Перейти к публикации
Поиск в
  • Дополнительно...
Искать результаты, содержащие...
Искать результаты в...

О том, что было бы, будь Вальтер Спутником Инквизитора

Walter Erwin Kratz

202 просмотра

М д а :D Я ебобо, это не лечится.

 

Отдельные реплики:
 

(При нахождении первого астрариума) Хм... линзы, направленные в небо. Кажется, я видел нечто подобное в одной из книг, которую мне любезно одолжили. Можно взглянуть поближе?
(При нахождении первого окулярума) Светящийся череп на палке, какой бы маг это не сделал, с чувством вкуса у него явно было не всё в порядке.

(При нахождении записи о создании окулярумов) Проклятая всеми демонами магия. Инквизитор, мы не можем вернуться назад? Я бы с удовольствием снёс несколько таких вот черепов.
(При нахождении первого осколка) Вам в детстве не говорили, что брать странные магические предметы, на которые указывают светящиеся черепа — опасно? Нет? Тогда я это изучу.
(При встрече с драконом) Интересно, назови Верховная Жрица Эру, ну, например, Мира, с нами бы произошло всё то, что произошло? Эй, это риторический вопрос.

Во Внутренних Землях:
Эх... Ферелден, безвкусная похлёбка, холодные ночи и запах псины... Впрочем, этим грешит не только Ферелден.
Сколько беженцев... интересно, почему они не селятся близ городов, это же безопаснее.
Маги, храмовники, демоны... по дорогам всё ещё шастают бандиты. Удивительно.
Мы убиваем отступников, хорошо, но, эй, зачем то же делать и с храмовниками? Поговорить с ними запретила Андрасте?
Приютить магов в Редклифе... Потрясающе. Что дальше, следующим королём Ферелдена станет Тевинтерский Магистр?
(Около зимовахтенной башни) Мне одному кажется, что идти в логово сектантов — не самая удачная идея. А, забыл, вся наша кампания — одна большая не очень удачная идея.

В Вал Руйао:
Кровь и вино, ненависть и любовь, роскошь и грязь... — сколько ещё оксюморонов можно придумать, если постараться?
Перья снова в моде, серьёзно?
Всё такое разноцветное. Я сейчас ослепну.
Нужно заглянуть в Великий Собор, пока мы здесь, посмотреть на то, что мы... потеряли.
Интересно, вон тот herren в маске, herren или frau?
Я бы рассказал вам об одном случае, да, боюсь, вы не достаточно пьяны.

На Штормовом берегу:
Море... у меня от одного его вида зеленеет кожа, а к горлу подступает тошнота. Ну, знаете, когда во время затяжной осады укреплений отступников выпил слишком много лириума. А... вы не знаете.
Мне одному кажется, или этот ветер пробирает до костей. Мои теплолюбивые андерские косточки, я чувствую себя старым.
Я пропах солью и рыбой. Солью и рыбой, Ганс.
(Около Гессарианского лагеря) «И несли они свет Андрасте кровью и сталью, названные Клинками Гессариана, светом во тьме, Мечом Милосердия», красивая сказка, жаль только, чистой воды мистификация.
(После уничтожения лагеря Красных) Пусть Андрасте примет вас, братья и сёстры, сошедшие с пути предначертанного...

В Бурой Трясине:
Темнота, дождь, ожившие трупы, ощущение тленности сущего... романтика. Так бы и остался здесь на семейный пикничок.
Хотя с пикничком была дрянная идея, запах такой, что меня сейчас стошнит.
Создатель, после этой вылазки придётся чистить доспехи. Трижды. А ещё заказать новые сапоги.
(Около крепости Харгрейв) Построенная, чтобы сдерживать оборону авваров, она теперь принадлежит их отщепенцем. У Создателя странное чувство юмора.
Здесь бы вышел прекрасный лагерь для неугодных Ферелдену. Эй, не надо на меня так смотреть.

Во время квеста «Будет гореть в ваших сердцах...»:
Блядский древний Магистр блядском Архидемоне с блядской армией... Кажется, я зря надеялся вернуться в Андерфелс спустя пару месяцев.
Я не позволю какому-то осквернённому выскочке разрушить Храм Андрасте... Это... Это достояние всего Тедаса... Впрочем, кого я обманываю...

