллионы страждущих. И иной Церкви рыцарю храма искать себе не пристало. Если Андрасте на моей стороне, то кто против меня? Если Создатель меня направляет, то кого мне бояться? Если построится против меня легион, то не устрашится сердце моё, если поднимется на меня война, то защитит меня Создатель, если приблизятся ко мне притеснители мои и враги мои, то сами ослабеют и падут. Ибо взыскала я Создателя душою моей, и услышала меня Пророчица Его, и от всех скорбей избавила меня. Очи Андрасте – на праведных, и уши её – к молитве их; но лик Пророчицы и меч её – на творящих ересь и беззаконие, чтобы истребить с земли память о них. Лишь в Создателе наше спасение, и лишь Пророчица укажет нам верный путь. Немного помолчав, храмовница зло дёрнула головой и с подчёркнутым спокойствием в голосе добавила: - Но поскольку я теперь нахожусь под отлучением, наложенным лично Владычицей Церкви Ферелдена, то я более не имею права молиться и проповедовать в этой церкви и обязана немедленно её покинуть. Я могу лишь вернуться в обитель и объявить на капитуле о своей отставке. Затем подготовить дела гарнизона к передаче моему преемнику… как только Её Милость соблаговолит назначить кого-то на мою должность. Рувена отвесила королеве прощальный поклон. - Приношу извинения, Ваше Величество. Мне действительно жаль, что всё так по-дурацки получилось. Уверяю Вас, не этого я хотела. Хоть мне и мучительно больно слышать речи находящегося здесь еретика, но я ни в коем случае не желаю провоцировать вооружённое столкновение и подвергать опасности мирных жителей Денерима. Поэтому данное мною слово остаётся в силе – первой я конфликт не начну, если нас не тронут, то и мы никого не тронем. Мы не настроены против Вас, дел короны мы не касаемся и ни в каком гражданском противостоянии не участвуем. Рувена поклонилась Элемене, но уже далеко не так низко, как раньше. - Приношу извинения, Ваша Милость. Клянусь дыханием Андрасте, что я на своём посту делала всё, что могла, во благо Церкви и её прихожан. Но раз уж Вы не желаете меня более лицезреть, не благословляете моё дальнейшее служение, и даже отказываете мне в праве на законную защиту в церковном суде, то мне остаётся лишь покинуть город и отправиться туда, куда меня поведёт воля Создателя. Мне очень жаль. Лорда-Искателя Рувена, как и прежде, не удостоила вниманием – он для неё всё равно, что не существовал. Вместо этого она шагнула к Аметин и взяла эльфийку за руку. - Пойдём. Затем обвела взглядом рыцарей. Взгляд был недобрым – прошедший меж храмовников ропот и произнесённые вслух одним из братьев слова о необходимости примирения с еретиками были совсем не тем, чего ожидала Рувена от своих бывших подчинённых. По большому счёту, ей уже было всё равно – бремя командования с неё сняли, и своя собственная судьба теперь волновала храмовницу куда сильнее. Но прилюдно забивать последний гвоздь в крышку гроба денеримской прецептории ордена и допустить то, чтобы её бывшие рыцари на глазах у всей городской знати переходили под благословение Лорда-Искателя, Рувене не позволяло элементарное самолюбие. - Пойдёмте, господа братья. Я вас услышала. Теперь, в соответствии с уставом, нам нужно собрать капитул и вынести решение. Рувена направилась вон из церкви, сделав знак рыцарям следовать за ней. Лицо её казалось спокойным, но в глазах застыло выражение боли, а губы сокрушённо повторяли раз за разом: - Прости их, Создатель, ибо сами не ведают, что творят. Отредактировано Meredith Stannard (2019-04-19 09:22:06)
  8. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Плохая награда за верную службу, - тихо проговорила Рувена. Она по-прежнему не сводила глаз с Владычицы, и взгляд её был полон непонимания, напополам с досадой и горечью. На лице храмовницы отражалась вся палитра переживаемых ею эмоций, первейшей среди которых было глубокое и даже какое-то по-детски наивное удивление: «Меня-то за что?». Все первоначальные замыслы, казавшиеся почти безупречными, летели кувырком. Элемена не желала поддержать лоялистов, а ненависть лорда-Искателя и эрла Кенделлса, доселе не страшившая храмовницу, уже в ближайшем будущем норовила стать реальной угрозой. Однако слова Рувены, как и всегда в минуту сильного раздражения, всё равно звучали очень вежливо. Вежливо-язвительно. - Дозволено ли мне будет сказать, Ваша Милость? Правильно ли я поняла, что Создателю и Церкви было угодно, чтобы Неварранское соглашение было разорвано? Чтобы храмовники лорда-Искателя били по лицу Преподобную мать Эвару в Вал Руайо? Чтобы они атаковали эрлинг Амарантайн – землю, не принадлежащую ордену и не находящуюся под орденской юрисдикцией? Чтобы лорд-Искатель увёл рыцарей в Теринфаль, оставив огромные пространства Орлея и Ферелдена, вкупе с живущими на них людьми, без какой-либо защиты от запрещённой магии и влияния Тени? Чтобы, в конце концов, сэр Люциус Корин занял пост лорда-Искателя самочинно, без дозволения Церкви и не по решению Её Святейшества? Не дожидаясь ответа, Рувена медленно поднялась на ноги, будто бы разом став старше лет на тридцать. Тяжело ступая, она отошла туда, где стояли её рыцари и прячущаяся между ними эльфийка. Ободряюще приобняла Аметин за плечи. Затем обернулась, чувствуя на себе взоры десятков глаз собравшихся в церкви людей – взоры равнодушные или сочувственные, насмешливые или презрительные. Снова заговорила. - Давайте же судить не по словам, а по делам, Ваша Милость. Я и мои рыцари не бросили свой пост в это трудное время и остались вместе с Церковью и простыми жителями Денерима, защищая их, как и предписано орденским уставом. А не бессмысленно сторожили голые стены давно позаброшенного и людьми и Создателем Теринфаля. Я никак не могу согласиться с тем, что мы забыли о долге – мы выполняем свою работу в полной мере, активность магов-отступников на вверенной мне территории отсутствует. Ибо отступники сами не желают лезть в город, патрулируемый храмовниками. Они рассуждают так: мало ли других городов, что оставлены без защиты ордена, благодаря действиям лорда-Искателя. И я решительно не понимаю, с кем и ради чего я должна объединяться. Где сейчас находится орденское войско, собранное сэром Кориным, хотела бы я спросить? Какие подвиги во имя Создателя и Его Невесты оно совершает и по чьему благословению? Оно далеко на севере, в Неварре, как утверждают слухи, что привозят купцы из-за Недремлющего моря? Где угодно, но не там, где надлежит быть храмовникам! И я не отрицаю того, что всегда заботилась лишь об утолении своих желаний, однако желания мои были просты: верно служить Создателю, Пророчице и Церкви. И именно по этой причине я сейчас нахожусь здесь, в Денериме, а не в каком-нибудь, прости господи, Скайхолде, где Искательница Кассандра Пентагаст нас, опытных и обученных храмовников, приняла бы в ряды Инквизиции с распростёртыми объятиями. Рыцарь-лейтенант сделала паузу, сглотнула комок в горле, перевела дыхание. Посмотрела в сторону Аноры и не удержалась от того, чтобы едва заметно пожать плечами. В отличие от прочих участников шоу-программы, стремящихся к действию почти любой ценой, королева сохраняла загадочную отстранённость. На словах поддерживая лорда-Искателя, она, тем не менее, не торопилась, следом за Владычицей Церкви, выступить на его стороне. С чего бы? Аноре нравится позиция стороннего наблюдателя? И стоило ей ради этого самой идти в церковь? Впрочем, королева позволила храмовникам Рувены беспрепятственно вернуть Аметин в лоно ордена, дав людям эрла знак отойти. Cама Рувена также не была настроена на открытый конфликт с королевскими слугами, ей нужно было лишь убедиться, что Аметин находится в безопасности. Потому что нельзя бросать своих, ни при каких обстоятельствах, и эту истину рыцарь-лейтенант упорно вдалбливала всем подчинённым. Ну а с Воганом разберёмся потом. Возможно, Рувена поспешила с выводом о том, что королева заодно с еретиками. Может быть, Её Величество попросту подставили? Пообещали одно, а на практике… В особой набожности Анора замечена не была, и на Церковь ей, по большому счёту, было наплевать, а вот на власть – нет. Королева не могла не осознавать тот факт, что местные храмовники, под началом Рувены, угрозы для королевской власти не представляли, в дела короны не лезли и своё общество Аноре не навязывали. А вот что касается теринфальских, ныне шествующих за королевой по пятам, то здесь далеко не всё очевидно. Сегодня они заняли церковь, а завтра – королевский дворец? Ересь имеет свойство расползаться. Рувена призвала на помощь все свои навыки ораторского мастерства, апеллируя даже не столько к Элемене, сколько к цвету денеримского общества, собравшемуся в церкви. Сдаваться просто так она не собиралась. - Что же касается обвинений в мой адрес, то могу ответить просто – клевета. Клевета от первого до последнего слова, и я готова этот поклёп опровергнуть! Я отвергаю даже мысль о том, что я и мои рыцари могли умышленно нарушить нейтралитет храмовников по отношению к королевской власти и эрлу Денерима. Если мы и взялись за оружие, то исключительно против еретиков – наших бывших братьев по ордену, ныне отпавших от всей полноты андрастианского вероучения! Но поскольку обвинения прозвучали весьма серьёзные, то и разбирать их надлежит со всей серьёзностью и в полном соответствии с установленными правилами. Рыцарь-лейтенант искренне недоумевала – откуда Владычица могла знать то, что было произнесено полушёпотом, с глазу на глаз, за плотно закрытыми дверями? Равно как и про интимные отношения Рувены с Аметин, которые всегда происходили втайне и без посторонних свидетелей. Кто мог получить такую информацию? В городе объявился чтец мыслей, или проговорилась сама эльфийка? Да ладно, зачем ей это? Она прекрасно знает, что они с Рувеной сейчас ходят по очень тонкому льду, и чем меньше она будет болтать, тем будет лучше для всех – и для неё самой в первую очередь. Ибо, избавившись от Рувены, враги рыцаря-лейтенанта следом избавятся и от эльфийки – зачем она им будет нужна? Да даже если Аметин случайно и проговорилась, трижды ха-ха-ха: слово эльфа – тоже, блин, веская улика. Ни один судья в Тедасе не поверит такому «доказательству». Ну а Рувена, напротив, легко может объяснить, что Аметин, незаконно заключённую под стражу, в тюрьме били – следы избиений на лицо – и поэтому она согласилась озвучить явную ложь, которую от неё требовали, чтобы прекратить побои. Хм… а на самом-то деле ловкие шпионы и убийцы Рувене сейчас точно понадобятся, ой как понадобятся. Жаль, что у Друзей Рыжей Дженни есть нехорошая привычка выходить на связь только тогда, когда им самим это требуется. И ещё интересный вопрос: с чего вдруг Элемена решила принять в конфликте Рувены и Вогана сторону эрла – человека, который к Церкви и жрицам всегда относился весьма пренебрежительно, если не сказать больше? Чем вызван этот внезапный коллаборационизм? И почему Владычица не только не желает сама обличать ересь лорда-Искателя и указывать на расхождение его слов с его же поступками, но и запрещает делать это другим? Рувена вспомнила про Киркволл, где против рыцаря-командора Станнард тоже ополчились те, кому она больше всего доверяла. Ополчились даже её собственные рыцари, попавшие под влияние магии крови Хоук – так называемой «Защитницы Киркволла», имя которой Рувена не могла произносить без отвращения. Здесь, в Денериме, в стенах храма, тоже имеет место магия крови? Пожалуй, что поводов начать судебное расследование, в ходе которого мотивы Владычицы могут проясниться, более, чем достаточно. Однако ещё больше, чем странное поведение Элемены, Рувену бесило самодовольство лорда-Искателя, ныне ощущавшего себя триумфатором. Больше всего на свете храмовнице хотелось сбить спесь с Люциуса, обрушив на его голову стальную булаву. Будь они вне пределов церкви, она бы, наверное, так и поступила – однако допустить кровопролитие в священных стенах храма рыцарь-лейтенант не могла. Иначе чем она сама будет отличаться от еретиков, не уважающих Церковь? Храмовница воздела ладони к небу и громко и отчётливо произнесла строки из Песни света – ритуальную формулу символа веры: Таковые истины открыл мне Создатель: Как есть лишь один мир, Одна жизнь, одна смерть, Так есть один лишь бог, и Он наш Создатель. Грешники те, кто дарит свою любовь Ложным богам. Магия призвана служить людям, а не править ими. Злы и испорчены те, Кто принял дар его И обратил против детей Его. Да будут названы они Малефикары, проклятые. Да не найдут они покоя в мире И за его пределами. Всякий человек есть Творение Рук нашего Создателя, От нижайших рабов До величайших королей. Те, кто наносит вред Беспричинный самому малому из Его детей, Прокляты Создателем и ненавистны Ему. Лжесвидетели И обманщики, знайте: Есть лишь одна Истина. Всё ведомо нашему Создателю И Он станет судить их ложь. Закончила декламацию она не менее торжественно: - Перед лицом Создателя, Его Невесты и святой Церкви я заявляю о своей невиновности и требую созыва церковного суда, на который я явлюсь, дабы официально защититься от предъявленных мне обвинений. «Хе, а ведь созыв суда – задачка-то весьма нетривиальная при нынешних обстоятельствах. Высший церковный трибунал в Вал Руайо определённо не функционирует, так что Элемене придётся собрать собственный суд из жриц степенью священства не ниже Преподобной матери. Ибо недопустимо, чтобы командира столичных храмовников Ферелдена – по сути, целого командора – судили низшие по рангу, рядовые жрицы одной-единственной церкви, пусть даже и кафедральной. Пока Преподобные матери из разных церквей получат соответствующие уведомления, пока соберутся в Денериме, пока будут улажены все необходимые формальности, пока жрицы, прибывшие из отдалённых мест и понятия не имеющие о том, что сейчас происходит в столице, будут вникать во все обстоятельства дела, которое весьма спорно с точки зрения церковного права, очень много времени пройдёт. И очень многое может случиться». Отредактировано Meredith Stannard (2019-04-02 09:22:42)
  9. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Последняя по счёту просьба Рувены также была отклонена монаршей особой. Да уж, упрямство Аноры было достойно куда лучшего применения. Королева предпочла возглавлять процессию на всём пути следования к церкви, представляя из себя удобную мишень для любого, кто желал бы причинить вред правительнице Ферелдена, и заставляя понервничать своих сопровождающих. Однако обошлось. На этот раз. Рыцарь-капитан Кэррол, что со своими прислужниками хвостиком ходил по пятам королевы, похоже, был вполне доволен развитием событий. А вот капитан Далтин определённо чувствовал себя не в своей тарелке, так что Рувене даже не хотелось говорить старому служаке свои обычные колкости. Напротив, воспользовавшись кратковременным замешательством, возникшим, когда процессия начала прокладывать себе путь через толпу, собравшуюся у дверей церкви в ожидании традиционного благословения, Рувена приблизилась к Далтину вплотную и быстро шепнула: - Приглядывайте за теринфальцами, капитан. За своими я сама присмотрю. Входя за королевой внутрь храма, Рувена, как ей казалось, была готова ко всему – но всё же вздрогнула, увидев избитую и растерзанную Аметин. Лицо храмовницы стало наливаться краской гнева. И зачем эльфийку притащили именно сюда, на потеху праздной публике, а не доставили к воротам прецептории? Впрочем, ладно. Пусть Владычица Церкви и Её Величество увидят эту неприглядную картину своими глазами. Главное то, что Аметин жива. А вот здорова ли? Осмотр лекарем ей бы сейчас определённо не помешал. Денеримские храмовники вошли следом за своим командиром, уплотняя собой пространство внутри церкви. Не получив от Рувены никаких дополнительных указаний, они встали в нефе, за хорами, среди прочих прихожан, однако же не смешиваясь с ними. Подойдя к Владычице Церкви, рыцарь-лейтенант опустилась на колени и, склонив голову, застыла в позе кающейся грешницы. Стоящего рядом лорда-Искателя она не желала замечать принципиально. - Ваша Милость, приношу глубочайшие извинения за то, что я и мои братья и сёстры опоздали к началу службы. Уверяю Вас, что причина для этого была серьёзная. Мы занимались важным делом – укрепляли оборону нашей обители. Безопасность и благополучие вверенного мне орденского гарнизона – рыцарей, за которых я несу ответственность – беспокоит моё сердце прежде всего. И, к большому сожалению, я имею полное право опасаться нападений. Рувена указала рукой в угол церкви, туда, где между солдатами эрла Денерима в самом жалком своём виде стояла Аметин. Губы храмовницы исказила злая усмешка. - Вот, извольте полюбоваться, моих подчинённых уже хватают среди бела дня и подвергают гнусному поруганию. Причём, как выясняется, причастны к этому акту агрессии люди правителя города. Пусть нападение было совершено всего лишь на слугу, на самого нижайшего из членов ордена, но сути это не меняет – грубо нарушен нейтралитет храмовников и нанесено оскорбление ордену и Церкви. Хотелось бы знать, на чью мельницу льёт воду эрл Кенделлс и кто дал ему право поступать подобным образом? Ибо мы, со своей стороны, всегда аккуратно придерживались своей юрисдикции и, насколько мне известно, не совершали никаких враждебных действий против короны и светских властей. Рыцарь-лейтенант подняла голову и посмотрела в глаза Владычице, ища у неё поддержки и понимания. Затем уже куда более жёсткий взгляд она уделила королеве. Вряд ли бы Воган позволил себе так распуститься, если бы не чувствовал себя под высочайшим покровительством Её Величества. - Я надеюсь, что действиям лиц, совершивших бесчинство по отношению к ордену, будет дана суровая оценка, и все они понесут заслуженное наказание. «А если нет, то мне придётся лично восстановить справедливость, - подумала Рувена. – Надеюсь, мне удастся найти опытного и заслуживающего доверия специалиста для грязной работы». - А ещё я вижу, как на глазах у прихожан оскверняется святость храма, - продолжала рыцарь-лейтенант. – Ибо сюда явился еретик, виновный в нарушении своего долга и святых обетов, богохульстве, самоуправстве, бессмысленных убийствах, оскорблении веры и слуг Создателя. И явился он отнюдь не для того, чтобы молиться, каяться и просить отпущение грехов, а для того, чтобы смущать умы словами ереси. Я надеюсь, он не угрожал Вам, Ваша Милость, как имел наглость угрожать мне? В сторону лорда Корина Рувена так и не посмотрела, взгляд её синих глаз был направлен исключительно на Владычицу Элемену. - Единственное, чего достоин этот человек, отвергнувший служение Церкви – это немедленного извержения из своего сана. Может быть, здесь допустима какая-то икономия, но икономия подразумевает не просто снисхождение к грешнику, а снисхождение ради пользы церковной. В чём же эта польза состоит? По знаку рыцаря-лейтенанта, несколько храмовников направились туда, где стояла Аметин и, оттеснив назад солдат эрла, обступили эльфийку. Один из рыцарей набросил на её плечи свой плащ, скрывая изодранную одежду. - Вы вправе наказать меня за нарушение обета послушания, Ваша Милость, - завершила свою речь Рувена. - Однако сейчас, когда опасность для моих людей ещё не миновала, моя голова на плечах принадлежит исключительно моим братьям и сёстрам. После того, как порядок в городе будет восстановлен, моя голова принадлежит Вам. Отредактировано Meredith Stannard (2019-03-22 09:31:08)
  10. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Да будет так, - нехотя произнесла Рувена, не скрывая своего разочарования. Её Величество королева Ферелдена будто бы нарочно старалась создать храмовнице как можно больше проблем, словно бы их и без того было мало. Рувена уже не надеялась всерьёз, что Анора прислушается к её просьбе, но, по крайней мере, рассчитывала на то, что королева хоть как-то отреагирует на предупреждение об опасности. И осознает смысл её слов – хотя бы тот, что и так очевидно разжёван. Королева не осознала. Или же просто не хотела осознавать. Считала ниже своего достоинства внимать голосу разума. М-да. Похвальная самоуверенность, граничащая с безрассудством. Вам бы, Ваше Величество, сейчас бы собирать вокруг себя нормальных людей, а не отталкивать. Рувена отошла назад, в глубину двора, дабы отдать распоряжения своим подчинённым. При её приближении храмовники загудели как шмели, каждый желал высказать командиру своё мнение. Братья и сёстры были явно обеспокоены происходящим, и не скрывали этого. Нервничал и рыцарь-капрал. - Я должен пойти с вами! - сразу заявил он. – Не нравится мне всё это. Рувена грустно улыбнулась и похлопала гиганта по латному наплечнику. - Нет, брат, лучше обеспечьте наши тылы. Возьмите на себя командование в прецептории до тех пор, покуда я буду отсутствовать. Сохраняйте полную бдительность и будьте готовы прикрыть наш отход, если нам придётся срочно вернуться за стены. Опасность ещё не миновала. Если появится сестра Аметин, проводите её в мои покои, пусть её сразу осмотрит лекарь. Больше никого к ней не подпускать, пока я не вернусь. Если прецепторию начнут атаковать, действуйте по обстановке. - Похоже, ваше предположение не подтверждается, - заметил рыцарь-капрал. – Совсем непохоже на то, что еретики шантажируют королеву. Эти слова заставили Рувену нахмуриться. - Да, такое впечатление, что она лобызается с ними по собственной доброй воле. Впрочем, мы с вами допускали такую возможность. Ладно – не диковина лезть в дерьмовину. Посмотрим, насколько далеко это зайдёт. Без боя сдать город лорду-Искателю – огромнейшая глупость для ферелденской короны. Рувена дружески обняла рыжебородого воина и отправилась строить свой собственный отряд. Вместе с ней к церкви должны были отправиться два десятка рыцарей разной степени усталости и девять оруженосцев. Она бы с удовольствием взяла бы и больше людей, но какие-то силы требовалось оставить в резерве, в прецептории. Чтобы, в случае чего, было кому защитить обитель. Без лишней спешки отряд вышел за ворота, которые сразу же закрылись за их спинами. Рувена не считала нужным отменять осадное положение, пока лорд-Искатель находится в городе. Путь до церкви был недолог, рыцарь-лейтенант походила его уже бесчисленное множество раз. Но никогда ещё предстоящий путь не отдавался такой тяжестью на её сердце, как сейчас. Хорошего выхода из сложившейся ситуации храмовница в принципе не видела, но всё ещё надеялась обойтись допустимыми потерями. И хорошо бы, чтобы в список этих потерь не попали ни королева Ферелдена, ни Владычица Церкви. - Мы готовы, Ваше Величество, - сообщила Рувена. – Можно Вас попросить держаться, на всякий случай, поближе к нам.
  11. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Человек, добровольно отвергнувший Церковь и отлучивший от неё всех своих последователей, решил вознести молитву Создателю? - слова королевы Рувена восприняла со всем возможным скептицизмом, на который только была способна. - Человек, по чьему приказу Преподобную мать Эвару ударили по лицу, решил восславить Андрасте? Конечно, признать свои ошибки и раскаяться в грехах способен каждый, но, как по мне, сэр Люциус Корин невероятно далёк от таких понятий, как смирение и раскаяние. Рыцарь-лейтенант тяжело подвигала челюстью. - И, кроме того, Искатели молятся неправильно. Цитируя Песнь света, они обычно подчёркивают значение тайноустановительных слов Создателя в эпиклезе, вместо анафоры, что, как Вы понимаете, совершенно непростительно. Ой, как всё непросто складывается-то. Что же делать? Элементарный здравый смысл подсказывал, что нужно оставаться здесь, в укреплённой и защищённой позиции, не поддаваясь ни на какие провокации. Возможно, это ловушка. Нужно подождать возвращения Аметин и убедиться, что с ней всё в порядке. Но что, демон раздери, сейчас происходит в церкви? И в какой ситуации оказалась Владычица Элемена? Позиция невмешательства, занятая Владычицей Церкви, беспокоила рыцаря-лейтенанта не на шутку, и началось это далеко не сегодня. После того, как Церковь лишилась Верховной Жрицы и Верховного канцлера именно на плечи Владычиц – тех из них, кто остался в живых, – легла вся полнота власти. И именно от них сейчас зависело, в каком направлении будет двигаться Церковь, и как скоро она восстановит своё могущество. То, что Элемена самоустранилась от любых решительных политических и идеологических шагов, сосредоточившись исключительно на текущих делах прихода и на заботе о духовном и плотском окормлении жителей Денерима, можно было объяснить преклонным возрастом и далеко не идеальным состоянием здоровья жрицы. Однако на положении Церкви в Ферелдене это сказывалось не лучшим образом. С одной стороны, подобный смиренный пофигизм Элемены и нежелание употреблять власть были в какой-то мере даже на руку Рувене. На своём посту рыцарь-лейтенант могла делать практически всё, что душе заблагорассудится, не опасаясь предстать за свои шалости перед церковным судом. Какие бы жалобы и доносы на командира храмовников ни поступали Её Милости, она спокойно принимала их все – и все оставляла без внимания. Даже такое достаточно серьёзное нарушение церковных правил, как возведение эльфийки Аметин в ранг полусестры ордена, не вызвало гнева Владычицы. Будучи обруганной за это святыми матерями, Рувена как могла объяснила, что эльфийка не является частью основной иерархии храмовников и не проходила посвящение – то есть была поставлена на свою должность не церковным таинством священства (священной хиротонией), а путём так называемой хиротесии, по благословению действующего командора, в качестве помощницы полноправных храмовников. Ортодоксы буквально взвились, ибо объяснение и в самом деле было шито белыми нитками (хиротесия уставом подразумевалась только для людей), но Владычица промолчала, будто бы не заметив, что один из подчинённых ей членов ордена теперь носит уши необычной формы. С другой же стороны, пустить церковную жизнь на самотёк и не пытаться объединить под своей пастырской рукой тех жриц и храмовников, что находились за пределами Денерима, было не лучшим решением в ситуации, когда Церковь испытывала один из глубочайших кризисов за всю свою историю. Суровые времена требуют решительных мер. Рувена сама, на свой страх и риск, искала союзников для Церкви везде, где только могла, и недоумевала, почему этим не хочет заниматься Владычица, авторитет которой среди жителей Ферелдена уж явно превосходил авторитет простого рыцаря-лейтенанта. Да что там говорить, если даже на откровенную ересь Элемена не считала нужным реагировать. Она публично не осуждала ни Инквизицию, ни отвергнувших Церковь храмовников лорда-Искателя. Это было тем более непонятно, если учесть, что Верховный канцлер Церкви Родерик Асиньон погиб именно в ставке Инквизиции, пытаясь найти общий язык с этой подозрительной организацией. И одному Создателю было ведомо, убили ли его мятежные маги, чья армия атаковала Убежище, или на самом деле канцлер пал жертвой приверженцев «Вестницы Андрасте», похоронивших на заснеженных перевалах все возможные улики против себя. Не стоило всё же канцлеру рисковать собой, отправляясь в Убежище без охраны. Хотя вот Верховную Жрицу даже присутствие Божественных рыцарей, не говоря уже о массе прочих храмовников, и то не спасло. Вообще забавный факт: Божественные рыцари, чьей основной задачей является обеспечивать защиту Её Святейшества, так и не уберегли от покушения ни одну Верховную Жрицу. Правда, надо отдать им должное – они их и не устраивали. Всякий раз в заговор против главы Церкви оказывались замешаны какие-то другие люди. Рувена встряхнула головой, собираясь с мыслями. Как бы то ни было, но безопасность Владычицы Элемены – это зона её ответственности. Даже если рыцарь-лейтенант и не согласна в чём-то с Её Милостью, она всё равно обязана ей подчиняться. После взрыва церкви и смерти Эльтины храмовников из Киркволла их братья по оружию едва ли не мешали с дерьмом. Оно и понятно: храмовник, допустивший гибель своей Владычицы – это пожизненная чёрная метка. Это непростительный грех. Пусть даже самой Рувены и не было в Киркволле, когда взорвалась церковь, но кому охота в этом разбираться? Второй подобный прокол, и о какой-либо дальнейшей карьере в ордене можно будет забыть. Надо что-то делать... Да, но как быть с королевой? Если поблизости творится такая вот еретическая хрень, то и Её Величество нельзя оставлять без охраны. Рыцарь-лейтенант смотрела на Анору, а меж тем на неё саму смотрели её люди. Смотрели сзади, из-за линии баррикад, смотрели сверху, сквозь дыры-убийцы, смотрели и ждали команды. Рувена нашла глазами капитана Далтина и слегка кивнула ему издалека. С капитаном городской стражи она ладила, как кошка с собакой, но сейчас, по странному капризу судьбы, он мог оказаться единственным союзником, на помощь которого она ещё могла рассчитывать. - Полагаю, нужно посетить церковь и во всём разобраться лично. Но я боюсь, что там сейчас небезопасно, а жизнь Вашего Величества невероятно дорога для нас, как и для всех жителей королевства. Возможно, Вам будет лучше остаться здесь. Осмелюсь заметить, что под защитой стен нашей обители Вашему Величеству ничего не будет угрожать. Отредактировано Meredith Stannard (2019-02-16 16:09:41)
  12. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Как я и имела честь сказать ранее, Вы, Ваше Величество, всегда можете полагаться на рыцарей ордена в вопросах защиты жизни и веры. Равно как и все Ваши подданные, - взгляд Рувены был по-прежнему пристальным, беспокойным. Разумеется, она ничуть не поверила словам Кэррола о непричастности людей лорда-Искателя к похищению Аметин (как вообще можно верить еретикам?), но в присутствии королевы сочла за лучшее воздержаться от спора. Публично демонстрировать отсутствие хороших манер – не самый лучший способ расположить к себе венценосную особу. Пусть даже сия венценосная особа вела себя… странно. Неприязнь Её Величества к храмовникам Денерима, не жалующим королевскую власть, ещё можно было объяснить, но зачем королеве склонять Владычицу Церкви к поиску компромисса с еретиками? В порядке ли её голова? Пожалуй, зря Анора отказалась от того, чтобы при ней находились храмовники. То, что рыцари ордена всегда находились в свите монархов разных государств Тедаса, в непосредственной близости к королевскому телу, было давней традицией. Невозможно угадать, когда случится так, что во дворец попробует проникнуть какой-нибудь радикально настроенный маг-убийца, или малефикар, владеющий искусством порабощать разум. После завершения Пятого Мора на службе при королевской чете Ферелдена состояли несколько храмовников, во главе с рыцарем-лейтенантом Рилок, но затем они по какой-то причине перестали сопровождать монархов. Возможно, король Алистер, решивший восстановить свои навыки храмовника и прибегнувший к помощи лириума, полагал, что сможет сам защитить себя и супругу от магической угрозы. Сейчас же, когда короля рядом нет… Впрочем, Рувена предпочитала не делать поспешных выводов. - Указания Владычицы будут приняты мною к исполнению, - объявила рыцарь-лейтенант, - ибо наш орден служит Церкви и претворяет в жизнь волю Создателя. И, не удержавшись, добавила: - В том числе и в том, что касается борьбы с ересью. Да, храмовники носили свои сверкающие латы не просто так. Не только для того, чтобы запугивать своим видом не носящих доспехи магов и мелких разбойников, да красоваться на плац-парадах. Доспехи храмовников служили символом их готовности в любой момент выступить на войну. На священную войну за свою веру. Не раз и не два в истории Тедаса Верховная Жрица объявляла о начале Священного Похода, направленного против распространения ереси и искажения церковных доктрин – и авангардом этих походов всегда были храмовники. Участие в походе было добровольным для мирян, Церковь не заставляла верующих сражаться, однако на храмовников никакое право выбора не распространялось. Приказы руководителей ордена всегда были однозначны, и отвертеться не получалось. При этом дрались храмовники отчаянно, трусость среди братьев-рыцарей была не в чести. Только вот весьма часто несли слишком большие по сравнению с обычными армейскими полками потери. Как ни крути, но тому, как сражаться на поле боя, рыцарей храма никто никогда на должном уровне не учил. Последние Священные Походы отгремели не так давно, всего пару веков назад, и были ответом на расползающуюся по всему Тедасу ересь Кун. Тогда война с кунари была выиграна – правда, ценой опустошения охваченных конфликтом территорий. После того, как благочестивые воины Церкви принялись подчистую вырезать население северных земель, поражённое ересью, серокожие гиганты ушли обратно на свои острова. Ибо для них жизнь – высшая ценность. Кунари ушли, но обещали вернуться. Рувена отнюдь не одобряла массовое уничтожение мирных жителей, но могла сделать скидку на обстоятельства – на то, что иного способа справиться с крепко пустившим корни ложным вероучением в ту пору просто не существовало. Сейчас же, когда ересь ещё не распространилась по всему Тедасу, а была локализована исключительно внутри ордена храмовников и бывших Кругов магов, ситуация была иная. Можно – и нужно – было попытаться решить проблему малой кровью. Вместо этого, Церковь, судя по последним действиям королевы Аноры и Владычицы Элемены, похоже, вновь делала попытку всех примирить. Ну-ну. В первый раз подобная попытка закончилась взрывом церкви Киркволла, во второй раз – взрывом на Конклаве. Рувена была готова поклясться, что и в Денериме всё это добром не закончится. Политика соглашательства ни к чему хорошему не приводит. Да, вполне возможно, что рыцарей храма, сохранивших верность своему долгу, осталось не так много, и войско для Священного Похода на Теринфаль из них не собрать. Рувена до сих пор не имела точной информации о том, в каком состоянии сейчас находится орден, и каково число храмовников-лоялистов. Но в этом случае именно Церковь должна была делать то, чем сейчас пыталась единолично заниматься Рувена: искать союзников для борьбы с ересью. Авторитет Церкви мог оказать влияние на баннов, эрлов, герцогов и маркизов и убедить их предоставить войска. Если же Ферелден и Орлей, сначала оказавшиеся в эпицентре войны магов и храмовников, а затем погрузившиеся в пучину гражданского противостояния, мало чем могли помочь Церкви, то оставались Неварра, Антива, Ривейн, Андерфелс, где храмовников и местную знать война, по большому счёту, не затронула. Оставались города-государства Вольной Марки. Да, пёс раздери, ради такого случая можно было даже на время забыть о принципах и договориться на совместные действия с Чёрным Жрецом Церкви Тевинтера, как уже и случалось во время Священных Походов Века Бурь. Беда-то общая. И вряд ли в самом Тевинтере сейчас тишь, да гладь, и там не ведут свою пропаганду еретики, отвергнувшие Церковь. В принципе, заручившись поддержкой достаточного числа союзников, Рувена могла бы организовать локальный Священный Поход собственными силами. Но, чтобы её саму не обвинили в ереси, вначале требовалось получить на это благословение Церкви. Если Владычицу Элемену так и не удастся убедить в невозможности мирного решения проблемы и в решительной необходимости военных действий, Рувене придётся вторично нарушить свой обет послушания и искать поддержки у других церковных иерархов. В Джейдере, в Камберленде, в Тантервале, в Великом Соборе, в конце концов. Лишь бы только Церковь прекратила свои бесконечные склоки вокруг опустевшего Солнечного трона и трезво взглянула на то, что творится у неё под носом. Однако о Священном Походе на Теринфаль пока приходилось лишь мечтать. Сейчас требовалось решать иную насущную проблему – ту самую, с которой к Рувене прибыла королева Ферелдена. Анора, по всей видимости, хотела бы притащить Рувену и лорда Корина друг к другу за шкирки, как поссорившихся детишек: мирись-мирись-мирись, и больше не дерись, а ну обнимитесь и поцелуйтесь. Очевидно, она плохо понимала – или же вовсе не желала понимать – чем такая встреча в реальности может обернуться. Оставалось лишь надеяться, что, в отличие от королевы, это хорошо осознавала Владычица Церкви. Храмовница учтиво склонила голову, но произнесла достаточно твёрдо. - Прежде, чем принимать какие-то решения, я предпочту подождать, пока названную мною эльфийку доставят сюда. Дабы убедиться, что с ней всё в порядке, и лично расспросить об обстоятельствах случившегося. Разбойное нападение на пусть и нижайшего, но члена нашего ордена, что пользуется особыми правами и привилегиями, дарованными как Церковью, так и Вашими Величествами, весьма меня опечалило. Ещё раз повторюсь, что мы никому не угрожаем, но, вместе с тем, мне хотелось бы иметь гарантии безопасности для моих собственных людей. Рувена желала узнать непосредственно от Аметин, кто именно – и с какой целью – решил воспрепятствовать плану рыцаря-лейтенанта. Ну а затем продумать ответный ход. Нельзя оставлять без внимания покушение на честь ордена – пусть даже и на малую часть этой чести. Однако действовать придётся аккуратно: неизвестно, насколько прочен очевидный союз эрла Кенделлса и лорда-Искателя, но опасен он, вне всякого сомнения. Рувена уже собиралась пригласить Анору внутрь прецептории, чтобы продолжить беседу в своём уютном рабочем кабинете – в самом деле, не заставлять же королеву стоять столбом в воротах, ожидая появления какой-то незнакомой ей эльфийки – когда до них донеслись звуки начавшейся в церкви службы. И тем поразительнее зазвучал далёким эхом мужской голос, по всей видимости, читающий проповедь собравшимся. Голова рыцаря-лейтенанта повернулась на звук, лицо исказилось гримасой нескрываемого отвращения. - Поздравляю, Ваше Королевское Величество, - язвительно произнесла Рувена. - В столице королевства свила гнездо гнуснейшая ересь. Стоило мне ненадолго убрать моих рыцарей от церкви, как теперь там службу ведёт мужчина. Прямо как в Тевинтере. Глаза храмовницы полыхнули огнём холодной лириумной ярости. - А Вы ещё спрашиваете, почему мы взялись за оружие! Отредактировано Meredith Stannard (2019-01-21 10:02:43)
  13. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Лицо Рувены сохраняло всё то же нейтрально-вежливое выражение, однако последние слова королевы заставили её внутренне напрячься. Вот тебе и раз. Поговорили, называется. Храмовница подумала, что пора бы уже и привыкнуть к тому, что здесь, в столице Ферелдена, её на каждом шагу пытаются обвинить в преступлениях, которые у неё и в мыслях не было совершать. Просто принять это, как данность. Можно было сделать скидку и на то, что произносились эти слова человеком, весьма далёким от понимания реалий, в которых существует орден – однако слышать это всё равно было неприятно. Неужели Анора всерьёз верит, что храмовники готовятся начать войну – обстреливать Денерим из баллист и нападать на королевских подданных? На тех самых людей, которых они, согласно священному обету, обязаны защищать? Чушь, бессмыслица. Впрочем, ядовитый язык эрла Кенделлса, дай ему волю, готов обвинить подчинённых Рувены ещё и не в таких зверствах. Лучше уж поверить в то, что королева стала жертвой наушничества эрла, нежели допустить, что и она попала под влияние нечестивой магии еретиков. В последнем случае надежду Рувены найти взаимопонимание с королевским двором можно сразу и бесповоротно хоронить. - Все обвинения, высказанные мной, могут подтвердить свидетели – присутствующие здесь братья и сёстры ордена. Впрочем, разбирать эти обвинения, в любом случае, должен церковный суд, не королевский. Как я уже сказала ранее, мы никому не угрожаем, и используем своё оружие только если на нас нападут. Первыми мы конфликт не начнём: если нас не тронут, то и мы никого не тронем. Мы хотим лишь того, чтобы нас оставили «как есть» и позволили и дальше исполнять свой орденский долг – хранить добрых жителей Денерима от опасности, исходящей от Тени и её обитателей. Также хочу напомнить, что орден храмовников никогда не был замешан в каких-либо заговорах против королей Ферелдена – равно как и против правителей иных стран. Напротив, мы всегда были на стороне тех, кому требовалась наша помощь и защита. От простых людей, до монархов. Уж, пожалуй, прямее и не намекнёшь. Если королеве требуется помощь, если люди лорда-Искателя угрожают безопасности Её Величества, то ей достаточно сделать буквально несколько шагов и оказаться за стенами прецептории. Ворота будут закрыты, и лорд-Искатель уже точно не причинит никакого вреда королеве – по крайней мере, теми силами, которыми он располагает в Денериме. Но говорить об этом в открытую Рувена опасалась – кто знает, насколько тонкий слух у рыцаря-капитана Кэррола и его подручных, и какие распоряжения они получили. Вместо этого, она подняла руку и указала на Брешь, чьё зеленоватое мерцание хорошо различалось на фоне тёмного вечернего неба. - Для нас имеет значение лишь вот эта вещь. Это верно, что в настоящую минуту Брешь и разрывы в Завесе не угрожают городу напрямую – но кто знает, что случится завтра? Особенно в наши дни, когда магия стала нестабильной. Прочие же игры в политику нас не интересуют. Что касается предлагаемых переговоров… Храмовница пожала плечами, уж насколько позволяли латные наплечники воспроизвести этот жест. Получилось так себе. Она немного помолчала, опасаясь ошибиться в выборе тона – сейчас излишне обострять обстановку в её планы никак не входило. Всё же перед ней стоял не еретик Кэррол, а законная правительница Ферелдена, в антипатии к Церкви и церковной власти доселе не заподозренная. Выражение лица храмовницы осталось приветливым, однако в голосе послышались отчётливые саркастические нотки. - Пока что, готовность лорда-Искателя к диалогу заключалась лишь в том, что он пытался отдавать нам приказы – напрочь игнорируя тот факт, что все его прежние указания были отвергнуты нами как не имеющие божественной и юридической легитимности. При всём уважении, хочу отметить, что законным правом назначать лорда-Искателя обладает лишь Её Святейшество. Посему я могу принять сэра Люциуса Корина в сущем сане – сиречь в качестве главы нашего ордена – лишь после подтверждения его полномочий со стороны вновь избранной Верховной Жрицы и возложения на него благодати Создателя – церковной конфирмации. Однако же, всё это внутреннее дело Церкви и ордена. «А не Вашего Величества», - добавила Рувена про себя. Однако, скользкий червь сомнений всё же зашевелился в глубине её сознания. Ради кого и чего ей нужно продолжать это упёртое противостояние с лордом-Искателем? Есть ли в этом смысл? Какие идеалы должна защищать и отстаивать брошенная на произвол судьбы жалкая горстка рыцарей? Подчиниться приказам, присоединиться к лорду-Искателю, закрыв глаза на его еретические антицерковные выпады – значит обрести своё место в строю орденского войска. Вновь воссоединиться с Аметин, которую Люциус непременно вернёт. И… сделать карьеру. Рувена вспомнила сэра Паксли, своего давнего друга по совместной службе в киркволльском Круге. Растяпу Паксли, гордящегося своим породистым профилем и пышными усами, над которым Рувена то и дело беззлобно подшучивала и тайком гоняла в погреба Казематов за пивом. Как следовало из писем Эльзы, уже в тридцать седьмом году, вскоре после отъезда Рувены в Денерим, Паксли стал рыцарем-лейтенантом храмовников Киркволла. А если верить слухам, то немного позднее, в сорок первом году, после рокового взрыва на Конклаве, сэра Паксли видели в Вал Руайо, среди храмовников лорда-Искателя, уже в чине рыцаря-капитана. Именно тогда лорд-Искатель Люциус, открыто издеваясь над Церковью и Инквизицией, отверг союз и с теми и с другими, и позволил своим подручным совершить бесчинство по отношению к Преподобной матери. Это было мерзко. Но с другой стороны – если уж даже растяпа Паксли стал у лорда-Искателя рыцарем-капитаном, то Рувена уж точно стала бы, как минимум, рыцарем-командором, и опять с полным правом посылала бы Паксли за пивом. Рувена живо представила себе эту картину – она, во главе храмовников Теринфаля, отдаёт приказы своему бывшему сослуживцу и закадычному приятелю. В этом случае и запланированный союз с Серыми Стражами может уже не понадобиться. При мысли о союзе, усатое лицо Паксли в воображении Рувены сменилось другим лицом. Женским, изящным. Рени, Серый Страж Ферелдена. Храмовница вспомнила темноволосую орлесианку, их случайное и в какой-то мере забавное знакомство, взаимный обмен колкостями и последующий откровенный разговор с глазу на глаз за запертой дверью кабинета. Вспомнила её смешной акцент, благородную осанку, настороженный и по-детски любопытный взгляд карих глаз, тепло её ладоней и ту восхитительную неловкость, возникшую, когда Рувена и Аметин прилаживали на её гибкое тугое тело тяжёлые латы храмовника. Вспомнила и улыбнулась этой памяти. А что, если бы Рени оказалась в Амарантайне в тот день, когда орденское войско взяло штурмом Башню Бдения? Что, если бы Рени погибла – и убили бы её храмовники, служащие лорду-Искателю? А что, если бы командовать этими храмовниками было велено Рувене? Готова ли Рувена обменять жизнь этой девушки на командорскую цепь, которую она и так уже носит на груди, пусть даже и не совсем законным образом? Как там говорится в церковных проповедях? Слабость воли – самый большой недостаток смертных. Нельзя разбрасываться своей честью, как мелкой монетой. Бесчестия всего одного человека хватило для того, чтобы отвратить от нас Создателя, и ничто, кроме чистоты людских сердец, не сможет вернуть нам Его благоволение. Для того, чтобы с достоинством предстать перед Создателем в Его чертогах, Рувене следует хранить свою честь и честь ордена. Там, где есть ересь, там нет благодати! Там, где ересь, нет Церкви! Смысл, говорите? Возможно, для сэра Люциуса Корина его долг и святые обеты – пустой звук, но Рувена не сэр Корин. - Я не вижу особенного смысла в этих переговорах, - сделала вывод храмовница. Вся фигура королевы прямо-таки излучала недовольство, поэтому, выдержав небольшую паузу, Рувена добавила: - Впрочем, если будет на то указание моего церковного начальства, то я буду вести переговоры с кем угодно: хоть с еретиками, хоть даже… с самозваной Инквизицией! Моё желание или нежелание в данном случае не будет иметь никакого значения. Если Её Милость паче всякого чаяния полагает, что между мной и лордом-Искателем может быть хоть что-то, кроме взаимного прояснения позиции, пусть так. Ну что же, потянем время, потреплем языком. Посмотрим, какой вырисовывается расклад. Главное – держаться наготове и не выводить своих людей из-под защиты стен раньше времени. Рыцарь-лейтенант помрачнела, брови её сдвинулись. - Но при одном условии. Пусть лорд-Искатель, в качестве залога своих добрых намерений, сначала вернёт мне эльфийку, именуемую Аметин и принадлежащую к нашему ордену. Живую, здоровую и неповреждённую телесно. Она пропала, и у меня есть основания считать, что её схватили люди лорда Люциуса, совершив тем самым бесчинство и непотребство по отношению ко мне и братьям-рыцарям. Отредактировано Meredith Stannard (2018-12-03 10:10:21)