В Крествуде:
Я чувствую... Тень... Здесь очень тонкая завеса, не удивлюсь, если это следствие какого-то древнего магического ритуала.
Когда-то эта крепость защищала Ферелден от Орлея, жаль, от демонов защитить не смогла.
Никогда не топите людей, и закапывать тоже не следует. Лучше сжигать. Это нужно написать где-нибудь в Песни Света, а то об одержимости почему-то все забывают.
(При встрече с духом Господства) Я не... ничуть не... Демон, изыди, не ройся в моей голове!

На Священной равнине:
Они выбрали поклонение своим мёртвым божкам вместо памяти Той, кто даровала им свободу. Они поплатились за это.
В небе огромная дыра, нас пытается убить Древний Магистр с комплексом бога, а орлесианцы воюют друг с другом. Либо я der idioten, либо...
(Во время выполнения квеста Долийское снисхождение) Мы должны выполнять указания эльфов? А валласлин на себе нарисовать мы не должны? Мне чур вон тот, на нижнюю часть лица. Кровью.
Это место впору переименовывать в Кровавую равнину.
Я бы не отказался провести свои последние дни в небольшом домике... аккурат на месте сгоревшего долийского лагеря.

В Изумрудных могилах:
Это место... пропитано отчаянием. Отчаянием и эльфами. Хотя... это же синонимы, о чём я.
Удивлён, что эти леса не вырубают на нужды Империи, это бы решило проблемы с полуразрушенными эльфинажами и упростило борьбу с последствиями гражданской войны.
(Во время выполнения квеста «Вольные граждане Долов») Вот к чему приводят гражданские войны. Люди одного народа не должны драться — это бессмысленно.
(В руинах Дин'ан Ханин) Создатель, эти руины... в который раз во мне борется желание что-нибудь поджечь и остаться, чтобы всё изучить.
(После обнаружения древнего свитка) Так вот что стало всему причиной... Любовь эльфа и человеческой девушки, обречённая и порочная. Поставь такое в театре Вал Руайо, спектакль имел бы оглушительный успех. Создатель, неужели это и было началом войны?.. что-то здесь не сходится.

В Свистящих пустошах:
Пустыня, огромная и могущественная, холодная, как разум профессионального убийцы. Будто бы на Родину вернулся.
Луна здесь просто потрясающая, протянуть руку — и дотронешься до кусочка неба, удивительное природное явление. Удивительное и прекрасное. Даже у нас в Андерфелсе такого не было.
Угадайте, что сейчас в моих сапогах. Песок? Песок? Или, может, песок? Я уже говорил, что чувствую себя так, будто бы вернулся на Родину?
В часовне, где я жил, Матушка Элеонора пекла удивительные мясные пироги. Но мы будем есть песок, конечно же.
Что гномьи руины делают на поверхности? Или раньше под этим местом располагался Тейг? Тогда где порождения тьмы?

В Западном пределе:
Эта пустыня... не такая, искусственная. Она не была пустыней, здесь пахнет Мором. У нас в Нордботтене тоже пахло Мором, этот сладковатый запах скверны. Почти как полусгнившее мясо.
Серые Стражи обосновались здесь из-за близости к Тропам, но почему Венатори? Это место не имеет стратегической важности, если только...
(После захвата крепости Адамант) Маги связались с Корифеем. Храмовники связались с Корифеем. Теперь ещё и Стражи. Нет, я не жалуюсь, но что-то подсказывает мне, что весь мир сошёл с ума.
После этой вылазки я вернусь загорелым, как какой-нибудь ривейни. Нет-нет, я не думаю ничего плохого о Ривейне.
Видя все эти разрушения, я начинаю понимать, почему Стражей в моей стране так уважают. Хотя нет, показалось.

В Эмприз-дю-Лионе:
Это место... оно зовёт меня. Оно поёт мне о священных войнах прошлого. Оно предлагает мне силу. Где ближайшее дерево — пойду стукнусь о него головой.
Взять храмовника в место, заражённой Красным Лириумом, отличный план, надёжный, как орлейские часы.
В детстве я всегда мечтал увидеть снег. Только не заражённый... этим.
Красное и белое... кровь и праведность. Это было бы столь поэтично, если бы не так давило на мозги, может, мы уже пойдём?
Драконы. Три дракона. Демоны нас раздери, это место ещё более проклято, чем... чем... блять, чем все остальные места, где я был. Нет, я не жалуюсь, нет, я не струсил... Scheiße...
(При встрече с Имшэлем) Допустим, если я предложу тебе издохнуть где-нибудь, ну... хм... вон в том карьере, в обмен на... отличное украшение в виде дырки в груди, ты согласишься, Демон? Нет? Я так и думал, а жаль, это же тоже выбор.