  14. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Выпустить-то выпустят, - не согласилась Рувена. - Я думаю, что люди эрла нам с радостью ковровую дорожку раскатают до самых городских ворот, да ещё и вениками её подметут. Они только и ждут, когда мы отсюда уберёмся. А вот обратно в город постараются не впустить под любым предлогом. Эрл Кенделлс, как мы уже знаем, любит храмовников-еретиков и не любит храмовников Церкви. «Законного права на противодействие ордену у городских властей нет, - подумала Рувена, - но когда их это останавливало? Впрочем, обратное тоже верно». Она взглянула на рыцаря-капрала и произнесла с оттенком укоризны в голоcе: - А вот лошадей нам нужно иметь больше, намного больше. Займитесь этим. Впрочем, пока можно попытаться обойтись и двумя имеющимися. Как насчёт внезапного наскока через площадь к церкви? - Хотите устроить похищение невесты? - уловил идею её собеседник. - Её Величество будет в шоке от подобного обращения. - Спрячь за высоким забором девчонку – выкраду вместе с забором, - подмигнула Рувена. - Нет, брат: я хочу лишь того, чтобы лорд-Искатель со своей свитой убрался из Денерима как можно скорее. Именно он, а не мы – и неважно, по-хорошему, или по-плохому. И ещё я хочу, чтобы Владычица Церкви сделала из происходящего правильные выводы, и не пыталась более примирить непримиримое. А вот для этого все средства хороши. Вязкую вечернюю тишину разорвал звук рыцарского рога. Трубил караульный, что наблюдал со стены за подходами к прецептории. Дважды проиграв сигнал тревоги, и убедившись, что всё внимание теперь приковано к нему, караульный голосом известил о том, что на площади замечено какое-то движение. Молодой рекрут ордена, вместе со своими товарищами назначенный в боевое охранение, гордился оказанным доверием и старался исполнять свои обязанности максимально добросовестно. Повторять предупреждение не потребовалось, замковый двор сразу оживился. - Ну вот вы и дождались своего счастья, сестра, - буркнул рыцарь-капрал, быстрым шагом поднимаясь вверх по ступенькам каменной лестницы, ведущей на стену. - Нас идут штурмовать. - Я не жадная, - откликнулась Рувена, едва поспевая следом. - Своим счастьем поделюсь со всеми. Она была готова к худшему и была весьма удивлена, когда выяснилось, что в сторону прецептории движется небольшой и, по виду, не слишком грозный отряд – всего человек десять. И, что самое интересное, возглавляла его явно женская фигура, носящая платье, а не доспех. - Да, это не штурмовая колонна, - была вынуждена констатировать Рувена. - Уж не сама ли Владычица изволит явиться сюда, дабы отчитать нас за неявку? Это было бы вполне в её характере. Рыцарь-капрал, напряжённо вглядывавшийся в вечернюю темноту, отрицательно покачал головой. - Нет, это не Её Милость. Это… хм, - в его голосе послышался смешок. - Похоже, что похищать невесту не будет необходимости. Она сама идёт к вам в руки. Рувена недоверчиво уставилась во мрак, но вскоре была вынуждена признать правоту рыжебородого воина. - Хорошо. Не приходится сомневаться в мудрости Её Величества. Как-никак, но во всём этом бедламе она смогла выбрать самое безопасное место – нашу обитель. Но вместе с ней идут храмовники: лорд-Искатель из-под своей опеки Анору всё же не выпустил… Ожидаемо. Рыцарь-лейтенант внимательнее пригляделась к фигурам рыцарей в красных плащах, что следовали по пятам за королевой. Одна из этих фигур была ей уже хорошо знакома. - Оп-паньки, опять он здесь. Капитан Кэррол, дубль два. Только на сей раз ещё и дружков с собой прихватил, - Рувена презрительно осклабилась. - Ну что же – чем крупнее шкаф, тем громче он падает. В прошлый раз мы, вроде, так и не закончили нашу беседу. Можем продолжить. С точки зрения Рувены, главная опасность, исходящая от храмовников-еретиков, заключалась не в разносимой ими антицерковной пропаганде, а в банальном перехвате управления. Сплошь и рядом случалось так, что братьев-рыцарей в гарнизонах настолько сурово натаскивали на беспрекословное выполнение приказов своих командиров, что, в итоге, они были готовы выполнить приказ любого человека, обладающего более высоким орденским рангом – не подвергая сомнению ни личность этого командира, ни его полномочия, ни суть приказа. Такие храмовники быстро оказались в Теринфале. Затем – под стенами Амарантайна. По этой причине Рувена достаточно жёстко требовала от своих подчинённых лояльности лично себе. И уж затем, во вторую очередь, лояльности Церкви и ордену. До тех пор, пока рыцарь-лейтенант стояла во главе денеримских храмовников, братья и сёстры должны были слушаться только её, и только от неё получать приказы. Пока что приказы Рувены выполнялись чётко. Стрелки заняли позиции на стене, с категорическим указанием начинать стрельбу только по команде и целиться только в рыцарей лорда-Искателя. Впрочем, еретики на рожон не лезли, остановившись в некотором отдалении, и к стене прецептории королева подошла одна. Это было несколько неожиданно. - Что будем делать? - поинтересовался рыцарь-капрал. - Ворота открывать, - ответила Рувена. - И очень внимательно смотреть по сторонам. Неизвестно, какие ещё будут сюрпризы. - Прикажете поднять на башне королевское знамя? - Нет, рано. Королевское знамя, поднятое на главной башне замка, рядом с орденским флагом, и свидетельствующее о том, что Её Величество находится здесь, на стороне Церкви и ордена, было именно тем, к чему стремилась Рувена. Однако визит королевы был внезапным, неофициальным, и, что ни говори, довольно необычным при сложившихся обстоятельствах. Поэтому вначале требовалось соблюсти формальности и заодно, пока суд да дело, разведать обстановку. Загрохотали цепи подъёмного механизма, стальная решётка отсекающая двор прецептории от внешнего мира, плавно устремилась вверх. Затем, под руками слуг, неторопливо распахнулись наружу створки ворот. Не настежь, но достаточно широко. Храмовники не жаловали на своей территории людей эрла Денерима, включая его самого, однако на правителей Ферелдена эта взаимная неприязнь не распространялась. Служителям Церкви было велено избегать любых конфликтов с короной, поэтому Их Королевские Величества, равно как и люди, имеющие письменные полномочия говорить и действовать от имени монархов, беспрепятственно допускались во владения ордена в любое время дня и ночи. Правда, пользовались члены королевской семьи подобной возможностью крайне редко – в конце концов им куда проще было пригласить к себе во дворец рыцаря-командора, нежели самим куда-то идти. Убедившись, что ни один арбалет не направлен на королеву, Рувена спустилась вниз, к баррикаде, возле которой стояли её храмовники. Здесь она медленно, на виду у всех, передала оруженосцам булаву и щит и осталась подпоясанной одним лишь мечом, снимать который рыцарь, согласно уставу, права не имел. Стянув с головы шлем и зажав его под мышкой, она прошла вперёд, под арку ворот, и остановилась шагах в девяти перед Анорой. Согласно правилам этикета, не следовало подходить к королеве слишком близко и уж тем более прикасаться к ней без надлежащего соизволения. Собственно, и заговаривать первой Рувене тоже не стоило, благо слова королевы не заставили себя долго ждать. Приветствуя королеву, рыцарь-лейтенант слегка склонила голову – далеко не так низко как перед Владычицей Церкви – и, вежливо улыбнувшись, произнесла: - Да хранит вас Создатель, Ваше Величество. И да хранит Он всех нас. Не могу не согласиться с Вами – времена нынче скверные. Никогда такого не бывало, чтобы всё руководство ордена впало в ересь, отвергнув служение Церкви. Нынешний лорд-Искатель, что не был назначен на свой пост Верховной Жрицей, и чья власть не была дарована Святой Пророчицей, как видите, обратился против меня и моих людей. Устами своего помощника он угрожал нам, пытался сломить нашу волю с помощью колдовства и совершил неправомерный акт агрессии по отношению к одной из наших... - Рувена чуть замялась, - ... слуг. Он вынудил нас прибегнуть к силе оружия – исключительно в целях законной самозащиты. Я понимаю обеспокоенность Вашего Величества, но Вы можете принять мои искренние заверения в том, что наше оружие ни в коей мере не направлено против Вас и Ваших подданных. В глазах Рувены так и читался немой вопрос: «Ну за каким лысым демоном Вы, Ваше Величество, притащили в Денерим этих еретиков и позволили им здесь хозяйничать? Не было бы их здесь – и ворота прецептории не были бы закрыты». Но вслух она сказала другое: - К сожалению, меня заранее не известили о желании Вашего Величества посетить нашу скромную обитель, посему я и встречаю Вас в доспехах, словно на поле боя, не подготовив ни подобающего облачения, ни герольдов, ни почётный караул. Молю Вас не счесть это намеренным оскорблением, но лишь результатом случайности. Отредактировано Meredith Stannard (2018-11-13 15:38:58)
  15. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Ну вот, как любят писать в романах: наступило неопределённое молчание, - задумчиво произнесла Рувена. – Тихо вокруг, только не спит сова. Есть у совы смешная трава, вот и не спит сова… Она заняла позицию на стене – точнее, в караульной башенке, расположенной над воротами – и через бойницы вглядывалась в тёмную площадь перед прецепторией, по которой изредка сновали одинокие фигуры, освещая себе путь светом факелов. Стоявший рядом с ней рыцарь-капрал усмехнулся. - Чего смеётесь? Весело очень? - огрызнулась Рувена, не поворачивая головы. - Забавно. Вы ждёте штурма, как облегчения. - Ну, тогда, по крайней мере, ситуация прояснится. Ситуация и впрямь была непонятной для рыцаря-лейтенанта. По её прикидкам, лорд-Искатель, явившись к запертым воротам прецептории и убедившись, что разговаривать с ним не желают, должен был приказать своим людям атаковать. Ну или, в крайнем случае, развернуться и уйти, осознав, что здесь ему ничего не обломится. Он же, вместо этого, направился прямиком к церкви, даже не заинтересовавшись орденской обителью. Решил замолить грехи? Бред. С высоты караульной башенки Рувена высматривала угрозу, пытаясь вникнуть в суть предпринятого еретиками странного манёвра. Через смотровую щель шлема видно было так себе, но снимать его храмовница не спешила. Мало ли что. Переступив с ноги на ногу, она не без ехидства проговорила: - Похоже, нашу готовность к бою эрл Кенделлс принял и на свой счёт. Пространство рядом с прецепторией опустело, все его люди отступили подальше. Оно и к лучшему – и им спокойней, и нам меньше риска задеть не того, кого надо. Площадь тонула во мраке, сгущавшемся по мере приближения ночи, и была бы уже едва различима, если бы не белое покрывало свежевыпавшего снега, дававшее слабую, но стабильную подсветку. На площади, как и на прилегающих улицах, не было заметно никакого особого движения. Возле церкви, видневшейся на другом конце широкой площади, света было больше. Светили многочисленные факелы, что держали воины, сопровождавшие королеву. Кое-кто из них зашёл внутрь храма, вместе с королевской свитой, но большая часть предпочла выстроиться снаружи. Особняком держались рыцари в красных плащах, пришедшие с лордом-Искателем – среди них в неровном свете факелов выделялась своей статью исполинская фигура рыцаря-капитана Кэррола. К ним никто не подходил, с ними никто не разговаривал. Однако и каких-либо агрессивных действий по отношению к окружающим никто из красных рыцарей пока не предпринимал. Рувена же поглядывала в сторону Кэррола и размышляла, что перевесит в испорченной душе рыцаря-капитана: жажда мести за пережитое унижение, или благоразумие и инстинкт самосохранения. - Если бы они все зашли в церковь, - задумчиво произнесла рыцарь-лейтенант, – то как было бы здорово запереть их там, обложить брёвнами, облить смолой и зажечь. - Или просто взорвать церковь, как это сделал сумасшедший маг в Киркволле, - откликнулся рыцарь-капрал. Рувена повернула голову и внимательно посмотрела на своего помощника. - Я надеюсь, что вы пошутили, брат. - Я тоже надеюсь, что вы пошутили, сестра, - тон рыцаря-капрала был сух и серьёзен. – И я полагаю ошибкой то, что вы убрали наш караул от церкви. Обеспечением безопасности жриц и Её Милости во время богослужений всегда занимались мы, а не королевские гвардейцы, и не эти… У Рувены вырвался вздох разочарования. - Если эрл и Её Величество хотят, чтобы церковь в этот раз охраняли эти… а не мы – пусть так. Если Владычица Церкви действительно желает, чтобы мы обеспечивали её безопасность, то ей не стоит с упорством, достойным лучшего применения, отвергать все мои предложения на сей счёт. - Отсутствие наших братьев на вечернем богослужении противоречит уставу ордена, - продолжал настаивать рыцарь-капрал. - Никогда такого не было, чтобы ни один храмовник не посетил мессу, которую служит Владычица. - В уставе много чего понаписали, - Рувена зло передёрнула плечами. – Например, о том, чтобы после сигнала к первой ночной литургии часов братья тотчас вставали, и не пытались ещё поспать. Часто я бужу братьев по ночам для молитвы? То-то. А ведь положено – каждые три часа. Устав – уставом, но и соображать тоже надо. Бездумно подставлять своих людей под врага не буду, пока я здесь командую. Там вон уродов целая куча – остановит ли их наш караул из неполного десятка рыцарей? Забыли, как у нас голова кругом ходила, когда Кэррол сюда припёрся? А там таких, как он… Рыцарь-лейтенант нервно прошлась взад-вперёд по башенке. - И ведь сделать ничего нельзя, пока с ними королева. Даже простое вынимание меча из ножен уже может быть расценено, как оскорбление величества. Наш лучший друг эрл Кенделлс спит и видит во сне хоть какой-нибудь повод для того, чтобы именем короны объявить нас вне закона – а меня, пока что, не тянет повторять подвиг Софии Драйден и её Серых Стражей в Пике Солдата. - А что случилось с Серыми Стражами? - заинтересовался рыцарь-капрал. - Не соблюли нейтралитет своего ордена, залупились на короля Ферелдена, получили ответку от королевской армии. Сначала оборонялись, затем сдохли… А уж их крепость в Пике Солдата была всяко помощнее нашей прецептории. Не знаете разве про эту историю? Читать нужно больше, брат. Рыцарь-капрал пробурчал что-то невнятное. Затем спросил разочарованно: - А если королева потребует от нас покинуть Денерим, то тоже подчинитесь? - А почему бы и нет? Если Владычица Церкви согласится с таким решением. А Владычица… - Рувена развела руками. - Да простит меня Андрасте за эти слова, но, сдаётся мне, Элемена давно уже пребывает в каком-то собственном мирке, слабо связанном с окружающей реальностью. Взрыв на Конклаве и гибель Её Святейшества, по-моему, крепко подкосили её рассудок. В испуганно расширившихся глазах рыцаря-капрала читался немой вопрос: «А ваш-то рассудок в порядке, сестра Рувена, если вы вслух говорите такие вещи?» Храмовница поняла, что чересчур перегнула палку, поэтому добавила уже более доброжелательным тоном. - Да и, к тому же, чем мы хуже армии этой еретической Инквизиции? Инквизиция пытается выиграть войну, используя лишь один навык – быстро и своевременно драпать от врага. И такая стратегия имеет успех: в конце концов за ними просто устали гоняться, и оставили в покое. Я понимаю, что братьям будет очень сложно прожить без «Жемчужины», а сёстрам – без «Диковинок Тедаса», но, сидя взаперти, мы свою войну не выиграем. Имеет смысл вырваться на оперативный простор и начать наносить неожиданные удары. - От Тени не убежишь, - философски заметил рыцарь-капрал, явно имея в виду сияющую над головами Брешь. - Зато люди, которые сейчас на нас полагаются, нас возненавидят. Вы так и будете стоять и смотреть, как еретики оскверняют храм Создателя? Если вы, сестра, так увлечены чтением древних учебников по тактике, то отвечу словами из учебника: вы добровольно отдаёте врагу инициативу. - Инициатива наказуема. Если возникнет необходимость – двинемся к церкви всей братией. Но пока я такой необходимости не увижу – не требуйте от меня распылять наши силы. А лучше присмотрите пока за людьми – мне нужно принять лириум. Поднявшись в свой кабинет, Рувена вновь застала там двух мальчишек-оруженосцев, игравших в кости прямо на ковре, устилавшем пол. Сражаться им, по всей видимости, хотелось не сильно, да и вряд они могли хоть что-то сделать в бою, кроме как подавать болты арбалетчикам, поэтому Рувена лишь молча махнула рукой, выслушала доклад о том, что все её распоряжения исполнены, и все рыцари, какие только есть, уже облачены в доспехи, и не стала ничего приказывать. Тем более, что некий толк от мальчишек был – они поддерживали огонь в камине, не позволяя командорскому кабинету выстудиться. Сняв шлем и латные перчатки, Рувена достала из недр рабочего стола простой деревянный ящичек, уже изрядно потрёпанный и украшенный полустёртым орденским гербом – святая святых любого рыцаря Храма. На её губах появилась грустная улыбка. Аметин не любила, когда Рувена принимала лириумное зелье, и всегда отворачивалась, завидев в её руках этот ящичек, или уходила в другую комнату. Но сейчас её не было рядом, и от этого на душе у храмовницы было крайне хреново. Рыцарь-лейтенант ловила себя на том, что отсутствие Аметин беспокоит её даже больше, чем предстоящий бой. Плохо, очень плохо. Однако Рувена понимала, что очертя голову бросаться на поиски эльфийки ей сейчас никак нельзя. Равно как и нельзя посылать на это дело рыцарей. Враг рядом. Сама Рувена, как и Аметин, тоже не испытывала особого восторга от необходимости регулярно травить себя опасным гномьим минералом и все манипуляции с ящичком производила отрешённо, без малейшего пиетета. Но принимала лириумное зелье аккуратно по ритуалу, осознавая, что без лириума пользы от неё для ордена не будет никакой. Её и с лириумом-то, откровенно говоря, было немного. Привычными, отработанными годами практики, движениями собрав компоненты воедино, Рувена намешала себе двойную дозу и некоторое время стояла неподвижно, наблюдая как во флаконе искрится и переливается мутная синеватая жидкость. Лириум позволял храмовникам отрицать магию. Не бороться с ней, не пытаться подчинить своей воле, играя с магами на их поле и по их правилам – а просто отрицать, не признавать её существование, выключать из текущей реальности. Возможно, и странную магию, исходящую от храмовников-еретиков можно было выключить подобным способом. Во всяком случае, попытаться стоило. Рувена прижала флакон к груди и, произнеся краткую молитву, залпом опустошила сосуд. Нестерпимая боль пронзила тело, перед глазами всё побелело и расплылось, дыхание вырвалось стоном. Казалось, что в позвоночник рыцаря-лейтенанта вставили раскалённый прут, и теперь медленно его проворачивают. О, Создатель, за какие грехи… Сжав зубы и крепко уперевшись руками в столешницу, Рувена терпела. Отпустило быстро – куда быстрее, чем в первые месяцы после посвящения, всё же настроенный баланс организма уже давал о себе знать. Ох, не зря в орден брали лишь физически крепких и выносливых кандидатов – и дело тут не только в необходимости носить тяжёлые латы. Ещё немного, и сердцебиение унялось, руки перестали дрожать, дыхание восстановилось. Можно было возвращаться к службе. Глубоко вздохнув и поставив ящичек на место, рыцарь-лейтенант позволила оруженосцам вновь надеть на неё перчатки и шлем, всё так же молча вышла из кабинета и, спустившись по лестнице вниз, вернулась в замковый двор. Там по-прежнему горели костры, и стояли баллисты, нацелившись метательными копьями с коваными наконечниками на ворота прецептории. Сейчас эта уязвимость была устранена, стальные ворота закрыты, и для связи с внешнем миром оставлена лишь довольно узкая пешеходная калитка, через которую рыцарь, одетый в полный доспех, мог протиснуться лишь боком. Рыцари, рекруты, оруженосцы и слуги – в общем все, за исключением караульных на стенах – собрались вокруг рыцаря-капрала, что-то объяснявшего братьям и сёстрам. - Ну, что у нас плохого? – поинтересовалась Рувена, подойдя к сборищу. - Наши люди обеспокоены тем, что мы не идём на вечернюю мессу. - Похвально. Месса состоится в любом случае – если что, то жрицы сами придут к нам и отслужат в часовне при прецептории, как они это обычно делают для братьев, не способных по тем или иными причинам посетить церковь. Ещё что-нибудь? - Есть кое-что, - сказал рыцарь-капрал. - Я опросил рекрутов и слуг, которые находились во дворе, когда сюда заявился рыцарь-капитан Кэррол. Так вот: они ничего не ощутили. - В смысле? - Ну… ни звона в голове, ни спутанности мыслей, ни видений, ни странных влечений. - Вот как, - Рувена поцокала языком, как бурундук, нашедший еловую шишку. – То есть, нечестивая аура, исходящая от еретиков, влияет только на наших рыцарей? - На тех, кто принимает лириум, - кивнул рыцарь-капрал. Рувена задумалась, затем многозначительно хмыкнула. - Тогда становится понятно, как люди лорда-Искателя стали такими, какие они есть. Но всё ещё нет ответа на главный вопрос: что же это за дрянь, что вызывает подобный эффект, и откуда она взялась. То, что это какой-то вид одержимости, сомневаться не приходится. Но какой? Если бы это была простая магия крови, как в случае с сэром Резерфордом и Ульдредом, то она бы действовала на всех подряд. Изобретать уникальную магию, действующую исключительно на рыцарей-храмовников – это, пожалуй, слишком заумно даже для тевинтерских магистров. В памяти Рувены всплыло то давнее письмо из Киркволла, в котором Эльза упоминала новое, более сильное лириумное зелье нецерковного происхождения, к которому пристрастились храмовники Города Цепей. То, что лириум был нецерковный, Рувену не удивляло – после взрыва-то церкви. Откуда он мог взяться – о том ведал лишь Создатель. Только вот доказательств прямой связи между делами Киркволла и Теринфаля всё же не было. Ведь среди рыцарей, пришедших с лордом-Искателем, киркволльских храмовников, вроде бы, не было. Рыцарь-капитан Кэррол, во всяком случае, уж точно был не из Киркволла. - Жаль, что нет у нас тут псарни со стаей обученных мабари, - сказал один из братьев. – Уж они-то лириум не принимают, а грызут врагов ещё как. Вот бы и спустили собак на еретиков. - Ну, стальную броню мабари могут и не прогрызть, - отозвалась Рувена, - однако вы навели меня на одну мысль, брат. Она с усмешкой оглядела строй храмовников. - Итак, что на войне для рыцаря важнее всего? - Жопа! – рявкнули сразу несколько голосов. Ответ на этот старый кавалерийский вопрос был братьям давно известен. - Правильно, крепкая и здоровая задница, - Рувена обернулась к рыцарю-капралу. - Напомните-ка, сколько у нас лошадей в конюшне? Отредактировано Meredith Stannard (2018-10-09 15:54:42)