В Запретном оазисе:
Так вот куда вели эти осколки... Что же, не дав это что-то Венатори, мы уже старались не зря.
У меня вопрос, сколько раз за этот месяц я произнёс «это место пропитано магией»? Нужно начать считать, такими темпами выйду на рекорд.
Соласан? Гордость. Слишком много слов, имеющих в себе сочетание «солас» в одном месте, или мне это только кажется?
(Во время встречи с Обителью Гордости) Это очень могу... а, и так понятно, давайте просто его убьём.
 

Реплики и участие в сюжетных квестах.


Вальтер является одним из спутников, которого можно как принять в первой арке Инквизиции, так и отказаться от него. После прибытия в Убежище Вестника вместе с Матерью Жизель, в журнале автоматически появляется квест «Пилигрим», в котором вас просят переговорить с Лелианой. От неё мы и узнаем, что во время путешествия по Внутренним Землям в ворота новоиспечённой Инквизиции постучался человек, представившийся храмовником из далёкого Андерфелса и попросился в Инквизицию, однако его, как личность весьма подозрительную, заперли в одной из бывших келий Убежища, где он и ждёт решения Вестника. Лелиана сетует, что это вполне может быть кто-то из шпионов объявившего о своей независимости Ордена, а потому просит быть с ним настороже.

 

Инквизитор застаёт Вальтера в той самой келье, однако она оказывается отперта, а сам храмовник, стоя на коленях молится Андрасте. Он с удовольствием отвечает на все вопросы, представляясь одним из тех, кто должен был охранять Конклав, однако не успел к началу из-за штиля в Недремлющем море, а так же говорит, что узнал о прибытии Вестника и хотел предстать перед ним лично, раз все здесь настолько подозрительны, что не хотят пускать. Он говорит о своих исключительных навыках и пользе, которую он принесёт только-только образованной организации в борьбе с разного рода отступниками, уповая на исключительные боевые навыки, однако лишь главный герой решает, принять его или нет.
**К слову, класс Вальтера действительно исключителен, он основывается не на стандартных двух, а сразу на трёх параметрах: «интеллект», «ловкость» и «хитрость», а его специальностью является смесь Убийцы и Храмовника, названная «Храмовник — охотник».

По Секрету:
(На подступах к церкви Редклифа, где у Инквизитора назначена встреча с магами) Я не доверяю им. Мы всё ещё можем повернуть назад и связаться с Орденом.
(После разговора с Фионой в Церкви) Маги настолько тупы, что от «рабства» Круга перешли в настоящее рабство Тевинтера. Потрясающе. И после этого кто-то сомневается, что они не могут обеспечить себе нормальное существование.

 

**При первой встрече с Дорианом Павусом Вальтер сам вступит в разговор, сказав, что ни одна страна не достигнет величия возвращением к истокам, поскольку это невозможно, а секта лишь обманывает себя, с чем первый согласится.

 

(По прибытию в замок Редклифа) Мы всё же выбрали магов. Хм... что же, остаётся только надеяться, что Орден окажется куда более благоразумным и поводырь ему не нужен. *вздох* Кого я обманываю...
(В диалоге с Алексиусом) Неужели Вы думали, что мы попадём в такую простую ловушку. Вас мама не учила, что недооценивать врагов — нехорошо?

**В отличие от остальных спутников, Вальтера мы найдём не в камере, а куда позднее, в одной из пыточных, где он, заражённый Красным, выступает в роли палача. Инквизитор может попытаться напасть на него, однако кто-то из спутников его задержит, рассказав о том, что он согласился принять в себя Красный, чтобы втереться в доверие к Старшему и попытаться убить его. Это подтвердит и сам Вальтер, добавив лишь только, что противиться Песне лириума с каждым днём становится всё сложнее, а пытки приносят куда больше удовольствия, при том ему совершенно не важно уже, кого пытать.
***Так же на Вальтере будет экипирован нож из чистейшего Красного под названием «Милость Старшего. Если положить его в инвентарь, то он перенесётся из будущего в настоящее. Он является одним из самых сильных кинжалов в игре, особенно если позднее экипировать его Вальтеру, однако временами храмовник будет жаловаться на усиление паранойи и голоса в голове.