  16. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Есть три вещи, которые выдают мудака уже на первом свидании, - с ненавистью прошипела Рувена, глядя в спину поспешно удаляющегося рыцаря-капитана. - Красный плащ, звон в голове и дружба с городской стражей. Ещё не перекипев, она повернулась к капитану Далтину, и ей пришлось сделать над собой немалое усилие, дабы не использовать лежащую на плече булаву по прямому назначению. Возможно, что лишь рука рыцаря-капрала, аккуратно, но крепко взявшая Рувену за предплечье, не позволила случиться непоправимому. - Вы оказали бы городу немалую услугу, капитан, если бы молча прошли мимо и не лезли в дела ордена, - назойливый звон в голове утих, но возвращение к реальности давалось Рувене не без труда. - Те, кто пришли сюда вместе с лордом-Искателем, уже не являются ни рыцарями-храмовниками, ни, возможно, даже людьми. Они одержимы, хотя я не совсем понимаю, что именно с ними происходит. Когда эти еретики начнут устанавливать здесь свои порядки, то ни Её Величество, ни жители Денерима спасибо вам не скажут. Вы ещё поймёте свою ошибку – только, боюсь, слишком поздно. Не дожидаясь ответа, Рувена отвернулась от стражников и направилась к подошедшему конвою, чтобы сказать братьям несколько ободряющих слов. Ступала она при этом не слишком уверенно и то и дело резко дергала головой, как бы отгоняя наваждение, поэтому рыцарь-капрал не убирал руку, стремясь уже не столько удержать, сколько поддержать свою начальницу. Толпа зевак, собравшихся перед воротами прецептории, мало-помалу начала редеть. Одни не хотели провоцировать стражников, другие не желали случайно попасть под чужие разборки. Были, впрочем, и те, кто никуда не ушёл – видимо, в ожидании вечерней мессы и последующей раздачи еды в церкви. Некоторые даже, поёживаясь от холода, переместились поближе к горящим во дворе кострам, благо простых горожан, в отличие от представителей городских властей, храмовники без проблем пускали на свою суверенную территорию. - Я всегда считала, что дело плохо, когда тебе начинают слышаться какие-то голоса, - сказала Рувена, мягко освобождаясь от руки своего спутника. - Вы тоже это чувствовали в своей голове? – поинтересовался рыцарь-капрал. - Я же говорил: они одержимы. Все одержимы, кто пришёл с лордом-Искателем. Рувена остановилась и некоторое время молча смотрела на падающие снежные хлопья. Затем рассеянно ответила. - То, что я чувствовала, я не могу объяснить. Это очень личное, и это меня пугает. Насколько глубоко наш враг может залезть нам в голову? Сэр Резерфорд рассказывал про что-то подобное, когда восставшие малефикары устроили ему пытки в Цитадели Кинлох. В его голове тоже были голоса и видения – он называл их «образами». Если рыцари-капитаны ордена занялись магией крови… - То орден в полной заднице, - кивнул рыцарь-капрал. - Беда даже не в том, что из-за лорда-Искателя орден оказался в заднице, а в том, что он начал там обустраиваться. Вон, красных плащей себе понашили… - Да дались вам эти плащи, - рыцарь-капрал поморщился, - меня больше беспокоит их одержимость. Напряжение отпускало, и Рувена почувствовала, что начала замерзать. Она подошла поближе к костру. Слуги, заметив это, тотчас подбросили дров, и языки пламени устремились в тёмное небо, многократно отражаясь в до блеска начищенных латах рыцарей. - Дело неладное. Теперь уже понятно, что мирные переговоры с лордом-Искателем невозможны, - с горечью произнесла Рувена. - И никто из его людей не отринет свои еретические заблуждения и не поддержит нас добровольно. Похоже, там не только в заблуждениях дело... А появление капитана Далтина окончательно позволило паззлу сложиться. Вы ведь знаете, кому служит капитан? Рыцарь-капрал согласно кивнул. - Уши эрла Кенделлса торчат из этой истории так, что их трудно не заметить. - Эрл полностью на стороне еретиков, - Рувена развела руками. – Теперь понятно, кто подкинул Её Величеству идею пригласить их в Денерим, и почему лорд-Искатель командует здесь, как у себя дома. Боюсь, что королева находится в куда больше опасности, нежели ей кажется. Рувена с досадой стукнула булавой по горящему полену, подняв в воздух сноп искр. - Нам по-прежнему нужны союзники, брат. Ах, если бы хоть кто-то откликнулся на мои письма! А то ведь сидим в Денериме, как в ловушке, и даже не знаем толком, что происходит в мире. - Мы храним этот город от влияния Бреши и демонов, как островок безопасности для людей, - ответ рыцаря-капрала звучал со всей полнотой убеждённости. - Пока мы здесь, Денерим не превратится в Редклифф, и сюда не придут мятежные маги и тевинтерские магистры, с их гнусным колдовством. - Жаль, что королева так не думает. Похоже, эрл Кенделлс изо всех сил пытается убедить Её Величество, что лорд-Искатель сможет позаботиться о Денериме лучше нас, - Рувена вздохнула. - Кстати, о письмах. Тот корабль, что ушёл из порта на прошлой неделе – вы передали капитану корабля мои послания? - Да. Старый сквалыга поначалу заартачился, но несколько золотых монет убедили его взять на борт почту. Сказал, что по возвращении в Камберленд он постарается передать письма тамошним храмовникам, если они там ещё остались, и людям Владычицы Церкви Ионы. В крайнем случае, письма получит его непосредственный начальник – рыцарь-адмирал Кассиан. Адмирал не из Церкви, но симпатизирует лоялистам, да и к смерти его отца, вроде как, причастны маги – так что, возможно, он найдёт с вами общий язык. - Камберленд, значит, - с сомнением произнесла Рувена. Рыцарь-капрал усмехнулся под шлемом. - Вы всё ещё не можете простить им Камберлендскую версию Песни света, с нестройными куплетами? Да, полноте, сестра. Мы с вами сейчас в таком положении, что… Из сгустившейся темноты вылетела стрела. Описав в воздухе дугу над головами стоящих в воротах храмовников, она ударилась в щит рыцаря-лейтенанта и отскочила в сторону, брякнувшись на брусчатку. - Эй, в меня-то зачем стрелять? - от неожиданности взвизгнула Рувена. - Я же не эрл Эамон. - Откуда? - рявкнул рыцарь-капрал. - Из того переулка, наверное, - крикнул один из братьев. - А точнее? - Так темно же, не видно ни пса. Рувена меж тем внимательно рассматривала выпущенный в неё снаряд. - Интересно, - сказала она. - Узнали? - поинтересовался рыцарь-капрал, тоже склонившись к стреле. - А вы нет? - Рувена указала на оранжевую нить, вплетенную в оперение. Рыцарь-капрал выпрямился, с подозрением огляделся по сторонам. - Друзья Рыжей Дженни. Что плохого мы им сделали? - Может, и ничего, - задумчиво произнесла Рувена. – Если бы хотели убить, то целились бы не в щит и не на излёте. Как мне не без гордости сказал их человек во время нашей последней встречи, они владеют луками настолько хорошо, что, когда нужно, уж как-нибудь сумеют промахнуться. И промахиваются. Скорее, Друзья хотят меня о чём-то предупредить – и, демон побери, у меня есть ощущение, что это как-то связано с исчезновением Аметин. - Да, пора бы ей уже вернуться, - не слишком уверенно согласился рыцарь-капрал. Он не стал развивать эту тему, чтобы не вызвать гнев Рувены, которая избегала обсуждать с кем-либо свои отношения с эльфийкой. - Прикажете обыскать переулок? Рыцарь-лейтенант тоже выпрямилась и, вслед за своим помощником, внимательно огляделась. - Не сию минуту. Существуют и более срочные дела. Значит, так, - в глазах храмовницы загорелся недобрый огонёк, - объявить тревогу, всех рыцарей сюда. Очистить церковь, эвакуировать в прецепторию всех жриц и Владычицу. Вечерняя месса отменяется. Закрыть ворота, приготовиться к обороне. Рыцарь-капрал не сдвинулся с места. Лишь покачал головой. - Боюсь, Её Милость не согласится с вашим планом. При всём уважении, хочу напомнить, что это Владычица Церкви отдаёт вам распоряжения, а не наоборот. А Владычица уже неоднократно отвергала предложения перенести свою резиденцию сюда. Более того, Её Милость считает отмену церковных богослужений совершенно недопустимой в любой ситуации. И это действительно было так. - От кого вы пытаетесь меня спрятать, сестра Рувена? - отвечала Владычица на все просьбы рыцаря-лейтенанта переместиться под защиту стен прецептории. - От жителей Денерима? От моих же прихожан? Хороший пастырь всегда должен быть со своей паствой – особенно, сейчас, когда духовная и физическая поддержка от Церкви требуется людям как никогда. По этой же причине Владычица настаивала, чтобы все церковные службы, обряды и требы исполнялись неукоснительно и в полном объёме. Более того, Элемена стала лично вести некоторые службы – чего совершенно не требовал церковный устав. Однако же, это работало – сам факт того, что Церковь и Владычица до сих пор с ними, успокаивал людей и не давал чаше их отчаяния переполниться через край. Даже предупреждение о прибытии в Денерим лорда-Искателя не повлияло на волю Элемены. Впрочем, Рувена заметила, что несколько церковных сестёр покинули город перед самым появлением Люциуса, но Владычица не сочла нужным объяснять, куда и с каким поручением они отправились. - Это временная мера, - объяснила Рувена, увидев замешательство рыцаря-капрала. - Как только лорд-Искатель покинет город, мы восстановим богослужения. Сейчас же церковь необходимо эвакуировать. Если Её Милость или жрицы будут возражать – мы приведём их силой. Рыцарь-капрал кашлянул. Переступил с ноги на ногу. Набрал полную грудь воздуха и гулко отрапортовал. - Я не осмелюсь. И никто из братьев не осмелится применить силу к Владычице Церкви. Если вы настаиваете на подобном приказе, то я, будучи принуждаем к исполнению, ну… буду вынужден отказаться. Готов в этом случае отправиться под арест. Рыцарь-капрал сделал жест, как бы намереваясь проложить своё оружие к ногам Рувены. Стоящие ближе всех храмовники наблюдали за происходящим с тревогой и недоумением. Некоторые из них даже подались вперёд – правда, непонятно, кому из своих командиров они были готовы прийти на помощь. Рувена впилась упрямым взглядом в глаза рыцаря-капрала, спокойно и даже как-то устало смотревшие на неё сквозь прорезь шлема, но не могла не признать тот факт, что возражения её собеседника были вполне объяснимыми. Пойти против воли Владычицы – немыслимо для храмовника, имеющего хоть чуточку уважения к уставу своего ордена. Видимо, всё предстояло делать самостоятельно: суровые времена требуют суровых мер. - У нас не хватит сил для того, чтобы защищать и прецепторию и церковь одновременно, вы же понимаете. Чем-то придётся пожертвовать… Ладно. Я сама пойду в церковь и поговорю с Её Милостью. Послышался скрежет балок и скрип осей. Из ворот кузницы, расположенной в глубине двора, слуги выкатывали баллисты. Выглядели боевые машины, надо сказать, сурово и впечатляюще. В своё время привезённые из форта Драккон в качестве трофеев, баллисты долгое время были никому не нужны и валялись в кузнице в ожидании ремонта. Лишь в середине прошлого года, в связи с событиями в Редклиффе, их поспешно начали восстанавливать, а заодно и ставить на колёса, для обретения способности к самостоятельному передвижению. К сожалению, оружейники не успели закончить работу до отбытия королевской армии из Денерима, а Алистер не захотел ждать, решив, что осадных орудий в его войске и без того достаточно. Баллисты достались в наследство Рувене, оценивающей их полезность для ордена как сомнительную. Сейчас же она приказала выкатить их во двор – скорее для того, чтобы охладить пыл людей лорда-Искателя, и отвадить их от желания сунуться в ворота, нежели рассчитывая выиграть бой с помощью тяжёлой техники. - Я возьму конвой и отправлюсь в церковь, - сказала Рувена, - а вы тем временем… В ворота прецептории вбежали двое. Два молодых рекрута, два разведчика, которых рыцарь-капрал отправил наблюдать за королевским дворцом. Их появление не предвещало ничего хорошего, ибо означало, что из дворца всё же вышел вооружённый отряд – и, учитывая все последние события, вышел не просто так. Слушая доклад разведчиков, Рувена нервно постукивала каблуком по брусчатке. - Они все идут сюда, в прецепторию? - зачем-то уточнил рыцарь-капрал. - Ну а куда ж ещё? – пожала плечами Рувена. – Это ведь у нас сегодня гостевой день. - Но зачем лорд-Искатель взял с собой королеву? - В качестве живого щита. Знает, что с королевой Ферелдена воевать мы точно не будем, - Рувена злобно выругалась. - Я должна была догадаться, что он поступит именно так. - Арбалетчикам даны указания стрелять только в храмовников, носящих красные плащи. - Да в такой темноте пойди ещё разбери, у кого какой плащ. Рыцарь-лейтенант оглядела собравшихся вокруг неё братьев и сестёр. - Не вешать нос, не всё ещё потеряно – здесь, в нашей обители, мы практически неуязвимы. Сил у нас достаточно для того, чтобы организовать оборону. Без осадных машин еретики будут копаться под стенами до тех пор, пока прецептория не рухнет от старости. А если у них при себе лишь мечи, и нет ничего подходящего для пробития брони, то у нас и в бою будет преимущество. И на нашей стороне Создатель. «Действительно, - подумала Рувена. – Насколько серьёзно люди лорда-Искателя подготовились к бою? Этот красавец-переросток Керрол так и вообще сюда без оружия явился. Решил задавить авторитетом. Только вот что делать с проклятым звоном в голове? Как ни крути, но противоядие нам известно лишь одно – возможно, насыщенный лириумом организм будет не столь восприимчив к этой магии. Эх, жаль, что я так тогда и не узнала у Каллена, как ему удалось выдержать все издевательства Ульдреда над своим сознанием». - Всем храмовникам немедленно принять двойную порцию лириума, - распорядилась рыцарь-лейтенант. – Можно и тройную. Объявить общий сбор, мне нужны здесь все рыцари. Приготовиться закрыть ворота. Она оглянулась на главную башню – самую старую и крепкую замковую постройку. Если враг захватит прецепторию, что само по себе маловероятно, рыцари отсидятся в этой башне, как уже бывало в прежние времена. В крайнем же случае, можно воспользоваться тайным подземным ходом. Итак, будет штурм, если разведчики не соврали. Рувена прокручивала в голове план предстоящего сражения. Возможно, среди возникшей сумятицы им удастся вызволить королеву из рук еретиков и спрятать Её Величество в прецептории. Тогда гарнизон Денерима встанет на сторону ордена и поможет защитить Владычицу Церкви. Лорд-Искатель же несолоно хлебавши может катиться обратно в Теринфаль, если не желает получить дюжину арбалетных болтов под рёбра. Только сначала пусть вернёт Аметин. Ну а как поступить с эрлом Кенделлсом пусть решает королева – пост правителя города давно пора доверить человеку, куда лучше понимающему свой долг перед Создателем. Отредактировано Meredith Stannard (2018-09-17 12:39:14)
  17. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Похоже, что последние слова Кэррола произвели определённое впечатление на рыцаря-капрала. Приблизившись к Рувене, он тихо произнёс. - Лорд-Искатель собирается быть здесь. - Попутного ветра в горбатую спину, - мрачно отозвалась рыцарь-лейтенант. - Если желает, пусть приходит. Видимо, эта должность сегодня станет вакантна – арбалетных болтов для хорошего человека нам не жалко. - Так нового выберут, - со вздохом отозвался её собеседник. – Небось, ещё похуже нынешнего. - Истинно так, брат. Но, по крайней мере, мы сможем сказать в своё оправдание, что сделали всё, что могли. Известие о скором прибытии лорда-Искателя действительно могло взбодрить Рувену и заставить её сделать всё, что было в её силах. По-хорошему, пора было трубить общий сбор и готовиться к бою. Услышав сигнал, в прецепторию должны были прибыть храмовники, охраняющие церковь и жриц – благо и идти-то им недолго, всего лишь площадь пересечь. Вместе с ними должны были явиться рыцари, патрулирующие Торговый квартал, они и так уже начали подтягиваться поближе к церкви, в ожидании вечерней мессы, после которой традиционно происходила смена караула. Затворившись в своей обители, люди Рувены смогут уверенно держать оборону – особенно, учитывая то, что лорд-Искатель прибыл в Денерим налегке, без осадных и дальнобойных орудий. Прецептория храмовников – это, конечно, не форт Драккон, но, всё же, здание строилось по всем канонам замковой архитектуры, и было дополнительно укреплено после Пятого мора и вторжения в Денерим армии Архидемона – как раз таки для того, чтобы дать своим обитателям надёжное укрытие при повторении чего-то подобного. На случай осады есть колодцы с водой, кое-какая провизия, бойницы, арбалеты, баллисты. Тем, кому не хватит арбалетов, можно поручить кидать во врагов камни, в качестве развлечения и общественно-полезной нагрузки. Как там говорилось в одной старинной саге? Побольше подготовьте вы камней; Пращу получше подберите тоже. Пусть будет враг весь в стали иль в броне, Но град камней он вынести не сможет. С лириумом, правда, беда. Больших запасов сделать пока не успели, растянуть то, что есть, удастся месяца на четыре, вряд ли больше. Но за четыре месяца выход из сложившегося положения так или иначе будет найден. Осадные орудия могут найтись у денеримского гарнизона – однако, если солдаты королевы открыто выступят на стороне лорда-Искателя, нарушив неприкосновенность орденской обители, то и Рувене будет незачем сохранять нейтралитет по отношению к короне, и она сможет использовать «церковный огонь», уже не опасаясь случайно сжечь пару лишних городских кварталов. Однако, рыцарь-лейтенант не верила в то, что королева отдаст приказ своим солдатам атаковать прецепторию. Меньше всего сейчас Её Величество обрадует новая война, прямо посреди собственной столицы, не говоря уже о том, что среди солдат денеримского гарнизона и их командиров вряд ли имеется много фанатичных сторонников лорда Люциуса. Зато среди них немало верующих андрастиан, которых приказ напасть на защитников собственной Церкви может весьма и весьма озадачить. Рувена ещё раз продышалась. Пытаясь не обращать внимания на назойливый звон в голове, она отдала распоряжения рекрутам и оруженосцам вооружиться арбалетами, а слугам выкатить во двор баллисты. С ними как-то спокойнее. Если удастся затащить орудия на стены, то можно будет держать под прицелом всю площадь, а пока можно пострелять и сквозь открытые ворота. Также Рувену тревожило затянувшееся отсутствие Аметин. По всем расчётам, эльфийке уже пора было вернуться с ответом, каким бы он ни был. Но, по-видимому, переговоры со старейшиной оказались более тяжёлым делом, нежели предполагалось изначально. А может с Аметин что-то случилось? Могли её схватить люди лорда-Искателя? После некоторого размышления, Рувена была вынуждена признаться себе – да, могли. Вполне возможно, разведчики, посланные лордом-Искателем, следят за прецепторией точно так же, как её собственные разведчики сейчас следят за королевским дворцом. Заметив одинокую эльфийку в орденском облачении, выходящую из ворот, они могли перехватить её и доставить к лорду Люциусу. Это, конечно, не такая богатая добыча, как рыцарь-лейтенант, но, как говорится, на безрыбье и рак – рыба. Предположение, что Аметин могла пасть жертвой обычных грабителей, позарившихся на её кошелёк, не казалось Рувене состоятельным. Грабители вряд ли выберут своей жертвой того, кто вооружён и одет в орденские цвета. Лишние проблемы им не нужны. Обидишь одного члена ордена – обидишь весь орден. Денеримские бандиты ещё не забыли, как Рувена с братьями-рыцарями переворачивала вверх дном криминальные трущобы, и вряд ли желают повторения тех кровавых дней. Грабители бы выбрали своей жертвой того, кто не может оказать сопротивление и за кого некому заступиться. Ровно по той же причине у Аметин не могло возникнуть проблем с городской стражей. Надетая поверх кольчуги накидка орденских цветов – котта, давала ей личную неприкосновенность. Принимать меры к провинившемуся брату или сестре, в случае нарушения ими закона, обязано было их церковное или орденское начальство. Конечно, статус эльфийки в ордене не был чётко определён, но, с другой стороны, и посещение эльфинажа ни в коей мере не являлось нарушением закона. Значит, всё же люди лорда-Искателя и, значит, драки не миновать. Прежде, чем закрыть ворота и затворить прецепторию, надлежало избавиться от рыцаря-капитана Кэррола. Чего ему здесь торчать, ворон пугая? Первоначальный план покончить с еретиком за стенами орденской обители, вдали от посторонних глаз, не сработал – придётся действовать на виду у всех. Вместе с тем, Рувена всё ещё не могла решить, будет ли рыцарь-капитан полезнее мёртвым, или живым. Кто знает – возможно, Её Величество, приглашая лорда-Искателя в Денерим, гарантировала ему и его людям безопасность, и в таком случае королева будет не в восторге, если Рувена начнёт делать из гостей трупы. Возможно также, что, имея Кэррола в заложниках, можно будет поторговаться с еретиками. Например, обменять его на Аметин, если вдруг подтвердится печальное предположение, что эльфийку схватили по приказу лорда-Искателя. Вряд ли, конечно, Кэррол представляет для лорда Люциуса какую-либо ценность. Расходный материал, не более того. Сколько храмовников лорда-Искателя легло в землю во время штурма Амарантайна? Определённо, немало, ибо Серые Стражи драться умеют. И вряд ли эти потери в Теринфале кто-нибудь учёл, или вообще хоть как-то заметил. Впрочем, и Аметин лорд-Искатель должен считать кем-то вроде простой служанки под орденским покровительством, и вряд ли догадывается о том, какое значение эта эльфийка имеет для Рувены – так что, с его точки зрения, обмен будет равным. Слуга на слугу. Рувена гнала прочь мысли о том, что с её возлюбленной могла случиться какая-то беда, однако никак не могла от них отделаться. Накручивая себя всё больше и больше, она вновь и вновь ругала себя за то, что позволила Аметин уйти в одиночку, без сопровождения. Всё же надо было послать с ней хотя бы парочку рыцарей – и пёс с ним, с распылением сил и привлечением ненужного внимания. Безопасность важнее. «Клянусь Святой Пророчицей, если люди лорда-Искателя причинили Аметин какой-то вред, то я заставлю их поплатиться. Когда орденское войско – настоящее орденское войско, верное Церкви – будет штурмовать Теринфаль, выжигая измену с корнем, то я прикажу своим братьям пленных не брать». Не брать пленных Рувена была готова уже сейчас, однако сейчас в пределах её досягаемости был только один изменник – рыцарь-капитан Кэррол. Выпрямившись во весь рост и сложив руки на груди, рыцарь-капитан смотрел на неё пристальным взором, ожидая покорности и подчинения. Видимо, он очень не хотел возвращаться к своему господину с пустыми руками. Сжав зубы и произнеся про себя молитву Адрасте, Рувена взглянула на него с ненавистью, будто всё зло, существующее в Тедасе, сейчас сосредоточилось в одной-единственной мерзкой роже приспешника лорда-Искателя, скрытой под стальным шлемом. Выдержав паузу, она заговорила. Рувена говорила нарочито громко – так, чтобы её слышали не только храмовники, но и толпа зевак, собравшихся у ворот прецептории. - Что же, моё расследование, едва начавшись, уже принесло плоды, ибо я получила ответ на заданный вопрос. Вы открыто и при свидетелях отвергли служение Церкви и тем самым предали Создателя и нашу Пророчицу. Вы еретик и отступник, рыцарь-капитан Кэррол. Вы не имеете никакого права именоваться храмовником. Больше вопросов к вам у меня нет, и так всё ясно. Рыцарь-лейтенант чуть повернула голову и обратилась напрямую к толпе горожан, со стороны взирающих на происходящее. - Добрые жители Денерима, те из вас, кто чтит Пророчицу и посещает проповеди в храме, знают, что не далее, как вчера я говорила там об изменниках из цитадели Теринфаль. О моих бывших братьях по ордену, нарушивших обеты и отвергнувших свой священный долг. И вот, смотрите, перед нами один из них. Впавший в ересь рыцарь-капитан Кэррол, который явился сюда вовсе не затем, чтобы повиниться и раскаяться – а затем, чтобы угрожать и требовать. Его орденский ранг выше, чем мой, но должна ли я подчиниться воле еретика и навеки погубить свою душу? Или же я должна призвать его к ответу за всё, что он совершил против Церкви и Создателя? Она сделала несколько широких шагов и остановилась прямо перед Кэрролом. Здесь исходящая от него нечистая аура ощущалась сильнее всего, и Рувене потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы не позволять мыслям путаться. - Мой выбор очевиден, - сообщила рыцарь-лейтенант, – а ваша вина не вызывает сомнений. Но поскольку вы не мой подчинённый, то вашу дальнейшую судьбу будет решать Её Милость. Вы арестованы святым именем Церкви, рыцарь-капитан Кэррол. Не вы меня поведёте к лорду-Искателю, а я вас – к Владычице. Ну а пойдёте вы добровольно, или мы вас потащим в кандалах – это уже вам выбирать. Положите оружие на землю и не делайте резких движений. Конвой ко мне! На губах Рувены заиграла недобрая усмешка. Спасибо рыцарю-капитану за то, что сумел её разозлить. Это важно – хорошенько завестись перед серьёзной дракой. Булава, поблёскивающая в свете костров острыми стальными пластинами, по-прежнему лежала на её плече. Так выглядит одна из основных фехтовальных позиций – «поза гнева», фактически, уже готовый замах. Рука отдыхает, энергия зря не тратится. Из такого исходного положения выполняется минимум пять различных атак – а, если постараться, то и больше – причём времени на их выполнение требуется чуть меньше, чем нифига. В ответ на любое подозрительное движение рыцаря-капитана Рувена будет бить прямиком в голову. Просто и без затей. Возможно, не настолько сильно, чтобы убить сразу, проломив лицевую пластину шлема, а только для того, чтобы оглушить. «Возьмём его живым, если получится, - подумала Рувена. - Если нет – сойдёт тоже».