 

(В диалоге с Алистером или Алистером и Анорой) Вы предоставили целый город беглым магам? Это самое недальновидное решение, которое только может прийти в голову. Удивительно, как вас не сожрали Порождения Тьмы.

(В диалоге с Анорой) Вы предоставили целый город беглым магам? Это самое недальновидное решение, которое только может прийти в голову. А казались сильной и мудрой правительницей.
**Вальтер будет одним из тех, кто всецело осудит присоединение магов в качестве союзников, а в диалоге после будет настаивать на усмирении или казни Фионы, как лидера «всех тех идиотов, что додумались вступить в союз с Тевинтером».

Защитники справедливости:
(По прибытию на цитадель) Цитадель Теринфаль — памятник величию и падению Искателей Истины, символично, что Храмовники выбрали именно её.
(В диалоге с лордом Эсмералем Абернашем) ...А ещё пять ферелденских, два марчанских и один андерский. Если все выстроить в ряд — то сторона превратится в стену. Что? Мы же должны показать свою значимость сейчас.
**Вальтер одобрит в расстановке флагов поставленное на первое место знамя Андрасте и не одобрит — храмовников, намекнув, что последние лишь Её служители, либо если Вестник откажется исполнять ритуал. Так же в выборе ответа лорду, он одобрит вариант с политическими мотивами или верой.


(При первой встрече с Красными Храмовниками) Я чувствую... слышу... Песню... исходящую от этих чудовищ. Она говорит о величии Ордена, но так, будто бы её поёт сама Андрасте. Так, подождите, откуда мне знать, как поёт Андрасте?
(После открытия двери, ведущей к Лорду — Искателю) Люциус, мать вашу, что здесь, демоны Вас раздери, про...
**Вальтер буквально влетит в коридор, обогнав главного героя, однако так и не сможет договорить, так как в следующее мгновение Люциус поймает Вестника в ловушку.

***В кошмаре Зависти Инквизитор может увидеть распятый труп Вальтера, у которого на груди вырезано «Убийца», что намекает на неудавшееся покушение храмовника на Лже-Инквизитора. Демон прокомментирует это весьма двусмысленной фразой: «Он хотел стать мной. Он хотел стать тобой. Он хотел стать нами», - голосом самого Вальтера.

(После возвращения Инквизитора в реальный мир и обличения Лорда — Искателя) Это демон... Демон чего? Никогда такого не видел, однако... Зависть? Почему Зависть? Почему не Гордыня?
(При уходе с точки удержания главного зала) Они точно сумеют справиться сами? Нет, я ни в ком не сомневаюсь, однако, учитывая, что они так и не смогли распознать подмену Лорда — Искателя... Создатель.
**За дверью, закрытой на ключ Лорда-Искателя, рядом с лириумом, будет лежать «Поцелуй Создателя», кинжал, весь испещрённый рунами Синего, так же как и «Милость Старшего», он является одним из лучших кинжалов в игре, однако его ношение не будет иметь психологических последствий

 

(Сражение с Завистью) Ну сейчас эта гадость не спрячется за барьером. Сначала у тебя полетит одна рука, потом - вторая, а потом ты отправишься в тот кошмар, откуда выползла.
**Вальтер всецело одобрит присоединение храмовников в качестве союзников, и – если сэра Барриса не удалось спасти – после выполнения миссии попросит Инквизитора назначить его лидером нового отряда, поскольку «Каллен руководит целой армией, а почти все местные офицеры немного так мертвы».

Будет гореть в Ваших сердцах...:
(во время осады Убежища) Здесь должен быть какой-то тайный ход, чтобы, в случае осады, унести Прах.
**После того, как Убежище будет полностью разрушено, а Вестник выйдет из своего снежного плена, Вальтер окажется в числе солдат, которые отправились на поиски Вестника, когда он найдёт его, то снимет меховую накидку, заворачивая упавшего без чувств героя, а по прибытию в Скайхолд пожалуется на то, что дальние походы по снегам не вызывают у него никаких эмоций, кроме лихорадки.
***Вальтер всецело осудит принятие в Инквизицию Коула и отчасти — Дориана.


Злые глаза и злые сердца:
В случае, если вы возьмёте Вальтера в группу, будет доступен уникальный квест «Ложь — основа дипломатии», в котором вам предстоит расспрашивать или подслушивать определённых лиц на балу, рассказывая обо всём Вальтеру либо Лелиане. (Это только звучит сложно, на самом деле, можно просто бегать к ним после каждого чек-поинта, выбалтывая всё, дальше они сами будут вас направлять, а Вальтер ещё и одобрять каждое обращение к нему). В случае, если вы выполнили квест, сдавая тот Вальтеру, впоследствии в Ставке Командования появится целая цепочка квестов с тем же названием, позволяющая вербовать новых союзников из Орлея, помогая или мешая Лордам в Игре, а так же, по сути, меняя политику, как нужно Инквизиции. Лелиана же скажет, что Церковь не должна лезть в Игру слишком сильно, иначе она рискует превратиться из миротворческой организации в тирана.
**В отличие от остальных спутников Инквизитора, Вальтер будет в чёрном мундире с металлическими вставками по плечам и свисающем с аксельбанта символом Инквизиции.

 

(Если Инквизитор человек воин или разбойник) Двор относится к Вам с теплом, Лорд (Леди) — Инквизитор, постарайтесь оправдать его доверие.

(Если нет) Двор не доверяет Вам, Лорд (Леди) — Инквизитор, я постараюсь это изменить, однако в ваших руках сделать куда больше.
(Вальтер на обсуждении советников кого следует поддержать Инквизиции) Орлей — это не моя страна, но я точно могу сказать, ему нужны перемены. Императрица Селина готова принести их, однако я буду рад, и если Инквизиция сумеет решить всё малой кровью, при этом превратив правителей в своих марионеток.
**На балу Вальтера представят как «Вальтера Эрвина Крауца Лорда — Управляющего Лейша и Высоких Пределов, владельца личной печатки Её Святейшества Верховной Жрицы Беатрикс III и внебрачного сына короля Андерфелса». (после миссии он признается, что последнюю строку написал сам чисто чтобы проверить интеллект местных герольдов, герольд интеллектом не блеснул)

 

Если прогуляться по Зимнему Дворцу, то можно обнаружить Вальтера в компании леди Монтильон, легендарной Вдовы, он будет пытаться продать ей десять тонн андерского мрамора из «личных» каменоломен по «бросовой цене и крепкой дружбе» для новой оранжереи. Позднее можно узнать, что он всё же продал ей несуществующий мрамор, а, когда признался в этом, вместо упрёков услышал лишь то, что ему удалось скрасить этот скучный и однообразный вечер своим присутствием и что «если бы Вы Играли, то либо получили бы кинжалом под ребро на первом же балу, либо стали фаворитом Императрицы, - третьего не дано», а у самого Вальтера появится уникальное кольцо «Благосклонность», повышающее хитрость.

 

(После драки у фонтана) Вот тебе и охрана Зимнего Дворца. Венатори тоже приглашены на бал?
(Если собран достаточный компромат на всех троих) Помните я говорил о том, что Инквизиция не сможет превратить двор Орлея в свой кукольный театр. Я ошибся. Мы нашли столько, что этого хватит на троих императоров... Погодите-ка.
**Вальтер всецело одобрит примирение всех троих или же поддержку единоличного правления Селины.

***После всего Вальтер пригласит Инквизитора на танец, однако он будет проходить не на балконе, как у всех, а в центре бального зала.

Там лежит Бездна:
(После встречи со Стражем в Крествуде) Создать армию демонов, чтобы сражаться с Порождениями Тьмы. Кажется, для кого-то выражение «клин клином» стало роднее Песни Света. Ну или этому кому-то клином в череп вышибло мозги.
(В Западном Пределе во время выполнения ритуала призыва) Они убивают своих, чтобы призывать демонов. Верного долгу воина меняют на, возможно, неуправляемого демона, при том один к одному, Создатель, я один не вижу в этом никакой логики.
(После боя с одержимыми стражами и исчезновения Эримонда) Ещё один магистр. И почему-то я не удивлён.
(Во время осады Адаманта) Инквизитор, вы уверены, что я не нужен в качестве лидера одного из отрядов вашего войска, я всё же за них в ответе. Что же... как скажете.
(Во время зачистки укреплений) Я сражаюсь с теми, кто не раз спасал мою родину. Создатель, никогда я ещё не чувствовал столько крови на своих руках.
(При попытке образумить Кларель) Вы с ума сошли. У Стражей не может быть Зова одновременно — это нелогично. Даже я, человек от них далёкий, знаю и то больше. Вы спасли мою Родину, Родину каждого из здесь присутствующих, не раз спасли, а сейчас подчиняетесь вот... вот... вот этому? Что-то я не слышал, чтобы скверна пагубно влияла на мозговую деятельность.
(После открытия инквизитором Разрыва) Я... где я... Это Тень? Создатель милосердный, спаси меня от этого кошмара.