  18. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Вот. Теперь Рувена точно это почувствовала. От фигуры рыцаря-капитана исходил тихий, но отчётливый звон. Неслышимый ушами, он разъедал сознание изнутри и путал мысли. Было в этой едва различимой мелодии что-то чужое, жуткое – но, вместе с тем, заманчивое и удивительно знакомое каждому храмовнику. Зов лириума? Но он звучит не так грубо и настойчиво. Рыцарь-капрал был не совсем точен – это не обычная одержимость, она не так себя проявляет. Или, во всяком случае, не совсем обычная – хотя, конечно, кто их знает, этих демонов. Среди них наверняка найдутся умелые поглотители душ, способные искусно подделать любой зов. Магия крови? Среди храмовников?! Хотя, почему нет: для тех, кто отвернулся от Церкви, магия крови – самое подходящее занятие. От неожиданности рыцарь-лейтенант сделала было шаг назад, но тут же спохватилась и вновь придала своей позе незыблемую монументальность. Нельзя показывать свою слабость перед братьями, нельзя. Командир храмовников – это тот, кто в тяжёлый момент стоит не наравне с другими, а впереди всех. Потому-то он и командир, что сила, храбрость, стойкость, живучесть позволяют ему быть впереди своих бойцов. А если не позволяют – тогда нечего и браться за командование. Услышав высокомерный ответ рыцаря-капитана Кэррола, Рувена уже хотела было приказать своим людям: «Отведите брата в допросную комнату, снимите с него плащ и латы и подготовьте, как положено», но её смутил звон в голове, притягивающий и навевающий странные ощущения. Было похоже на то, что у безумия, охватившего храмовников в последнее время, была явная физическая причина, и подручные лорда-Искателя были опаснее, нежели это казалось на первый взгляд. Необходимо было ещё раз просчитать все риски и сделать свой ход лишь в самый подходящий момент. Второй попытки может не быть. - Я имею право на всё, что не противоречит закону, данному нам Церковью и орденским уставом, - ответила Рувена. - Вы ведь не забыли устав, брат? Последний параграф. «Если встретиться дело, сущность которого не укладывается в рамки сего кодекса, братья должны поступать по своему усмотрению и в соответствии с совестью, которая укажет им лучшее решение в интересах Создателя и нашего ордена». Сущность дела, при котором все руководители ордена впали в антицерковную ересь, определённо не укладывается в рамки кодекса. Ладонь Рувены сжималась и разжималась на рукоятке лежащей на плече булавы. Странное чувство, которое она испытывала в присутствии рыцаря-капитана Кэррола тревожило её всё сильнее. У неё мелькнула спасительная мысль, что это просто напросто звенит её тело, в ожидании очередной порции лириума, но она тут же вспомнила, что принимала зелье не далее, чем позавчера, и положенный срок ещё не подошёл. Опытные храмовники всегда предостерегали молодёжь от слишком частого употребления. Они были правы, однако принять дополнительную порцию, прежде, чем идти сюда, Рувене всё же стоило – сейчас может потребоваться полная концентрация, максимальная выносливость и быстрота реакции. Да, это единственное, что она забыла сделать. В остальном же её не в чем упрекнуть. - Впрочем, все наши орденские ранги, рыцарь-капитан, рассыпались в пыль тогда, когда взлетел на воздух Храм Священного Праха. Не думаю, что наши чины теперь хоть что-то значат. Мы не уберегли Её Святейшество и теперь мы все одинаково ничтожны и должны на коленях умолять Создателя и Пророчицу о прощении, которого мы недостойны, - Рувена повысила голос. – Но ещё задолго до того, как Джустиния V покинула нас, она сделала одну важную вещь – прекратила полномочия лорда-Искателя Ламберта ван Ривса. Решение о расторжении Неварранского соглашения, на которое вы ссылаетесь, принял человек, уже отстранённый от командования. Рувена старалась говорить громко и отчётливо, так, чтобы её слышали все храмовники, находящиеся во дворе. - Нынешний лорд-Искатель, Люциус Корин, не был, как положено, назначен на свой пост Верховной Жрицей. Он был избран Искателями, уже отпавшими от всей полноты церковного вероучения. И сей факт делает его власть над орденом храмовников, как минимум, нелегитимной. Я и мои братья Церковь не предадим – а тем из храмовников, кто полагает себя истинным рыцарем ордена, надлежит раскаяться в своём клятвопреступлении и встать в наши ряды. Глубокий вдох – задержка дыхания – медленный выдох. Ещё раз – глубокий вдох – задержка дыхания… Надо думать о долге, о своём предназначении, сосредоточиться, вспомнить куплеты Песни света. Проклятый звон в голове сбивает мысли… Держимся. Держимся. Очень хочется заткнуть источник этого звука, избавиться от него. Проклятый еретик, одно его присутствие здесь невыносимо. А там, во дворце, таких, как он, ещё два десятка. Несчастный королевский двор – тем из ферелденских дворян, кто сейчас вынужден составлять компанию лорду-Искателю и его людям, Рувена могла лишь посочувствовать. - Вы правы, брат – идёт война. Но не кажется ли вам, что война идёт какая-то странная? – голос Рувены звенел от напряжения. - И я желаю спросить вас: по какой причине храмовники обратили своё оружие против Серых Стражей в Амарантайне? Вы лично принимали участие в нападении на Амарантайн, рыцарь-капитан? Если да, то как вы можете объяснить свои действия? И по какой причине ещё живы и здоровы мятежные маги, оккупировавшие Редклифф? Почему храмовники, служащие лорду-Искателю, не занимаются своими прямыми обязанностями? В Денериме логова магов-отступников нет, уж мы-то об этом позаботились. Зачем же вы явились сюда, а не под стены Редклиффа? Зря вы пришли сюда, рыцарь-капитан, ох, зря. Теперь мало шансов разойтись по-хорошему. Приказать братьям атаковать, или подождать, пока прислужник лорда-Искателя проявит открытую враждебность? Проклятый звон… Братья-то как – вроде, держатся? Не напрасно Рувена требовала от них железной дисциплины в строю. Вне строя она закрывала глаза на многое, но в боевой обстановке никакое неподчинение не допускалось. Все знали, для чего рыцарь-лейтенант всегда носит при себе кинжал милосердия, который так легко втыкается в глазную щель шлема. «Вы же не хотите, чтобы от ваших действий пострадали ваши братья?». Губы Рувены искривились в усмешке: «Вот как… Нет, не хочу. Зато ничего не имею против того, чтобы от моих действий пострадал один орденский ренегат, существование которого неугодно Создателю и Церкви». - Что же касается Её Величества, то, полагаю, что мы обговорили все интересующие нас вопросы во время последней встречи. Мои извинения королеве я передам лично. «Если бы только королева меня послушала, - подумала Рувена. - Если бы только. А я ведь практически открытым текстом предлагала помощь Церкви и ордена в поисках путей к примирению с королём». Рувена переступила с ноги на ногу и ещё раз глубоко вдохнула морозный воздух. Тон её слов немного изменился. - Полагаю, вам, брат Кэррол, не слишком удобно вести разговор, стоя на улице. Мне тоже. Язык того и гляди примёрзнет к губам. Давайте пройдём в кабинет и побеседуем с глазу на глаз. Есть ещё кое-что, очень важное, о чём мне бы не хотелось говорить во всеуслышание. Если вы удовлетворите моё любопытство, разъяснив мне некоторые не слишком ясные для меня обстоятельства, то, возможно, мы придём к соглашению. «Надо бы поставить в кабинете большую плевательницу, - Рувена усмехнулась про себя, – чтобы господам еретикам и прочим магам крови, когда я с ними беседовать начну, было куда зубы сплёвывать». Прикрывшись щитом от рыцаря-капитана, другой рукой она подала своим людям условный знак – быть в полной готовности, будем драться. Её рыцари выглядели немного растёрянными, но сигнал приняли и обработали. Их едва заметные движения показали Рувене, что она всё ещё контролирует обстановку. Затем Рувена взглянула на рыцаря-капитана, просверлив его фигуру с ног до головы внимательным взглядом. - Пройдёмте внутрь, брат Кэррол. Там куда теплее. Ступайте за мной. Отредактировано Meredith Stannard (2018-08-08 00:07:16)
  19. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Посыльный застал Рувену в часовне, где она в уединении шептала молитвы, смиренно преклонив колени перед статуей Святой Пророчицы. На самом деле, рыцарь-лейтенант пришла сюда не только помолиться, ей очень хотелось побыть в тишине, не нарушаемой ничьим присутствием, успокоиться, сосредоточиться и привести в порядок свои мысли. Мысли же были невесёлыми, ибо рыцарь-лейтенант решительно не понимала, что ей надлежит делать дальше. Путь, предлагаемый храмовникам лордом-Искателем, однозначно был тупиковым и неугодным Создателю. Не может правильное дело начинаться с отречения от всей многовековой истории ордена и перерубания связей с Церковью – единственной путеводной звездой в бездне ужаса и отчаяния, в которую погружался Тедас, и единственным островком надежды для людей. Принося обеты, храмовники присягали на верность Создателю, Святой Пророчице, Верховной Жрице и главе своего ордена – именно в таком порядке. Сначала – Церковь, затем – орден. Храмовник, отвергнувший Церковь, не имел права именоваться рыцарем-храмовником. Глава ордена, не сохранивший верность Церкви, не имел права требовать верности себе. Кроме того, Рувена не могла понять мотивы лорда-Искателя. В чём именно заключался его замысел? Сначала лорд Люциус посылал храмовников убивать мятежных магов во Внутренних Землях Ферелдена – и это было логично, это было правильно. Но затем? Собрав храмовников в Вал Руайо, лорд-Искатель даже и не подумал защищать город, его жителей, или, хотя бы, священный для ордена Белый Шпиль. Вместо этого, он увёл войско в Теринфаль. А ведь в Орлее шла гражданская война, и защита простым людям, далёким от дворянских разборок, требовалась больше, чем кому-либо ещё. Сидя в Теринфале, лорд-Искатель и не подумал откликнуться на призыв короля Алистера и двинуться с войском на Редклифф. А ведь мятежные маги, возглавляемые тевинтерским магистром, были угрозой для всех, без исключения. И, в первую очередь, именно для ордена. Вместо этого, лорд-Искатель приказал храмовникам атаковать Амарантайн, вотчину Серых Стражей Ферелдена. Рувена недолюбливала Стражей за их недопустимую лояльность к магам-отступникам, но, вместе с тем, не могла не признавать тот факт, что врагами Церкви и храмовников Серые Стражи никогда не были, и зла они никому не желали и не делали. Ну, по крайней мере, большую часть времени. Что против Стражей имел лорд-Искатель? И почему он не хотел отомстить магам-мятежникам, виновным в гибели не только Верховной Жрицы, но и многих высокопоставленных орденских братьев? В том, что взрыв на Конклаве устроили радикально настроенные маги, у Рувены сомнений не было, она сразу провела прямую аналогию со взрывом церкви в Киркволле. Также у неё не было сомнений и в том, что здесь не обошлось без козней Тевинтера. Ибо, как говорят в таких случаях, в любом преступлении ищи того, кому оно выгодно. А уж кому, как не Чёрному тевинтерскому Жрецу было выгодно то, что все высшие иерархи Белой Церкви в один момент обратились в прах? Вывод был очевиден: Люциус Корин сошёл с ума и не отдавал себе отчёт в своих действиях. Возможно, разума его лишил Создатель, в наказание за вероотступничество. Лорд-Искатель исказил саму суть ордена храмовников и, похоже, сумел заразить своим безумием окружающих – никак иначе Рувена не могла объяснить то, что находящиеся рядом с ним храмовники высокого ранга, с их огромным опытом, до сих пор не заподозрили неладное. Однако, даже не беря в расчёт козни лорда-Искателя, нынешнее состояние раздробленного на части ордена радости не вызывало. И столь же безрадостным было положение денеримских храмовников – с какой стороны ни посмотри. На этот счёт у Рувены был заранее задуман план действий – и, как ей казалось, весьма неплохой. Опираясь на поддержку со стороны королевского двора, она хотела наладить контакт со всеми гарнизонами храмовников Ферелдена, что остались лояльны Церкви. Ей совершенно не хотелось верить в то, что денеримские храмовники были единственными во всей стране, кто не изменил своей присяге. Восстановив связь друг с другом, храмовники должны были созвать в Денериме свой Конклав – Большой орденский капитул, на котором избрать новых рыцарей-командоров и рыцаря-смотрителя (раз уж нынче некому их назначить) и заключить новое соглашение с Церковью, взамен прежнего, Неварранского, скомпрометированного действиями лорда-Искателя. Следующим пунктом плана должно было бы стать установление контактов с храмовниками-лоялистами за пределами Ферелдена – в Орлее, Вольной Марке, Неварре, Антиве, Ривейне, Андер-мать его-фелсе – и присоединение их к новому соглашению. И вот так, постепенно, шаг за шагом, кирпичик за кирпичиком, Рувена планировала восстановить прежнюю структуру ордена. И когда Церковь, наконец, сможет избрать новую Верховную Жрицу, то орден предстанет перед Её Святейшеством уже единым и организованным войском, ожидающим её распоряжений – а не бандой анархистов, хаотично разбросанной по всему Тедасу, и непонятно кому подчиняющейся и чем занятой. Но, как водится, ни один хороший план никогда не работает так, как было задумано. После того, как король Алистер покинул Денерим, а в Ферелдене начался раздрай, надеяться на полную поддержку со стороны королевского двора уже не приходилось. Да и кого поддерживать, если все лучшие рыцари ордена ушли с королём и пропали без вести? Рувена, на свой страх и риск, всё же рассылала письма в те прецептории храмовников, местонахождение которых было ей известно, но так и не получила ни одного ответа. Впрочем, если бы даже братья откликнулись и попросили о помощи, то чем им реально могла помочь горстка рыцарей Денерима? Конечно, у них был лириум – а это немаловажно, вот только единственный канал поставки лириума находился в руках королевы Аноры и, стало быть, не мог считаться полностью надёжным… Здесь мысли Рувены были прерваны появлением посыльного, пришедшего по её душу. Взгляд, которым рыцарь-лейтенант одарила нарушителя спокойствия, был весьма далёк от любезности – отвлекать братьев по ордену от молитв и благочестивых размышлений считалось крайне плохим тоном. Однако взволнованный вид молодого рыцаря говорил о том, что случилось что-то действительно важное. - Сестра Рувена, пришёл человек от лорда-Искателя. Ждёт во дворе. - Кто он? - Назвался рыцарем-капитаном Кэрролом и имеет намерение сопроводить вас в королевский дворец. Кэрролл… Это имя не было знакомо Рувене – впрочем, она и не обязана была знать по именам всех рыцарей-капитанов. Кем бы он ни был, но появление этого храмовника говорило о том, что лорд-Искатель начал действовать. Рувена вздохнула – видимо, придётся действовать и ей самой. По-другому никак. - Рыцарь-капитан пришёл один? - Да. И он какой-то странный. «Странный? Да они там все такие» - подумала про себя Рувена, но всё же уточнила вслух: - Что вы имеете в виду, брат? - Когда стоишь рядом с ним, то чувствуешь… - молодой рыцарь запнулся, подбирая слова. – Я не могу объяснить. Вы сами услышите. Рувена некоторое время выжидательно смотрела на подчинённого, но, поняв, что толку от дальнейших расспросов не будет, велела ему возвращаться на пост. С рыцарем-капитаном Кэрролом и всеми его странностями ей предстояло разбираться лично. Поднявшись из часовни в кабинет рыцаря-командора, Рувена, первым делом, направилась в примыкающую к нему гардеробную, на ходу застёгивая свою форменную куртку. В гардеробной комнате Аметин колдовала над доспехами Рувены. Старательно очистив их от пыли и грязи, она смазывала латы тонким слоем свиного сала, чтобы защитить от ржавчины. В этом ей решили помочь два мальчика-оруженосца, свободные от несения службы. Ну как помочь – в основном они строили глазки симпатичной эльфийке и давали под руку массу бесполезных советов. - Сестра Аметин, зайди, - распорядилась Рувена. - А вы, двое, живее заканчивайте с латами, они мне сейчас понадобятся. Пропустив эльфийку вперёд, Рувена зашла в кабинет следом за ней, плотно закрыв дверь. - Погрейся, - рыцарь-лейтенант кивнула на камин и, встав у стола, стала наблюдать за тем, как Аметин ловко орудует кочергой, чтобы расшевелить пламя, а затем с наслаждением подставляет руки и лицо под потоки тепла, идущие от очага. Они вдвоём составляли гармоничный тандем в орденском гарнизоне – молодая эльфийка, быстро ставшая едва ли не всеобщей любимицей, добавила в повседневную жизнь храмовников частицу чуткости и доброты, столь не достававших Рувене. Братья беззлобно подшучивали над увлечением рыцаря-лейтенанта, но внушённого человеческой природой возмущения по этому поводу никто из них высказывать не спешил. «С тех пор, как у командира появилась эльфийка, - говорили братья-рыцари, - она стала чаще улыбаться и меньше гонять нас в хвост и в гриву целыми днями. Теперь хоть появилось время и в домино постучать, и в «Жемчужину» наведаться». Затем братья вздыхали и осторожно добавляли: «Но когда у них случается двойной ПМС, то лучше сразу ложись и помирай». - Ну, ушастая оторва, - строгим голосом поинтересовалась Рувена, нарушив затянувшееся молчание - как проходит служба во славу Создателя? Есть какие-нибудь вопросы, пожелания, предложения, жалобы, мировые проблемы? - Никак нет, помпезная толстушка, - бодро ответила Аметин. – Создатель нами доволен: храмовник спит – служба идёт. Рувена закусила губу, но возразить было нечего – Аметин была права в выбранном определении, а Рувена сама настояла на том, чтобы с глазу на глаз и за закрытыми дверями её паж говорила с ней абсолютно свободно на любые темы. Обильный рыцарский стол, позволяющий пережить холодные ферелденские зимы, и то, что Рувене сейчас приходилось не столько гоняться по полям и лесам за сбежавшими магами и зачищать бандитские трущобы, сколько заниматься делами в тёплом кабинете, слегка отразились на её фигуре – рыцарь-лейтенант явно набрала пару лишних килограмм. И даже ежедневные физические упражнения, которыми Рувена усердно занималась наравне со своими рыцарями, ничего не могли с этим поделать. Под одеждой и, тем более, под доспехами, лишние складочки на талии не были заметны, но от острого зрения эльфийки, то и дело видевшей Рувену вообще без всякой одежды, укрыться не могли. - Хорошо, - кивнула рыцарь-лейтенант, - а вот у меня проблемы. Прецептория фактически на осадном положении, ибо в Денерим прибыл лорд-Искатель со свитой. Я тебе про него уже рассказывала – это бывший глава нашего ордена, сам отлучивший себя от Церкви. Теперь он не любит нас, а мы не любим его. Я хочу прогнать его прочь, но не знаю, как это сделать, не вступив в конфликт с королевским двором. Всё очень сложно. И у меня к тебе есть дело. - Если мы будем драться, то я сейчас же приготовлю ваше оружие и доспехи, - на красивом лице эльфийки отразилась тревога. – Я заметила, что братья готовятся к бою. - Если мы будет драться, то нам потребуются не только доспехи, но и союзники, - Рувена подошла поближе и понизила голос, даже несмотря на то, что была уверена, что их с Аметин сейчас никто не слушает. – А также ловкие разведчики и убийцы. Я хочу послать тебя в эльфинаж. Тебя там хорошо знают, и доверяют больше, чем мне. Спроси у старейшины, сможет ли ваша община оказать нам помощь против лорда-Искателя. Аметин испуганно вскинула голову. Взгляд её метнулся к закрытым дверям, затем снова к Рувене. - Но… Рыцарь-лейтенант подняла ладонь в останавливающем жесте. - Знаю. Эрл Денерима, Церковь, люди, королева… Все будут недовольны. Мне потребуется ваша помощь лишь в самом крайнем случае. И в этом случае всю ответственность я приму на себя. Я предлагаю эльфинажу сражаться под орденским знаменем – и, значит, эльфы станут частью нашего ордена. Тогда уже никто из людей не сможет безнаказанно плюнуть эльфу в лицо и растереть ногой, ибо орден своих не бросает – по крайней мере, там, где командую я. В глазах эльфийки была растерянность. Чудеса, свалившиеся ей на голову в последнее время, могли выбить из колеи и куда более сильную натуру. Сначала ей, бедной и никому не нужной сироте из городского эльфинажа, предложили стать частью прославленного братства храмовников и носить орденские цвета – пусть даже в статусе добровольного помощника, а не служащего брата – а теперь то же самое предлагают всем эльфам. С той лишь разницей, что, вербуя Аметин, Рувена никаких отказов не принимала, а вот эльфы вполне могли и отказаться лезть не в свои разборки. Немного подумав, рыцарь-лейтенант решила добавить к убеждению личную нотку. - Лорд-Искатель приказал своим людям атаковать Амарантайн. Там находится база Серых Стражей – это тоже воинский орден. Хотя, и не такой великий, как наш, - мстительно добавила Рувена. - Стражами Ферелдена руководит Страж-командор Айдан Кусланд – человек, от руки которого пали те, кто убил твою маму, Аметин. Уже за одно это мы должны быть благодарны Стражу-командору. А вот лорд-Искатель никакой благодарности к нему не испытывает. «После того, что случилось в Амарантайне, Серые Стражи – наши наипервейшие союзники против лорда-Искателя, - подумала Рувена. – Я бы послала Аметин прямо к ним, если бы знала, где они сейчас скрываются. Но этого я не знаю. Поэтому пока начнём с эльфов». Аметин опять хотела что-то возразить, но Рувена сгребла её в объятия и зажала рот долгим и страстным поцелуем. - Сделай это для меня, - шепнула она в остренькое ушко, почувствовав, как стройная фигура эльфийки расслабилась в её руках, лишившись прежнего напряжения. – Попытка – не пытка. Только надень кольчугу и возьми меч, на улице может быть небезопасно… Меч и кольчугу покажи старейшине и объясни, что мы можем снабдить его бойцов примерно такими же. А, может, и получше. Отпустив Аметин, Рувена направилась в арсенал. Несмотря на то, что её талию оттягивал широкий кожаный ремень со стандартным офицерским набором – рыцарским мечом, кинжалом милосердия и охотничьим ножом, – она желала вооружиться основательнее. Мечи храмовников предназначены для того, чтобы наводить порядок среди магов и легковооружённых разбойников, не носящих стальные латы, а рубить ими рыцаря, закованного в броню – занятие, потрясающее своей бесполезностью. Для того, чтобы эффективнее взывать к разуму рыцаря-капитана Кэрролла, Рувене требовалось что-то более тяжёлое и смертоносное. Арсенал прецептории был под завязку заполнен самыми разнообразными приспособлениями для боя. Системы в вооружении братьев давно уже не прослеживалось никакой, и на это были свои причины: после того, как централизованное снабжение гарнизона приказало долго жить, денеримские храмовники уже не могли изгаляться, заказывая у оружейников только лишь уставные, одобренные Церковью и главой ордена, орудия убийства. Скупали всё, что подешевле, и, при каждом удобном случае, отбирали любое железо у городских бандитов и грабителей. Были в арсенале и магические посохи – боевые трофеи из Внутренних Земель – однако никто из храмовников и понятия не имел, как с ними обращаться. Пройдясь вдоль оружейных стоек, Рувена выбрала крепкую булаву, навершие которой щетинилось во все стороны острыми стальными лопастями. Пожалуй, это подойдёт – скромненько и со вкусом. Она вернулась в гардеробную, где её ждали мальчики-оруженосцы, с гордостью предъявившие готовые к бою доспехи и щит. - Зачем так много сала намазали? – недовольно проворчала рыцарь-лейтенант. – Зажарить к ужину решили мои латы? Сто раз вам, остолопам, объясняла – кладётся тоненький, едва заметный слой… Ладно, надевайте. Время пошло! Рувена раздвинула руки в стороны и стояла неподвижно, пока оруженосцы прилаживали поверх её куртки и штанов части доспеха – набрюшник, нагрудник, оплечье, наручи, налокотники, поножи, наколенники, набедренные щитки. Всё это великолепие собиралось в единое целое и держалось на шарнирах, крючках и кожаных ремешках. Наконец, на руки Рувены были надеты толстые кожаные перчатки, с закреплёнными поверх них стальными пластинами, а на ноги – такого же качества сапоги. На левую руку рыцаря-лейтенанта надели щит, тожественно вручили булаву, подпоясали обязательным по уставу мечом и нахлобучили на голову командирский шлем с серебряными лебедиными крыльями. - Пройдите по всей прецептории, и от моего имени прикажите братьям вооружится чем-либо, подходящим для боя в доспехах – булавами, топорами, молотами. Если кто-то из рыцарей ещё не надел латы – помогите одеться. И это срочно, мальчики – очень срочно! Спустившись вниз по лестнице, рыцарь-лейтенант решительно толкнула входную дверь и ступила в замковый двор. Картина там не слишком поменялась по сравнению с той, которую Рувена некоторое время назад наблюдала из окна кабинета, за исключением того, что на авансцену выступил новый персонаж. Здоровенный храмовник, ростом и шириной плеч превосходивший практически всех братьев, несущих караул во дворе. Видимо, это и был рыцарь-капитан Кэррол. Он стоял сразу за второй баррикадой. Ледяной ветер задувал в открытые ворота, пробирая до костей и разбрасывая по двору снежные хлопья, но рыцарь-капитан, похоже, даже не чувствовал холода. Поверх его лат был наброшен широкий плащ с чёрным меховым воротником, задержавший на себе взгляд Рувены. Внешне он весьма походил на обычную орденскую мантию – так называемый, «господский плащ», в который храмовники облачались по торжественным случаям. У «господского плаща» существовал и зимний вариант, на тёплой подкладке из овчины, так что вид этого одеяния вопросов у Рувены не вызвал. Вопросы вызвал его цвет. Обычный плащ храмовников был чёрного цвета, с расположенным на левом плече, «напротив сердца», золотистым изображением орденского герба – пылающего меча Создателя. Плащ же рыцаря-капитана Кэрролла был багровым, как запёкшаяся кровь. Это цвет не слишком походил на красный «церковный» и был нехарактерен для орденских одежд. Возможно, подчинённые лорда-Искателя использовали неуставные цвета специально, чтобы лишний раз подчеркнуть своё открытое неуважение к Церкви. «Ишь, как отожрался в своём Теринфале», - подумала Рувена. И ещё она подумала, что такого бугая вряд ли удастся взять голой силой. Если дойдёт до дела, то придётся его ломать по-настоящему, чтобы выбить дурь из головы. И чем его потом лечить и перевязывать? Интересно, есть ли у братьев при себе бинты и целебные припарки? Братьев во дворе было с десяток, во главе с рыцарем-капралом, переместившимся ближе к ожидаемому полю действия. Стало быть, в здании прецептории храмовников оставалось ещё примерно столько же. Рувена с удовлетворением отметила, что рыцарь-капрал думал в схожем с ней направлении и, оставив излюбленный двуручный меч, вооружился поистине страшным полэксом, куда более подходящим для пробивания доспехов. - Вы, случайно, не знаете, где находится Орзаммар, брат? – поинтересовалась рыцарь-лейтенант, подойдя к своему другу и помощнику. - Не знаю, но могу выяснить, - последовал ответ. – Я думаю, для этого достаточно спросить любого гнома-торговца в Денериме. А зачем вам? - Лириум, - коротко объяснила Рувена. – Не всё же нам зависеть от милости Её Величества… Но давайте сначала разберёмся с еретиком. - Он одержим, - тихо предупредил рыцарь-капрал. – Подойдите ближе, и почувствуете сами. Это звучит, как зов Тени для магов – песня демонов… Ну или очень похоже. Боюсь, нам придётся использовать Литанию Андралы. Рувена удивлённо присвистнула. Затем, обведя взглядом своих рыцарей, ободряюще кивнула им и громко произнесла строки из Песни света: - Благословенны праведные, свет во тьме. В их крови начертана воля Создателя. Закинув булаву на плечо, она сделала несколько шагов и остановилась прямо посреди двора. - Рыцарь-капитал Кэррол, - отчеканила она, - подойдите ближе и не бойтесь. Я – рыцарь-лейтенант Рувена, именем Церкви я провожу расследование в отношении тех братьев, что изменили присяге, нарушили святые обеты и свернули с истинного пути, указанного нам Пророчицей Андрасте. Я хочу знать – когда вы последний раз были на исповеди и принимали причастие, брат? Прибыв в Денерим, вознесли ли вы молитву Создателю у Камня Рождения, как надлежит нам всем? Получили ли вы благословение святых матерей на ту службу, которую исполняете? Отредактировано Meredith Stannard (2018-08-07 22:51:51)
  20. [nick]Ruvena[/nick][status]Временный персонаж[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Лорд-Искатель прибыл во дворец. С такими словами рыцарь-капрал денеримских храмовников, один из тех немногих ветеранов ордена, что не отправились в поход вместе с королевским войском, появился в кабинете рыцаря-командора. Кабинет ничуть не изменился с того момента, как его покинул прежний хозяин, но теперь за просторным рабочим столом сэра Главина восседала рыцарь-лейтенант Рувена, временно взявшая в свои руки бразды правления орденским гарнизоном. Облачённая в надетую, но не застёгнутую на пуговицы форменную куртку и серые суконные штаны, она смаковала пряное вино из серебряного кувшина и искоса поглядывала на развешанные по стенам кабинета образцы творений денеримских оружейников. Наблюдая за тем, как отблески от пламени светильников пляшут на заточенных лезвиях мечей, кинжалов и топоров, она думала о том, что коллекционирование оружия, пожалуй, является излюбленным занятием всех рыцарей-командоров ордена. Мередит в своём кабинете тоже держала кучу всякого металлолома. А ещё она думала, что было бы неплохо, по примеру Казематов, наладить здесь, в денеримской прецептории, духовое отопление. При виде рыцаря-капрала Рувена мягким движением поднялась из-за стола и, не тратя времени на формальное уставное приветствие брата по оружию, протянула ему вскрытое письмо. - Прибыл. И, более того, уже и командует там, как у себя в Белом Шпиле. Вот, полюбуйтесь, свежий приказ. Рыцарь-капрал был рослым, широкоплечим мужчиной богатырского телосложения. Закованный в доспехи и вооружённый огромным двуручным мечом, он выглядел сурово и внушительно. Нижняя часть его лица, украшенная роскошной рыжей бородой, в которой уже проглядывала первая седина, разительно контрастировала с лысой, будто череп, макушкой. Он был храбр и опытен в бою и, если бы не излишняя тяга к крепким хмельным напиткам, его можно было бы назвать идеальным рыцарем ордена. Взяв из рук Рувены послание лорда-Искателя, рыцарь-капрал быстро пробежал его глазами и удивлёно хмыкнул. Рувена кивнула. - Слишком упорен и не хочет выпускать нас из своих рук. Зябко поёжившись, она обошла стол, мягко ступая по устилавшему пол толстому шерстяному ковру в красную и чёрную клетку, и, подойдя к камину в углу, который уже почти прогорел, подбросила несколько сухих поленьев. Задумчиво глядя на то, как пламя разгорается вновь, распространяя по кабинету пряный запах жжёного дуба, рыцарь-лейтенант не спешила отдавать приказы. Как обычно, сначала нужно было всё обдумать и взвесить. – Я полагала, уже одно то, что мы не встретили лорда-Искателя, когда он въезжал в город, проигнорировав положенный уставом церемониал приветствия главы ордена, должно было показать сэру Корину, что его здесь не очень-то и ждут, - Рувена погрела руки над камином, затем, нагнувшись, пошевелила поленья кочергой. - Сколько с ним пришло людей? - Наши разведчики, наблюдающие за дворцом, насчитали два десятка, - доложил рыцарь-капрал. Рувена прикинула в уме. Два десятка – это ещё терпимо, в её распоряжении рыцарей-храмовников больше. - Нет ли среди тех, кто пришёл с лордом-Искателем, наших бывших братьев из Денерима? – на всякий случай уточнила она. - Неизвестно. Все рыцари были в шлемах. - Так они к королеве попёрлись в доспехах и с оружием? – удивление в голосе Рувены было искренним. – Странные у лорда-Искателя понятия о правилах приличия и придворном этикете… Такое впечатление, что он явился арестовывать Её Величество, а не вести мирную беседу. Не помню, чтобы сэр Главин когда-либо вёл себя подобным образом в присутствии правителей Ферелдена. - Как будете отвечать? – осведомился рыцарь-капрал. Письмо лорда-Искателя он положил обратно на стол и выжидающе уставился на свою начальницу. - Так же, как и раньше, - Рувена отложила кочергу и выпрямилась во весь рост, на её губах заиграла улыбка упрямства. – То есть, никак. Если бы приказ отдала Её Святейшество или Её Милость, я побежала бы бегом. Если бы приказ исходил от Её Преподобия – ну, как минимум, пошла бы уверенным шагом. Да и послание от королевы можно было бы принять во внимание – всё же, мы многим обязаны Её Величеству. Лорду-Искателю мы не обязаны ничем, кроме проблем. Если бы я желала выполнять его приказы, то сделала бы это уже давно. Она подумала о том, что встречу во дворце можно было бы использовать как повод ещё раз воззвать к разуму лорда-Искателя, но сразу отбросила эту мысль. Если уж переубедить лорда Люциуса вернуться к Церкви не получилось и у более старших и опытных в этом деле братьев, то её шансы выглядят совсем никакими. - В письме говорится о дисциплинарных мерах, - напомнил рыцарь-капрал. - И это единственное, что должно нас беспокоить, - согласилась Рувена. – Лорд-Искатель может явиться прямо сюда. Хотя, если он действительно желает заручиться поддержкой королевы, то устраивать разборки прямо посреди столицы вряд ли решится. Но всё же пусть братья будут наготове. - Уже сделано, - доложил её собеседник. – Я распорядился, чтобы рыцари готовились к бою. Не всё же им брюхо набивать и в домино резаться. Охрана ворот усилена. - Чем вам не нравится домино, брат? – усмехнулась Рувена. – Как по мне, достойная монашеская игра. Она шагнула к окну и опёрлась о широкий подоконник. Снаружи, за толстыми стёклами, забранными свинцовой оплёткой, бесшумно падали снежные хлопья. «Опять начинается зима, - подумала рыцарь-лейтенант, - опять придёт серая хмарь и лютые ферелденские морозы, от которых нет никакого спасения. Вот уж действительно, задница мира». Во дворе прецептории, обнесённом высокой каменной стеной, царило оживление. Храмовники сноровисто возводили баррикаду, разместив её сразу за массивными стальными воротами. Другая баррикада строилась снаружи. Сами ворота пока не закрывали, но количество караульных возле них, как минимум, утроилось, и все они были в доспехах и шлемах. Чтобы рыцари не закоченели в стальных латах, слуги развели в замковом дворе большие костры. - Каким силами мы сейчас реально располагаем? – Рувена отвернулась от окна, и её взгляд стал злым и решительным. Ей свершено не хотелось драться с братьями по ордену, пусть даже и попавшими под влияние ложных идей, но сдаваться на милость отступников, презревших свой священный долг, не хотелось ещё больше. Интересно, все ли люди лорда-Искателя будут верны ему беспрекословно, если дело дойдёт до братоубийственной резни? И, что куда более важно, – все ли её люди будут верны ей самой? Рыцарь-капрал, по-видимому, терзался теми же мыслями. Он нервно облизал губы и указал на кувшин с вином, стоявший на столе, среди свитков пергамента и разбросанных письменных принадлежностей. - Могу ли я, сестра?.. Рувена согласно кивнула и мужчина, припав бородой к кувшину, сделал несколько шумных глотков. - В прецептории сейчас восемнадцать рыцарей, - сказал он, утолив жажду, - вместе со мной и вами уже будет двадцать. Ещё четырнадцать патрулируют квартал, охраняют церковь и обитель сестёр. Они явятся, если мы протрубим общий сбор. Также мы можем вооружить всех рекрутов, оруженосцев и слуг, но вряд ли из них получатся хорошие бойцы… - Да, нормально рубиться они вряд ли способны, но мы можем раздать им арбалеты и поставить у окон, - Рувена невесело усмехнулась. – Если даже ни в кого не попадут, то хоть потренируются. - В кузнице находятся две баллисты, которые армия короля не забрала с собой, - продолжал рыцарь-капрал, - их можно выкатить к воротам, на прямую наводку. И ещё мы можем обратиться к народу. Многие жители Денерима посещают церковь, и ваша вчерашняя проповедь о еретиках и раскольниках из Теринфаля, прикрывающихся орденскими регалиями, не оставила прихожан равнодушными. Если мы ударим в тревожный набат, то верные Церкви прихожане… - Первым делом разбегутся по погребам и подвалам, спасая свою шкуру и задницу, - ответила Рувена. – Я это наблюдала ещё в Киркволле. Нет, брат, толпа – ненадёжный союзник. Однако, вы натолкнули меня на мысль – а что если мы отправим гонца в эльфинаж? Старейшина, помнится, говорил мне, что эльфы не так безобидны, как кажутся, да и терять им особенно нечего. Интересно, удастся ли убедить их выступить под орденским знаменем? В нашем арсенале оружия достаточно. Если ушки ударят по врагу с тыла в то время, как мы удерживаем фронт… Рыцарь-капрал укоризненно взглянул на Рувену. - Эрл Кенделлс будет «очень рад», когда узнает, что орден вооружил эльфов. Просто счастлив. Он нас и так-то в Денериме еле терпит. Да и Её Величество, боюсь, нас не поймёт, не говоря уже о простых горожанах. А эльфы, заполучив оружие, скорее, начнут резать всех подряд, чем помогать делу Церкви. Обид на людей у них накопилось достаточно – хватит и на правых, и на виноватых. Рыцарь-капрал возразил, но не убедил. Мысль о союзе с эльфами, в том или ином виде, по-прежнему казалась Рувене неплохой – хоть она и допускала то, что союз с королевским двором в этом случае может оказаться под угрозой. Однако начинать бесполезный спор ей не хотелось. - Всё в руках Создателя, брат, а мы лишь исполнители Его воли. Верните ваших разведчиков в прецепторию, чтобы согрелись и перекусили, но отправьте кого-нибудь им на смену, наблюдать за дворцом. Если оттуда выйдет вооружённый отряд и направится в нашу сторону – неважно, будут ли это рыцари лорда-Искателя или воины эрла Денерима – трубите тревогу и общий сбор. Одиночных же гонцов не задерживать и пропускать через ворота, из дворца могут быть и новые известия. Рувена бросила быстрый взгляд на рыцаря-капрала, явно собираясь добавить что-то ещё, но внезапно передумала и мановением руки позволила ему идти. «Неизвестно, что в голове у лорда-Искателя, - думала рыцарь-лейтенант. – Он, вне всякого сомнения, безумен и его письмо – явная ловушка, но, возможно, ловушка приготовлена не только для меня? Не пришлось бы нам срочно двигаться во дворец всей нашей братией, чтобы спасти Её Величество. Королева ещё поймёт, какую ошибку она совершила, позволив явиться сюда этому изменнику, и остаётся лишь надеяться, что просветление не наступит слишком поздно». Отредактировано Meredith Stannard (2018-07-31 03:55:04)
  21. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]http://s8.uploads.ru/dgeK5.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] На сём конец и Создателю нашему слава, ибо о том, что творилось этой не по-зимнему горячей и страстной ночью в командорской спальне, расположенной в священных стенах прецептории ордена храмовников столичного города Денерим, никак не возможно поведать, не нарушив тайну исповеди.