**Во время путешествия по Тени Вальтер будет зачитывать отрывки из Песни Света, ими же он будет отвечать на все попытки Демона завладеть его разумом. Сам Демон будет уповать на его беззащитность, слабость, зависимость от лириума и проваленные миссии, именно там, если вы до того не говорили с Вальтером на тему его прошлого, можно узнать о том, что в детстве он был слабым, болезненным и всеми презираемым мальчиком, а так же был в Киркволле во время взрыва церкви.

 

(После встречи с Духом Джустинии) Джустиния... но Вы должны быть у трона Создателя. Или Вы не...
**На надгробии Вальтера написано: «Отречение», вполне возможно, от догм церкви.
***Вальтер предложит пожертвовать им, чтобы выбраться из Тени, потому что защищать людей от Бездны — его долг, однако подобного варианта в игре всё равно не будет (из-за чего сильно расстроится Солас)

 

(При разговоре с пленённым Эримондом) Армия демонов? Мне интересно, это когда-нибудь приводило хоть кого-нибудь к хорошему исходу. Эй, есть тут знающие, расскажите мне об этом.
**Вальтер одобрит принятие Стражей в Инквизицию, прокомментировав, что так Корифей больше не сможет подчинить их себе, а по возвращению в Скайхолд расскажет Инквизитору о своих размышлениях по поводу личности таинственного духа и том, что по его нескромному мнению, их спасла сама Андрасте. Так же он спросит о том, что видел в Тени Инквизитор, признавшись, что после десятого убитого им себя самого, уже хотел перерезать себе горло кинжалом, чтобы так не мучиться.

Плоды гордыни:
Вот мы и здесь, Араборская глушь, кладбище эльфийской цивилизации. Признаюсь честно, смотря на все эти руины, на надписи, которые я не могу перевести, я чувствую себя ничтожным.
(После битвы с эльфами — часовыми) Кто-то до сих пор их защищает? Удивительно, как некоторые преданы своему прошлому.
**Если Инквизиция поддержала храмовников, а так же поставила в их главу Вальтера, то на передовой вы заметите его отряд, теснящий Красных, если храмовник в настоящий момент не в отряде, то он даст некоторые ценные советы по поводу тактики и попросит Инквизитора быть осторожнее со всей этой древней магией.
*** Если же его взять в партию, то время обсуждения эльфийских руин Вальтер заметит, что Солас подозрительно молчалив и даже не собирается перебивать «шемленскую женщину», хотя мог бы рассказать обо всём этом куда больше.

 

(Во время выбора исполнить ритуал или же нет) Мы не можем скакать по плитам, как галлы, выполняя этот демонов ритуал. Это даст слишком большую фору Корифею. Не думаю, что он бы с этим церемонился.
(В разговоре с Абеласом) Ты — ошибка, ты должен быть уже давно мёртв, как и твои стражи.
(Если лейтенант Самсон) Он был для этих храмовников всем, а привёл их лишь к гибели. Создатель, когда мы перестали служить Тебе, возомнив, что наша главная цель — служение не Твоей воле, а лириуму.
(Если лейтенант Кальперния) Она хотела для Тевинтера лучшего, избавить его от скверны прошлого. Глупая девочка. Глупая гордая девочка.
(Если Инквизитор предложит испить из Источника Скорби Соласу) А почему бы тебе не испить, ты же у нас знаток. 
**Так же, как и в предыдущем квесте, Вальтер предложит свою кандидатуру на добровольное становление вместилищем знаний Митал, сказав, что его вера в Создателя защитит его от голосов или чего бы там ни было, однако такого варианта не будет в игре. В любом случае, если у Вальтера с Инквизитором хорошие отношения либо роман, то он одобрит его решение испить самому, если же нет — то осудит.