  22. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]http://s8.uploads.ru/dgeK5.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Итак, Рени не стала отрицать того, что Рувена вполне в её вкусе, однако сразу же попыталась съехать с темы. Согласие на отношения она не дала. Ну что же, человеческая жизнь состоит из маленьких разочарований. Кто обещал, что будет легко? Рувена тоже хороша – ни с того, ни с сего, без предварительной моральной подготовки, предложила потомственной дворянке такой вот мезальянс. Всё равно, что пыльным мешком по голове из-за угла огрела. Ладно хоть Рени вообще снизошла до того, чтобы ответить, а не с ходу завернулась в мантию презрения. Впрочем, трудности Рувену не пугали. Если храмовница что-то вбивала себе в голову, то переубедить её было невероятно тяжело. С типичной для себя твердолобой упоротостью, она была готова идти до конца в попытках завоевать не только тело, но и душу этой удивительной орлесианской девушки. В конце концов Рувена тоже не пальцем делана, и тоже может заслужить для себя дворянство – если не потомственное, то хотя бы личное. Война тем и хороша, что предоставляет подобный шанс каждому. Интересно, в этом случае Рени изменит своё мнение? В синих глазах храмовницы появилось выражение обиды, тембр её голоса слегка повысился. - Серый Страж Рени, я вижу, что свалившиеся на вашу голову беды – изгнание с родины, открытие Бреши, бойня в Амарантайне, падение орлесианских Стражей, идущая повсеместно война всех со всеми – не позволяют вам адекватно оценить реальность происходящего. К тому же, вы плохо знаете меня, а потому неверно судите. Да, в моей жизни могут встретиться и другие достойные кандидаты – но я выбираю вас. И не надо пререкаться со старшей по званию. Может, для лучшего взаимопонимания, сделаем ещё дубль? Выйдем за ворота, затем снова войдём и начнём всё с самого начала? По тону Рувены было не совсем понятно, шутит она или нет. Похоже, что всё-таки шутила, потому что, сменив гнев на милость, тут же добавила, с печальным вздохом: - Как же мне быть, моя милая оккупантка? «Оккупантка моего сердца, если выражаться точно. И я не могу на тебя долго сердиться». - Ну, ладно, что ни делается – всё к лучшему. Буду молиться за то, чтобы ты добралась до Хайевера благополучно. Предлагаешь поговорить о нас с тобой при следующей встрече – пусть так. Твои слова я воспринимаю как вызов. Думаю, я смогу через какое-то время ненадолго появиться в Хайевере, ради того, чтобы увидеться со Стражем-Констеблем, – едва только здесь, в Денериме, всё уляжется, – там мы и продолжим этот разговор. Ну а если к тому времени Натаниэль отошлёт тебя куда-нибудь по делам ордена, то хотя бы весточку оставь, чтобы я знала где, на каком краю света, тебя искать. Я обязательно тебя найду. И заставлю поверить в серьёзность моих намерений! Не вставая с колена, храмовница обняла Рени и прижалась щекой к её груди. - Ты только не бросай меня совсем, хорошо? Не лишай последней надежды. Меня и так уже бросили все, кто только мог: орден, Церковь, семья, друзья. Это… это так тяжело, когда тебя все бросают, - на минуту могло показаться, что Рувена вот-вот заплачет, но, вместо этого, она лишь через силу улыбнулась. - Ну а двум сумасшедшим в паре друг с другом всё же чуток полегче будет. И, к тому же, ты уже обещала мне. Обещала согласие на танец и прогулку по Вал Руайо, не забывай об этом. Ну а я обещала, что нарисую твой портрет. Думаю, что он хорошо украсит нашу будущую спальню. И, право слово, не стоит переживать, что наши отношения могут хоть как-то мне повредить – помимо прочего, сейчас в чёрном списке Создателя уже столько имён, что для меня там банально не осталось места. «А вот если у кого-нибудь ещё хватит наглости попросить твоей руки, Рени, то я его разыщу, обвиню в ереси и уничтожу любым подходящим видом оружия из достаточно богатого орденского арсенала». Рувена вновь с каким-то яростным остервенением впилась своими губами в губы орлесианки, словно подводя итог всему сказанному. Ну, ладно, Рени, хватит уже быть селёдкой под шубой и бесконечно рефлексировать по поводу того, что было утеряно в прошлом. Надо жить дальше и думать о будущем – желательно в более-менее положительном ключе. От нас теперь уж точно не убудет, как бы ни прибывало. Затем, чуть отдышавшись, храмовница добавила, с лукавым прищуром: - Если тебя на данном этапе интересует лишь секс, без отношений и обязательств, то это значит, что тебя одолевают грешные мысли и желания плоти, моя дорогая. Стесняться этого не нужно, ибо все мы люди и имеем право на человеческие слабости. Однако Церковь предписывает нам в подобных случаях принести исповедь и покаяться. Тебе повезло, ибо я, как лицо монашеского звания, имею право принимать исповедь у мирян. Как только я завершу все сегодняшние дела по службе, то мы уединимся в моих апартаментах. Там есть все условия для того, чтобы я могла очень тщательно и добросовестно тебя… исповедовать. Рыцарь-лейтенант поднялась на ноги и, мягко ступая, прошлась вокруг Рени, очертив над её головой священный андрастианский солнечный символ. Благословение им обеим на предстоящую ночь, а, может, и на дальнейшую жизнь. Как сложится. Затем Рувена подошла к столу и перевернула песочные часы ещё раз, отмеряя очередной отрезок времени в монастырском распорядке дня. - Кстати, поговорим о делах насущных, раз уж начали. Скоро сестра Аметин принесёт, я надеюсь, подходящий доспех, и мы займёмся его подгонкой по твоей фигуре. Наши латы тяжелее и прочнее тех, к которым ты привыкла, максимальная подвижность отчасти принесена в жертву улучшенной защите. Ибо мы имеем дело с разумными и весьма коварными противниками, которые обычно знают, куда нужно бить. Принято считать, что тяжесть доспеха компенсируется текущим в нашей крови лириумом, усиливающим возможности тела. Возможности твоего тела тоже усилены, хоть и по-другому, поэтому я полагаю, что проблем возникнуть не должно, освоишься быстро. Пока возимся с подгонкой, уже приблизится время вечерней мессы. Я могу даже провести для тебя экскурсию по прецептории, если тебе интересно. Смотреть тут, правда, особенно не на что, монастырь как монастырь, но на моих подчинённых наш совместный обход произведёт впечатление. Особенно, если мы оденем тебя в ризу жрицы. Рувена подумала о том, что это и впрямь неплохая идея. Появление загадочной девушки в церковном облачении и, судя по внешнему виду, явно прибывшей из Орлея, которая осматривает клуатр, часовню, зал капитула, арсенал, библиотеку, лаваторий, купальни, дормиторий, классы и тёплые комнаты, сопровождаемая лично командиром гарнизона, должно было подкрепить у храмовников уверенность в том, что Рени в обители оказалась не случайно. Что Великий Собор в Вал Руайо не забыл про них и держит руку на пульсе ордена, посылая в орденские замки своих проверяющих. Что они здесь, в Денериме, не брошены и не одиноки. Подобная уверенность была бы весьма кстати для поднятия боевого духа. Улыбнувшись своим мыслям, храмовница продолжила: - После поужинаем, и я прикажу слугам подготовить для тебя ванну в моей умывальной комнате. Могу даже выставить караул у дверей апартаментов, чтобы тебя точно не потревожили. Сама же отведу рыцарей в часовню на повечерие. Затем у меня построение, подведение итогов дня, раздача кнутов невиновным и пряников непричастным. Всё это займёт какое-то время, так что ты сможешь спокойно, без лишней спешки, привести себя в порядок, мой чистоплотный котёночек. Я тоже найду место, чтобы совершить омовение, рыцарские купальни у нас здесь большие. Рувена развела руками, как бы говоря «ну вот и всё, что могу предложить». - Такой у нас план действий на вечер. А там и ночь подоспеет. «И вот тогда я раздвину твои ножки и с наслаждением проведу языком по тёплым и мягким нижним губкам. Словно по сладкому персику, диковинному фрукту из тёплых краёв, который мне так хотелось сегодня попробовать». Отредактировано Meredith Stannard (2019-04-29 22:25:24)
  23. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Пожалейте наших слуг, - попросила Рувена, с любопытством наблюдая за тем, насколько успешно Рени справится с непривычным для неё типом крепления храмовничьих наплечников, - ведь это им придётся собирать внизу части моего доспеха и тащить всё обратно. А если железяка кому-нибудь на голову упадёт? Само по себе то, что командир гарнизона вдруг начала выкидывать свои латы из окна, здесь мало кого удивит. Привыкли и не к такому. Я ведь действительно сумасшедшая со справкой, которую мне выдал лично рыцарь-командор Резерфорд в Киркволле, ради приличия обозвав её рекомендательным письмом. Но будет жалко, если зашибёт кого, у меня людей и так мало осталось. Судя по нервному, сбивающемуся дыханию рыцаря-лейтенанта, и по её пунцово пылающим щекам, по-настоящему волновало её сейчас совсем другое. Она ничего не имела против того, чтобы избавиться от сковывающих тело стальных пластин, и, если бы не рыцарский долг и командирские обязанности, то давно бы уже сама сняла с себя броню. Только вот положенное для этого время ещё не настало. Впрочем и излишнее служебное рвение Рувене было несвойственно, поэтому, если бы Рени и в самом деле преуспела в своём намерении освободить храмовницу от доспехов, то напяливать железки обратно Рувена бы не стала. Надоели. А чтобы формально не нарушать установленные правила, рыцарь-лейтенант надела бы церковное облачение – прямо поверх своей кожаной поддоспешной куртки. Это допускалось уставом, храмовники имели право носить церковные ризы, однако Рувена пользовалась таким правом нечасто. В недружелюбном Денериме она куда увереннее чувствовала себя в стальных латах. - Значит, мы договорились, - храмовница особо выделила голосом слово «мы». - В путь вы отправитесь завтра утром. Отслужим заутреню, позавтракаем, заберём ваши вещи – и затем я вас выведу из города, как и обещала. И да, углубиться во Внутренние земли вам будет разумнее, чем пытаться проскочить наудачу вдоль Северного тракта. Ночью же… Что именно произойдёт ночью, Рувена не успела уточнить. Чувствуя, как язычок Рени опять нежно прикоснулся к её уху, храмовница временно утратила дар речи и смогла лишь тихо прошептать орлесианке: «tu es mon précieux trésor» («ты – моё бесценное сокровище»). Руки сказали всё и без слов. Скользнув вниз по спине повисшей на лейтенантской шее девушки, ладони Рувены совершенно беззастенчивым образом облапали изящную тугую попочку Рени. Такую крепенькую, сочную, натренированную многими сотнями часов близкого знакомства с кавалерийским седлом. Самое привлекательное место на теле темноволосой девушки… из тех, что были доступны на сей момент. Рувена опять почувствовала прилив желания, но на этот раз даже не стала сопротивляться, позволив волне щекочущего жара захлестнуть себя с головой. По её телу пробежала дрожь, ладони уже готовы были поднырнуть под шоссы орлесианки, чтобы познакомиться с притягательными округлостями во всём их природном естестве, без преград, но слова Рени о необходимости предварительно привести себя в порядок, оказали на Рувену отрезвляющее действие. Она опять вспомнила о том, что она такая же грязная, потная и уставшая, как и её новая знакомая, и, чтобы не позволить физическим неудобствам испортить чудесное любовное приключение, вначале нужно принять очищающую и бодрящую ванну. Ну или же, на правах хозяйки, уступить ванну своей благородной гостье, а самой воспользоваться простой деревянной бадьёй, со скамеечкой внутри, как положено скромному рыцарю монашеского ордена. И лишь после тщательного омовения, преобразившись внешне и внутренне, можно будет с полным правом внести орлесианку в спальню, где на широкой командорской постели, в уютном царстве простыней и подушек, их обнажённые тела, наконец, отыщут друг друга. Рувена вздохнула. В мыслях она уже оборачивала Рени широким махровым полотенцем, утирая капельки воды, блестящие на смуглой коже орлесианки подобно жемчужинам, и, утирая, осыпала страстными поцелуями лицо, шею, плечи, ключицы и упругую грудь девушки, ласкала языком напряжённо торчащие соски, а затем, спускаясь всё ниже и ниже, мало-помалу добиралась до нижних губок. Маленьких, аккуратных, мокреньких губок, стыдливо прячущихся между горячих ножек. Рувена живо представляла, как её пальцы нащупывают между ножек Рени тот самый «нехороший» девичий бугорок, затем мягко раздвигают губки, открывая тёплую и влажную пещерку – неожиданно ярко-розовую на фоне смуглой кожи – и пробираются вглубь, всё дальше и дальше. Как, дрожа от возбуждения, Рени трётся своими бёдрами о бёдра Рувены и, сама того не замечая, до крови царапает ногтями спину подруги и шепчет ей на ухо слова страсти на том самом языке, на котором барды в тавернах Вал Руайо поют свои любовные баллады. Как два молодых сильных тела, соединившись самыми сокровенными местами, подобно двум ножницам, пытающимся перерезать друг друга, медленно двигаются в едином ритме, подчиняясь неслышимой мелодии наслаждения. Интересно, насколько коротко у Рени всё подстрижено – между ножек? Или там старательно выбритая гладкость? Вряд ли дворяночка, столь ревностно следящая за своим внешнем видом, потерпела бы в этом месте беспорядок. Рувена с Аметин постоянно развлекались тем, что придумывали друг для друга новые интимные стрижки, внешне повторяющие традиционные андрастианские символы, благо видеть это безобразие не мог никто из посторонних. «Эх, Ренишка-глупышка, вот ты и попалась, - с каким-то извращённым удовлетворением подумала Рувена. - Теперь до самого утра ты будешь в моей власти. Что бы ни случилось с нами дальше, но эту ночь у нас никто не отнимет. Все тревоги, заботы и печали бренного мира на какое-то время перестанут существовать, и останутся лишь несколько часов радости, которые мы переживём вдвоём. Легендарная выносливость Серых Стражей будет испытана мною лично. Скверна в крови против лириума – кто сдастся первым? Впрочем, я всегда могу призвать на помощь Аметин, и тогда каждый из нас получит по своей половинке Серого Стража». Очень хотелось заставить слуг прямо сейчас нагреть воды для мытья и залезть в купальню. Но нельзя, нельзя. Не время. Неужели всю ответственность командира может перевесить мысль о горячей ванне? Как сказала однажды рыцарь-командор Станнард: «Становясь командиром, ты теряешь право на обычные человеческие желания. Ты не можешь позволить себе такую роскошь». Рувена печально улыбнулась. Вряд ли найдётся командир без человеческих желаний вообще, ибо люди всё равно остаются людьми, но чем выше твой пост, тем больше с тебя спрос. Помимо заветной тоски по ванне, мысли Рувены занимало и ещё кое-что. Храмовница прежде никогда не задумывалась над своими чувствами, и над тем, с какой девушкой она хотела бы построить длительные отношения. К простому сексу, как к физиологической потребности тела, она всегда относилась легко и не впадала в эмоции и переживания по этому поводу. Расслабилась, сняла напряжение, получила удовольствие – что ещё надо? Сейчас же эмоции били через край. Рувена вдруг почувствовала, что между ней и Рени лежит не просто голая физиология, что она не хочет расставаться со своей новой знакомой насовсем, не хочет, чтобы грядущая ночь любви стала для них первой и единственной. Почему так – Рувена пока ещё не могла себе толком объяснить. Рассудочные причины, заставляющие Рени выглядеть в глазах Рувены столь привлекательно, разумеется, были – дворянка, орлесианка, симпатяжка, и, при всём при том, загадочный Серый Страж – но храмовница чувствовала, что это всё безусловно важное, но не главное. Главным было нечто неосознанное, прежде незнакомое, мистическое, что-то, от чего мысли Рувены при взгляде на Рени начинали путаться, как во хмелю, а сердце учащённо биться. Рувена могла выразить это ощущение лишь одним словом «цепляет». Не пойми чем, не пойми как, но цепляет. За самую душу. Рувена потёрлась щекой о щёку орлесианской девушки, вдохнула уже почти привычный горьковато-терпкий запах её волос и, не в силах сопротивляться струящемуся по телу волнению, сбивчиво проговорила: - Ты мне очень нравишься, Рени. Ты такая… ты… я не знаю, как это выразить. Я… Скажи, а я тебе нравлюсь? Рувена чуть отстранилась, скрипнув пластинами лат, и, опустившись на колено, бережно поцеловала руку Рени. На подобные почести от рыцаря-лейтенанта храмовников не мог надеяться ни один монарх Тедаса. Храмовники становились на колени лишь перед Создателем, Пророчицей, высшими жрицами Церкви и…более никем. До сего времени. Рувена подняла голову. Её взгляд был полон мольбы и затаённой надежды. - Если у тебя сейчас действительно никого нет, то мы могли бы быть вместе. Идея выглядела достаточно безумно – то есть, как раз в духе Рувены. Даже если Рени и даст своё согласие, или, хотя бы, пообещает подумать – в общем, не отвергнет сразу, – и им обеим удастся уцелеть в пекле войны и как-то пережить надвигающийся конец света, то что дальше? Какова перспектива у их отношений? Часто видеться они не смогут, вести совместное хозяйство – тем более. О подвенечных платьях сейчас и думать смешно. Хотя… может, оно и к лучшему? И вообще – кто может поручиться за то, что случится в будущем? Всё в руках Создателя. Если бы ещё день назад кто-нибудь сказал Рувене, что она сделает случайно встреченной девушке такое вот спонтанное предложение руки и сердца, то храмовница бы ни за что не поверила. Отредактировано Meredith Stannard (2019-04-25 09:34:37)
  24. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] Отложив перо в сторону, Рувена выпрямилась в кресле и застыла неподвижно. Она очень надеялась на то, что не ослышалась – ведь слуха, милостью Создателя, она ещё не была лишена. И очень надеялась, что Рени и в самом деле имела в виду именно это – согласие на то, чтобы грядущую ночь рыцарь-лейтенант храмовников и Серый Страж провели в одной постели, забыв про должности и звания и принадлежа только друг другу. Неужто молитвы Рувены были услышаны? Наконец-то ты снизошла и до нас, слоупочная наша Пророчица, даровав нам своё благословение! Мимо внимания храмовницы не прошли комплементы, которые орлесианка отпускала в её адрес ранее, и какие-то выводы из них она могла бы сделать, но … демон раздери эту благородную привычку «сохранять лицо»! Выражать свои мысли многозначительными намёками, каждый из которых можно истолковать десятью различными способами. Ну ладно, не десятью, пусть всего двумя-тремя – всё равно уверенности это не прибавляло. Пойди разбери, то ли ты слышишь проявление искренней заинтересованности, то ли банальную вежливость ради соблюдения этикета. Почему нельзя было сказать прямо, без обиняков: «Я тебя хочу, давай займёмся любовью, и пропади оно всё пропадом»? Нет же, надо тянуть кота за яйца до последнего и строить из себя незнамо что, будто бы мы тут в Великую Игру играем… Хотя, о Святая Андрасте, Рувена просто не могла толком сердиться на это милое аристократическое создание с классной грудью и упругой попкой. А ещё храмовница подумала, что есть своя прелесть в том, что семья Рени впала в немилость и утратила своё прежнее положение в Орлесианской Империи. Ибо в противном случае наследница сиятельного рода не очутилась бы в Серых Стражах и уж точно не снизошла бы до того, чтобы допустить к своему молодому и горячему телу какую-то бедную монашку. Воистину замысел Создателя не всегда можно постичь сразу. Рувена ликовала. Сейчас ей неудержимо хотелось петь, смеяться и танцевать, даже не снимая тяжёлого доспеха. А ещё схватить Рени в охапку и поскорее отволочь в спальню, пока орлесианка не передумала, вдруг не обернулась птицей и не выпорхнула аккурат в то открытое окно, возле которого пристроилась. Рувена знала, что у храмовников, излишне злоупотребляющих лириумом, случаются наваждения, которые совершенно невозможно отличить от реальности. Впрочем, даже если всё, что произошло сегодня, это наваждение, то наваждение просто великолепное! Пусть так и остаётся, храмовница и не подумала на всякий случай попытаться ущипнуть себя за запястье. Вместе с тем, отправиться в спальню прямо сейчас Рувена не могла себе позволить – время отхода ко сну в обители ещё не наступило. Потрескивали дрова в камине, песок неторопливо пересыпался в стареньких часах, а ещё не завершённые ежедневные дела ждали своей очереди. Если смену стражи и проверку постов Рувена могла смело переложить на плечи рыцаря-капрала, то вести храмовников на вечернюю мессу, ужин и повечерие, равно как и проводить вечернее построение, ей надлежало самой. И лишь в девять часов вечера, приняв доклады о том, что все церковные послушания на сегодняшний день исполнены, ворота обители закрыты, светильники погашены, а рыцари – те из них, кто не назначен в ночной караул – вернулись в кельи, Рувена имела право удалиться в свои покои и приказать слугам нагреть воды для купания. После этого времени беспокоить командира гарнизона не полагалось. Внимая словам орлесианки, рыцарь-лейтенант оценила трогательную заботу Рени о своём служебном благополучии. Однако от изначальных намерений оказать своей новой знакомой всю возможную помощь и не думала отступать. - Если вы беспокоитесь за мою карьеру, то полно вам. Не стоит так переживать. В последнее время, особенно после того, как взорвался Конклав, и небеса повернулись к нам вот этой вот зелёной дыркой от задницы, у меня появилось столько разных поводов для бесповоротного конца не только карьеры, но и самой жизни, что я уже не обращаю на них внимание. Одним больше, одним меньше – ни мне разницы нет, ни Создателю. Надейся на лучшее, готовься к худшему – так, вроде, принято говорить. Тем более, что сейчас я собираюсь организовать ещё один, невесть уже какой по счёту, повод для завершения своей командирской карьеры в ордене. Но знаете, что? Меня это абсолютно не колышет. Прорвёмся как-нибудь. Рувена кивнула. - Да, вы всё правильно поняли, Рени – я облачу вас в доспехи и шлем храмовника и выведу за стены Денерима под видом рыцаря нашего ордена, посланного с поручением в другой гарнизон. Перед этим мы, разумеется, посетим указанный вами дом с коричневой черепичной крышей и заберём оттуда ваши вещи. Да и вообще устроим небольшую прощальную поездку по городу. Форт Драккон я вам обязательно покажу, я понимаю ваш интерес к месту, где пал смертью почти храбрых последний из известных на сегодняшний день Архидемонов. Сопровождать нас будет мой личный конвой, так что уверена, что никаких препон люди эрла чинить не осмелятся, даже несмотря на чрезвычайное положение в городе. А если и попробуют, то слова «Именем Церкви» всё ещё действуют безотказно. Вопрос только в том, когда же нам отправляться? Рувена сделала задумчивый вид. Разумеется, для себя она всё уже давно решила, но ради приличия выдержала небольшую паузу. - Прежде всего, нужно дождаться, пока нам принесут необходимые доспехи, чтобы подогнать их по вашей фигуре. Подгонкой я займусь сама, побуду немножко вашим оруженосцем, дабы не посвящать в наши планы лишних людей. Храмовница бросила взгляд в окно, день за которым явственно клонился к закату. Сейчас, находясь рядом с Рени, она была готова полюбить и это небо, сыплющее на головы мелкую белую гадость, и это холодное зимнее солнце, и даже далёкое мертвенное сияние Бреши. - Скоро уже начнёт темнеть – сейчас зима, темнеет быстро. С наступлением темноты городские ворота, как и положено, закроют. Не думаю, что это станет такой уж неодолимой преградой, но мой приказ открыть ворота, специально чтобы выпустить одинокого гонца, неизбежно приведёт к новому конфликту с городской стражей и уж точно привлечёт к нам ненужное внимание. Все будут удивлены такой спешкой. Доложат о произошедшем королеве и, разумеется, переврут больше половины. Да и отправляться в путь на ночь глядя не кажется мне блестящей идеей. Куда разумнее будет вам выехать поутру, после рассвета. В конце концов зачем лишний раз ночевать в зимнем лесу под кустиком, если есть возможность провести ночь в тепле и уюте? Продолжая говорить, Рувена аккуратно свернула написанное ею письмо и вложила в цилиндрический футляр из прочной кожи – такие использовались орденскими гонцами для передачи важных донесений. Футляр не позволял документу помяться или промокнуть, и был оборудован длинной кожаной петелькой, за которую его можно было повесить на шею. Плотно притерев крышечку и закрепив её специальной