Дивитесь же Совершенству:
**Все реплики произносятся Вальтером во время драки с Корифеем.
Ты хотел вознестись на небеса, Корифей? Ein Scheißdreck werde ich tun!
Единственная ошибка, которая здесь находится, — это Ваше пришествие в Златой Град.
О Великий Боженька, твой дар был столь бесценен, что превратил мою страну в песок и пепел.
Создатель направляет нас, а Думата убили Серые Стражи.


После завершения битвы с Корифеем, уже в Скайхолде, Вальтер скажет, что будет находится на службе Инквизиции до тех пор, пока в нём будут нуждаться, а потом, скорее всего, направится обратно, в Андерфелс, который, если будет угодно Создателю, не был разрушен до основания и не развалился без него. Так же он посоветует Инквизитору попутешествовать по дальним странам, борясь с последствиями войны уже там.

Морозная котловина.
Итак, мы здесь, в этом забытом всеми демонами месте. И мне здесь не нравится. Здесь холодно, полно тевинтерских руин, и ещё больше авваров. Аввары... еретики.
Я говорил что-то о тевинтерских руинах? Они построены аккурат на эльфийских. Подождите, у меня пятка чешется. Создатель, у меня уже аллергия на эльфийские руины, и эльфов, и эльфийские руины, а, нет, просто камень с сапог попал.
(Если Инквизитор согласится на предложение Руны) Инквизитор, Вы согласились на то, чтобы Ваше имя упомянула в своей молитве эта... еретичка. Серьёзно? То есть того, что за Вас каждый день молятся Создателю чуть тысячи людей для Вас ничего не значит. Спаси меня Андрасте.
(Во время разговора с Грандисом) Все знают, что случилось, когда одержимый долго находился в живых. Все, Инквизитор, мы не можем оставить это чудовище.
(После нахождения дневника Гурда Харофсена) Они... они хотят призвать бога. Тевинтерские боги, авварские боги. Что дальше? Из-под земли вылезет Эльгарнан и скажет, что он теперь тут главный?
(После разговора с Америданом) Последним Инквизитором был эльф? Поверить не могу. Не всякому нужна эта информация, а тот, кому нужна, долийцам, например, — не захочет слушать.
(После убийства Гаккона) Я понял, на что у меня аллергия. Знаете на что? На восставших «богов».

Нисхождение:
(У разлома на Штормовом берегу) Мы... Мы идём на глубинные тропы. Там же много лириума, ладно, демон с ним, с лириумом, там много Скверны. СКВЕРНЫ. Вы не думаете, Инквизитор, что мы слегка не Серые Стражи?
(На Глубинных тропах) Тут темно. И воняет. И... меня не укусили? Я не заражён, Создатель, я не заражён? Ренн...
(В тейге Гейдрун) Когда-то всем этим владели гномы. А потом случилась кастовая система, самоизоляция и планомерное укрепление традиций у власти. Мы переживаем упадок огромной Империи, а все, почему-то заботятся о наследии эльфов и Тевинтера.
(После смерти Ренна) Покойся с миром Ренн, пусть тебя примет Создатель. Или камень, раз вы, гномы, считаете его своим Создателем.
(После первой битвы в ша-бритолами) Что это за... похоже на осквернённых Красным храмовников и эльфийских Часовых вместе взятых. Ну, то есть, они осквернены лириумом и определённо что-то защищают.
(В Бастионе Безупречных) Помните, я говорил, что брать храмовника в Эмприз-Дю-Лион — это гениальная идея. Так вот, ничего подобного. Брать храмовника на глубинные тропы — это гениальная идея. Тут лириум... везде лириум. Меня либо сплющит он Песни в голове, либо заставит плясать под эту песню, и я стану таким же как вот эти... господа, которых мы убивали.
*Напевает что-то себе под нос* И молвила Андрасте, что магия должна служить человеку, а не человек — магии. Что? Я пытаюсь заглушить одну песню другой, благо, мотивчик подходит.
Мы пьём кровь Титанов. Потрясающе. Нет, я понимаю, что я тот ещё кровопийца, но теперь этой уже слишком... однозначное утверждение.
(После разговора с Валтой) И мы отпустим одержимого гнома. Первого в истории одержимого гнома. Одержимого. Гнома. Одержимого... Гнома... Одержимого... Ааааааааа. Создатель, в голове не укладывается. Где мой лириум? А, он же везде, о чём это я. Пойду лизну ближайшую скалу.