застёжкой, рыцарь-лейтенант поставила футляр с письмом стоймя на поверхность стола. - И вот ещё. Я думаю, что, даже покинув город, вам не стоит сразу же снимать с себя облачение храмовника. Передвигаться по землям, контролируемым армией королевы, будет разумнее именно в таком виде. Сами понимаете, что сейчас, после падения Башни Бдения, один только вид доспеха Серых Стражей подействует на людей банна Сеорлика, как красная тряпка на быка. Вам в любом случае лучше не ехать кратчайшим путём, через земли эрлинга Амарантайн, а вначале направиться на запад, через Дикие Земли. И свернуть на север, к Хайеверу, лишь тогда, когда Амарантайн окажется далеко позади. «Ну вот и смысл моего существования проявил себя, - с радостным удовлетворением подумала Рувена. - Я-то считала, что напрасно копчу небо, ибо ни я, ни моя служба здесь, в позабытом всеми гарнизоне, давно уже не нужны ни людям, ни Создателю. Но, оказывается, что-то полезное я ещё могу сделать. Причём, сделать это для привлекательной орлесианской девушки с томным взглядом, грустным хрипловатым голосом, милым акцентом в речи и, что ни говори, нелёгкой судьбой. Думаю, что в её судьбе я ещё сыграю свою роль, как и она в моей. Если наше знакомство это действительно дар свыше, то мы обязательно встретимся вновь». - Я дам вам своё кольцо с печаткой рыцаря-командора Денерима, - продолжила храмовница. - Это не только послужит для Стража-Констебля доказательством серьёзности моих намерений, но и поможет убедить солдат Аноры, если вам доведётся с ними столкнуться, в том, что вы выполняете мой приказ и занимаетесь делами Церкви. Наш орден сохраняет нейтралитет к короне и обладает неприкосновенностью, гарантированной Их Величествами, поэтому королевские солдаты не тронут храмовника. Более того, если вам доведётся добраться до озера Каленхад, то это кольцо позволит вам получить любую необходимую помощь от рыцарей Цитадели Кинлох. Конечно, храмовники, согласно церковным правилам, предоставят пищу и ночлег любому нуждающемуся путнику, но… куда менее охотно. На самом деле, главная цель, которую преследовала Рувена, вручая Рени кольцо рыцаря-командора, состояла в другом. Рувена желала, чтобы Рени, явившись с кольцом в Хайевер и рассказав там свою историю, дала понять тамошним храмовникам, что отряд, оставшийся в Денериме, ещё держится – но возможностей для этого становится всё меньше. И что пора бы храмовникам, находящимся при войске Алистера, вернуться назад, на подмогу братьям, раз уж штурм Редклиффа всё равно не состоялся. - Что же касается всего остального, что может случиться этой ночью - Рувена поднялась с кресла, сделала пару мягких, вкрадчивых шагов по устилавшему пол шерстяному ковру и оказалась рядом с подоконником, на котором расположилась Рени, - то я буду рада узнать вас поближе. Открою небольшой секрет: мы при этом даже букву закона не нарушим. Храмовники не дают обета воздержания, и, в отличие от жриц Церкви, строгое целомудрие нам не прописано. Нам даже в брак разрешают вступать… правда, в исключительных случаях. Ну а орден Серых Стражей, как я понимаю, по этому поводу вообще не парится. Положение Рувены было двойственным. Хоть устав её ордена и требовал от неё, как от орденского командира, избегать соблазнов и хранить духовную и телесную чистоту, угодную Создателю, но тот же устав гласил: «Если встретиться дело, сущность которого не укладывается в рамки сего кодекса, братья и сёстры должны поступать по своему усмотрению и в соответствии с совестью, которая укажет им лучшее решение». Орден Серых Стражей, обладая значительными привилегиями в Тедасе, фактически находился вне церковной юрисдикции – уже по этому признаку любые сношения с Серым Стражем не вписывались в рамки кодекса храмовников, и Рувена полагала себя вправе трактовать устав в свою пользу. Разумеется, существовали и другие способы для того, чтобы получше узнать нового союзника и завоевать его доверие – но кто возьмётся осуждать, если рыцарь-лейтенант выбрала этот? Да и, что ни говори, Рувена была убеждена в том, что их с Рени встреча свершилась лишь по воле Создателя, и Он заранее благоволил всему, что могло из этой встречи получиться. Рувена наклонила голову, чуть стесняясь глуповатой улыбки счастья, не сходившей с её губ. - Поэтому, моя милая оккупантка, если вы действительно хотите отблагодарить меня за ваше спасение, то для этого вполне достаточно выполнить две моих просьбы. Первая – доставить письмо Стражу-Констеблю, ибо будем надеяться на то, что он жив и находится в добром здравии. И вторая… Руки Рувены опять легли на бёдра темноволосой девушки. На сей раз обе руки сразу. Пальцы храмовницы слегка сжали юную тугую плоть, скрытую под покровом шоссов, а взгляд остановился на том привлекательном девичьем месте, в котором сходились друг с другом ножки орлесианки. «Интересно, какова Рени… на вкус. Надеюсь, этой ночью я это узнаю. Как узнаю и то, насколько глубоко в эту девочку можно будет забраться». Щёки храмовницы вновь порозовели. - Скажите мне, Рени, только честно, у вас сейчас есть кто-нибудь? Ну… то есть… в личном плане? Супруг? Любимый человек? Кто-то, с кем вы делите постель? «А ведь действительно, - внезапно опомнилась Рувена. - Для Серых Стражей, в отличие от храмовников, не существует никаких преград к заключению брака. И если Рени в своём ордене уже успела связать себя священными узами, или с кем-то помолвлена – а такое очень даже возможно, внешностью и грацией её Создатель не обидел – то... то мне останется лишь устроить её на грядущую ночь в свободную келью в женской части дормитория и пожелать счастливых снов. Тяжкий грех прелюбодеяния не может быть оправдан никаким пунктом устава. Странно, что такая элементарная мысль не посетила меня раньше. Воистину, когда включаются гормоны, то напрочь отключается голова». Отредактировано Meredith Stannard (2019-04-09 13:53:24)
  25. [nick]Ruvena[/nick][status]Вера, надежда, любовь[/status][icon]https://i72.servimg.com/u/f72/19/63/63/99/a_180_10.jpg[/icon][sign]"Для чего Создатель создал блох?"[/sign][chard]<b>Раса: </b>Человек</br><b>Дата рождения: </b>9:12 ВД</br> <b>Класс: </b>Воин</br><b>Специализация: </b>Храмовник</br> <b>Организации: </b>Орден храмовников (лоялисты)[/chard][formr]<a href='http://epicfailage.forumrpg.ru/viewtopic.php?id=373'>Как-то так...</a>[/formr] - Да не беда, - откликнулась Рувена, имея в виду импровизированный пункт сдачи металлолома, шустро организованный Рени на ближайших доступных горизонтальных поверхностях. - Обойдёмся без церемоний. Мы народ простой: пять минут рядом постой, и карман пустой. Окинув быстрым профессиональным взглядом поддоспешник Стража и уже собравшись было начать задуманную антропометрию, она внезапно замешкалась. Атласные ленточки, открывшиеся взору храмовницы, определённо привлекли её внимание, и она даже потрогала их пальцем. - Опять кружавчики, - буркнула себе под нос Рувена, - лучше бы были розовенькие. В её глазах мелькнули смешинки, хотя всё остальное лицо сохраняло подчёркнуто деловитое выражение. - Неплохо придумано. Это вы себе завязываете по бантику за каждый год службы в Стражах? - уточнила рыцарь-лейтенант. - Ловко. А то, из года в год разгребая одно и то же дерьмо, немудрено и счёт потерять времени. Надо и мне самой что-нибудь похожее сообразить. От Рувены не укрылось, как грациозно и аккуратно, стараясь не нарушить причёску, Рени снимала с себя кольчужную котту. Вот что значит орлейская аристократическая порода. Происхождение не пропьёшь, и Рувена почувствовала запоздалое сожаление о том, что сама в своё время родилась не в той семье. Благородным манерам и искусству правильно себя поставить люди, подобные Рени, учатся с пелёнок, ну а Рувене сейчас уже и начинать поздно. - Красота – великая сила, - печально вздохнула рыцарь-лейтенант. - Если бы вы, Рени, с дюжину лет прослужили в храмовниках, то могли бы понять, как это тяжело, когда в твоей шкатулке лежит пара красивых серёг, заодно с ожерельем, но надевать их ты не имеешь права, даже будучи в увольнении. Ибо сказано в уставе: «Об украшениях известно, что они – признак варварского тщеславия. И коль скоро Церковь признаёт это излишеством, то и мы запрещаем их и налагаем вето. Братьям и сёстрам, как постоянно так и временно служащим, не позволяется иметь украшения, излишние волосы и непомерную пышность одежд. Ибо слугам Создателя Мира необходима защита от всяческих соблазнов, как изнутри, так и снаружи». Параграф двадцать девять. Рувена хмыкнула и вытянула руку с верёвкой вверх, измеряя рост орлесианки. Затем приложилась горизонтально, уточнив ширину плеч, объём груди («о, Святая Андрасте, какие маленькие задорные упругости, и как приятно их трогать»), размер талии и бедёр («хм, почти что девяносто-шестьдесят-девяносто»), и попросила Рени развести руки в стороны – формально, чтобы замерить расстояние до подмышек, а фактически, чтобы полюбоваться движением грудей под тканью куртки. При этом, чтобы отвлечь внимание своей модели от явно выраженного интереса к её телу, храмовница не переставала говорить нарочито дружеским тоном. - Знаете, Рени, пока мы живы, то мы ежеминутно выращиваем развесистое древо самых разных вероятностей, финал которых непредсказуем. Всё в руках Создателя. Если у вас имеется какой-то конфликт с высшим светом Орлесианской Империи, то это не значит, что так будет и после нашей победы над ересью. Победителей не судят. Я так понимаю, что именно с этим конфликтом было связано ваше решение покинуть Орлей и избрать службу Серого Стража в Ферелдене? Не буду выпытывать подробности, но замечу – если вы и ваша семья пострадали из-за того, что отказались поддержать власть узурпаторов, то беспокоиться об этом вам будет незачем. Ведь император-то будет уже другой. Производя замеры, Рувена диктовала полученные цифры Аметин, которая старательно записывала их на куске пергамента. При этом эльфийка с интересом прислушивалась к рассуждениям рыцаря-лейтенанта, и её острые ушки буквально шевелились от любопытства. Своими мыслями об Орлее Рувена уже не раз делилась с Аметин, и, похоже, смогла вызвать у эльфийки, никогда в своей жизни не прокидавшей пределы Денерима, стремление побольше узнать об этой загадочной стране. - И сдаётся мне, что новый император вряд ли получит свою корону без поддержки и благословения Церкви. Так что нам с вами место на балу будет обеспечено – ведь вы теперь союзник Солнечного Трона, не забывайте об этом. Если же проблемы вашей семьи носят более глубокий характер, чем я думаю, то я уж постараюсь похлопотать за вас перед Её Святейшеством – едва только Церковь изберёт новую Верховную Жрицу. Её Святейшество замолвит словечко Его Императорскому Величеству – и, вуаля, права вашего рода полностью восстановлены, и вы опять рукопожатны при дворе. Ну а если кто-то из высшего света Орлея будет возмущён тем, что Церковь грубо вмешивается в правила Великой Игры, то я смогу лишь посоветовать ему поцеловать мой крепкий рабоче-крестьянский зад. Храмовница лукаво подмигнула Серому Стражу. - Сила Церкви – это великая вещь, если ею правильно распорядиться. Мне ведь не составит труда лично прийти и помочиться на ступеньки особняка того из имперских аристократов, который будет больше всех недоволен нашим танцем. Ну а поскольку вместе со мной явится толпа рыцарей ордена и по команде осуществит аналогичное действие, предварительно загрузив брюхо крепким пивом, то можете себе представить, к какому всеобщему веселью это приведёт, и какими эпитетами наградят потерпевшего прочие сливки орлесианского общества, когда эта история станет известной. Я гарантировала вам свою защиту, Рени, и я вас в беде не оставлю. Я ведь не шутила, когда сказала, что ваше случайное появление здесь вывело меня из бездны тоски и отчаяния, распахнувшейся под ногами тогда, когда рассыпался на части привычный мне мир. Теперь у моего существования снова появились цель и смысл. «Пожизненный запас кексов, месть моим врагам и девушка с грифоном в постель. Хм-м. Пожалуй, лучше в обратном порядке». Рувена приложила верёвку к внутренней стороне бедра Рени, чтобы замерить высоту до промежности, и её мягкие прикосновения стали совсем уж нескромными. Что бы не говорили, но вовсе не грудь делает женщину женщиной, истинная женская суть расположена в точке схождения двух прямых – её ножек. Внешне рыцарь-лейтенант изображала полнейшее смущение, однако синие глаза сияли неподдельным счастьем. Наконец-то она получила законный повод потрогать орлесианку везде, где только заблагорассудится. Больше всего храмовница сейчас напоминала маленького ребёнка, сумевшего обхитрить строгих родителей и украсть из запертого буфета запретные сладости. - Ну а если вы и впрямь неисправимы и не захотите идти на бал, то и я не пойду. Да ну их, эти скучные балы! Придумаем что-нибудь другое, Вал Руайо – город большой, и на одном лишь императорском дворце свет клином не сошёлся. Погуляем, усядемся где-нибудь под мостом, будем пить вино, лопать рогалики и нюхать бомжей. А потом пойдём и набьём кому-нибудь морду – в моей семье всегда так развлекались. Или займёмся изучением архитектуры и живописи. Белый Шпиль. Вы когда-нибудь бывали в Белом Шпиле? Я – нет, но я уверена, что когда Вал Руайо окажется в наших руках, то для воинов Церкви там не останется запертых дверей. Мы поднимемся на оконечность Шпиля, на его самую верхнюю площадку, где я установлю мольберт и нарисую вас, Рени, в образе императрицы, взирающей с высоты на лежащий внизу город. Храмовница задумалась. - Правда, я боюсь, что на такой высоте ветер снесёт мой мольберт, да и нас с вами заодно. Ну, тогда спустимся чуть ниже. И снова перед её глазами возникла притягательная картина, что один раз уже нарисовалась в голове Рувены в допросной комнате: командорские апартаменты Белого Шпиля – награда от Церкви за верную службу, алые атласные простыни на широкой постели и Рени – нагая, горячая, влажная, страстная, раскинувшаяся на этих простынях – награда от Создателя за… за… да какая разница за что! За красивые глаза. Создатель – на то и Создатель, что Ему не задают вопросов. Его лишь благодарят за дары. Рувена закусила губу, почувствовав, как ею снова овладевает жгучее желание, и поспешно, чтобы не совершить какую-нибудь совсем непростительную глупость, отошла назад к столу, сделав вид, что внимательно изучает цифры, что записала Аметин. - Хорошо, сестра, - кивнула она эльфийке. - Теперь покажите записи оружейникам и вместе с ними подберите в арсенале комплект доспехов, максимально близкий к этим размерам. Никаких подробностей не рассказывайте, просто сошлитесь на мой приказ. Рыцарь-лейтенант указала рукой на деревянные манекены, стоящие по углам командорского кабинета и облачённые в доспехи ордена храмовников, и добавила, обращаясь уже к Рени: - Можно было бы взять один из этих комплектов, но они тяжёлые, церемониальные, и для длительного путешествия годятся плохо. Наши повседневные боевые латы были доработаны братьями-оружейниками в сторону уменьшения массы и увеличения подвижности, так что лучше подобрать доспех в арсенале. Когда за Аметин закрылась дверь, и они вновь остались наедине, Рувена лихорадочно огляделась, пытаясь найти себе хоть какое-то занятие. Хоть что-то, способное отвлечь от навязчивых мыслей о том, что Рени сейчас находится буквально в двух шагах, и тело орлесианки уже не защищает стальная оболочка. И что апартаменты в Белом Шпиле – это, конечно, здорово, но заключить темноволосую девушку в объятия прямо сейчас тоже ничто не мешает. Тем более, что их следующая встреча отнюдь не гарантирована, идущая вокруг война способна внести коррективы в любые планы. Ох, как всё же непросто поддерживать светскую беседу с человеком, которого, вместо этого, хочется просто взять и нежно изнасиловать. Рувена попятилась. Едва ли не наощупь найдя кресло, она поспешно уселась за рабочий стол командора, заваленный свитками пергаментов. Здесь в милом творческом беспорядке громоздились неотосланные из-за отсутствия гонцов послания Рувены в различные орденские прецептории, интендантские и строевые ведомости, приказы по гарнизону, выписки из священных текстов, используемые рыцарем-лейтенантом для прочтения проповедей в церкви, полученные письма из Киркволла и черновики ответных писем в Город Цепей, да и просто личные заметки, сделанные для себя. Сдвинув весь этот бедлам в сторонку, Рувена извлекла из недр стола чистый пергамент. Руки её слегка подрагивали. - Пожалуй, мне пора написать обещанное вам письмо, - нервно произнесла храмовница, тщательно разглаживая пергамент и размещая его перед собой поудобнее. С таким очевидным старанием она не готовила ещё ни один документ и никогда ещё так не волновалась. «О, Создатель, дай мне силу пережить искушение плоти и не нарушить законы гостеприимства». Беспокойно повертев в руках перо и почесав им затылок, Рувена открыла крышечку бронзовой чернильницы, обмакнула кончик пера и решительно вывела: От сестры Рувены, рыцаря-лейтенанта ордена храмовников, к истинно верно нам милому Натаниэлю Хоу, Стражу-Констеблю ордена Серых Стражей в королевстве Ферелден, написано сие. Достопочтимый мессир! Какие же слова подобрать Рувене, чтобы Натаниэль, весьма скептически относящийся к религии и не доверяющий церковникам, воспринял письмо всерьёз? Пожалуй, вот что: В первых строках своего послания спешу выразить Вам соболезнования в связи с тяжёлой утратой, которую претерпел ваш орден: смертью благородного Айдана Кусланда. Хоть я и не удостоилась чести быть лично знакомой со Стражем-Командором при его жизни, но все мы, братья и сёстры ордена храмовников, неизменно благодарны ему, как человеку, остановившему Мор. Тот Мор, что едва не погубил королевство и привёл к гибели многих наших братьев по оружию. Мы вместе с вами скорбим по Герою Ферелдена и молимся Создателю за его душу. Перо скрипело по пергаменту, выписывая строку за строкой. Очень официально, очень уважительно. Натаниэль должен понять, что дело, с которым к нему обращается Рувена, действительно важное. Я пишу это письмо для того, чтобы, в меру своих сил, попытаться развеять недоразумение – хотя, в действительности здесь следует употребить и более жёсткое слово – возникшее между нашими орденами по причине свершившегося предательства. Как всем нам известно, не далее, как седьмого Жнивеня сего года, армия людей, носящих доспехи нашего ордена, атаковала и захватила Амарантайн, изгнав оттуда Серых Стражей. Сразу же хочу заявить о том, что эти люди не имели никакого отношения к истинному ордену храмовников, и их действия не были связаны с исполнением нашего священного долга. Наш орден пал жертвой измены. Вы, мессир, наверное, слышали о том, что в начале сорокового года Лорд-Искатель Ламберт ван Ривс, фактический глава нашего ордена, впав в непростительную ересь, отверг служение Церкви и объявил о разрыве Неварранского соглашения. Не все храмовники подчинились такому совершенно безумному решению, но и тех, кто подчинился, к нашему стыду и сожалению, оказалось больше, чем достаточно. После смерти сэра ван Ривса сэр Люциус Корин, что ныне носит титул Лорда-Искателя, не имея к сему надлежащих юридических оснований, создал из храмовников-еретиков, отвергнувших Церковь, личную армию. Эта армия не служит Создателю и Святой Пророчице, а действует исключительно в интересах сэра Корина, суть которых мне доселе неясна. Именно эта армия, носящая церковные доспехи лишь в силу недоразумения, атаковала Амарантайн, нарушив нейтралитет Серых Стражей. Да, именно так, максимально подробно. У Стража-Констебля не должно остаться лишних вопросов после прочтения письма – по крайней мере, Рувена на это надеялась. Я, милостью Создателя рыцарь-лейтенант Рувена, командую гарнизоном храмовников Денерима и представляю в своём лице тех членов ордена, что остались верны Церкви и не впали в ересь и безумие. Сразу же расставлю все акценты: Я и мои люди не подчиняемся «Лорду-Искателю», ибо считаем его еретиком, а его приказы – не имеющими священной и юридической легитимности. Ни я, ни мои люди не были в числе тех, кто атаковал Амарантайн. Мы не имеем ничего личного против Серых Стражей. Не стану скрывать: нас, истинных братьев и сестёр Церкви, сейчас мало. Вас, Серых Стражей Ферелдена, после недавних событий, я полагаю, тоже немного. И вам и нам нужны союзники против общего врага: «Лорда-Искателя» Люциуса Корина, который отнял у вас Амарантайн, а у нас пытается отнять нашу веру и наш долг. Ну а теперь главная часть. Храмовница собралась с духом: Я предлагаю Серым Стражам Ферелдена негласный военный союз против ереси. Действуя под эгидой Церкви, мы, рыцари-храмовники, обязаны соблюдать нейтралитет по отношению к ордену Серых Стражей, но ничто не помешает нам неформально согласовывать наши действия, направленные на то, чтобы изгнать из Амарантайна (и вообще из Ферелдена) людей «Лорда-Искателя», не желающих служить Создателю и защищать людей от нечестивой магии. Говоря по-простому, я желаю донести до Вас, Страж-Констебль, что не все храмовники впали в безумие. Я не впала. Рыцари моего гарнизона не впали. Я желаю того, чтобы Вы рассматривали нас, храмовников Церкви, как друзей, не как врагов, и были согласны сражаться с нами бок о бок против храмовников-ренегатов – если нам и вам представится возможность установить взаимодействие. Упреждая возможный интерес Натаниэля по поводу того, как так получилось, что одна из его Серых Стражей снюхалась с церковниками и нынче служит им в качестве почтового курьера, Рувена сделала необходимые пояснения. Сиё послание будет передано мною через члена Вашего ордена – Серого Стража по имени Рени. Воля Создателя свела нас вместе в Денериме, где я, в качестве жеста доброй воли и как залог предлагаемого союза, спасла рекомую Рени от участи быть арестованной, брошенной в тюрьму местного эрла по многочисленным обвинениям, и, скорее всего, насмерть там запытанной. Также в подтверждение своих слов я передала Рени орденское кольцо с печаткой рыцаря-командора Денерима, которое можно использовать как дополнительный аргумент в переговорах о взаимодействии с храмовниками, оставшимися верными ордену и не впавшими в безумие антицерковной ереси. Например, с теми нашими братьями, что находятся при войске короля Алистера. На сём конец и Создателю нашему слава! Писано первого Первопада сорок второго года Века Дракона, в священных стенах прецептории ордена храмовников города Денерим. Подпись. Посыпав чернила мелким песком, рыцарь-лейтенант слегка потрясла пергамент и очистила его над стоящей возле стола урной. Перечитала текст ещё раз. Задумалась. Возможно, вышло суховато и излишне официозно, но придраться, по большому счёту, не к чему. Всё, что должно быть сказанным, занесено на пергамент. Все неоднозначные моменты разъяснены и разложены по полочкам. Поднявшись из-за стола и нагрев чашечку с сургучом в огне камина, Рувена капнула сургучом на пергамент и оттиснула орденскую печать. - Ну вот, послание готово, - сообщила храмовница. – Остаётся лишь верить в то, что вам, Рени, удастся найти для него адресата. Чуть выждав, она скатала письмо в трубочку, собираясь упаковать его в прочный кожаный футляр, но остановилась. Ей очень не хотелось приближать момент расставания, и было тяжко на душе из-за того, что придётся своими руками отпускать Рени в неизвестность. Едва только темноволосая симпатяжка покинет пределы Денерима, как Рувена уже не сможет оказать ей реальную помощь, но, быть может, Натаниэль не откажет в личной просьбе? Рыцарь-лейтенант развернула пергамент и снова потянулась за пером. P.S. По поводу Рени – Вы уж там приглядите за ней, Страж-Констебль. Я не для того спасала её от людей эрла, чтобы Вы зазря погубили девочку в какой-нибудь забытой Создателем подземной дыре. Клянусь дыханием Андрасте, когда с ересью будет покончено и Церковь восторжествует, то я с радостью встречусь с вами обоими где-нибудь в Вал Руайо или Монтсиммаре, где мы задним числом пропустим по чарочке за знакомство. Р. - Ну вот, всё, что могу, - натянуто улыбнулась Рувена, скрывая под маской вежливости нахлынувшую на сердце грусть. - Теперь дело за вами. Я как раз хотела спросить про ваши дальнейшие планы, Страж. Как скоро вы собираетесь покинуть Денерим, и каким путём хотите отправиться? Отредактировано Meredith Stannard (2019-04-08 18:23:29)
×
×
  • Создать...