Чужак:
Во время разговора в Зимнем Дворце Вальтер скажет, что Кассандра пригласила его стать одним из лидеров новообразованного ордена Искателей, так что ему придётся покинуть Скайхолд, однако это не значит, что он не будет следить за Инквизитором и иногда его навещать. Если у Инквизитора роман с Вальтером, то он предложит ей отправиться в Цитадель и стать Искательницей вместе с ним, сказав, что это будет весьма символично, только от Инквизитора зависит, согласится он(а) или нет. Так же он посетует, что о героях слишком часто забывают, когда опасность уходит в тень, посоветовав и самой Инквизиции уйти в тень вслед за опасностью, чтобы найти её там.

 

Итак. Что мы имеем. Кроме логики и здравого смысла, конечно же. Труп кунари — шпиона прямо в Зимнем Дворце, убитого каким-то другим шпионом и явно не Инквизиции. Напомните мне, почему я до сих пор не удивлён?
(При прохождении через Элювиан). Scheiße! Демоны Тени. Это же... Моя голова... Мне ещё хуже, чем от лириума. От Красного лириума. От скверны и пыток. А... ну другим не легче, ладно — ладно, хорошо.
(После первого использования разрядки Якоря, если Инквизитор испил из Источника Скорби) Инквизитор, с Вами всё хорошо? Это... голоса в Вашей голове не знают, как от этого избавится?
(Если Морриган испила из Источника Скорби) Инквизитор, с Вами всё хорошо? Я попробую найти что-нибудь об этом в эльфийских записях, чтобы уничтожить эту дрянь. Где этот ублюдок Солас, когда он так нужен?
(После разговора с Джерраном) «Дыхание Дракона»... Почему всегда драконы, что ничего оригинальнее придумать было нельзя? Ладно — ладно, если без шуток, то нападение Кунари было очевидно, учитывая произошедшее в Киркволле много лет назад, но чтобы так нагло... даже не знаю, что и сказать.
И бочки с гаатлоком не заметили. В Зимнем Дворце. Я говорил, что мы имеем логику и здравый смысл? Хорошо, плюс к этому мы ещё имеем охранную систему.
(После разговора с Виддасалой) Фен-Харелу? Инквизиция? Что?! Это же тот эльфийский божок, что всех обманул и заточил своих и чужих в Тени и Бездне. Мда, а я накаркал пробуждение эльфийского бога, я не виноват...
(Если Бык предал Инквизитора и погиб) Он был верен своим идеалам до конца. Что бы я не думал о Быке — этот поступок вызывает лишь уважение.
(Встретив Атааши) Теперь понятно, почему «Дыхание Дракона». Вот поэтому. Только название слишком... ну... однозначное, что ли, легко догадаться.
(Во время битвы с Саиратом) Кто бы не пытался разрушить Тедас. Вы, Фен-Харел, Корифей, неведомое нечто из самой Бездны, у него ничего не получится. А знаете почему? Потому что за нами Создатель, а вы поклоняетесь лжи.
**Вне зависимости от того, распущена Инквизиция или нет, Вальтер появится в самом конце в качестве его агента. В руках он будет держать несколько книг, посвящённых эльфийскому наследию и небольшой нож, который впоследствии Инквизитор и воткнёт в карту.

 

В эпилоге будет рассказано о том, что Вальтер, как и обещал, ушёл в Цитадель, чтобы из новобранцев воспитывать армию, способную противостоять Соласу. Так же, в перерыве от тренировок, пригласив нескольких учёных, он занимается расшифровкой древних эльфийских текстов, составляя планы по борьбе с доселе неизвестным врагом. Его руки достают от городских низов до высших сословий, а потому он всегда в курсе всех событий, всегда на передовой с какой-либо миссией, а ещё незримо защищает Инквизитора от врагов, а тот, в свою очередь, даже не догадывается сколько покушений было на него совершено за всё это время.

 

Если у Инквизитора роман с Вальтером и он(а) согласился(ась) стать Искателем, то они прошли Бдение вместе, в небольшой келье, в Андерфелсе, у подножия огромной статуи Спасительницы, Вальтер медленно, но верно отучается от лириума, а Инквизитор — учится жить с одной рукой. Как он и сказал когда-то, «два инвалида тщательно хватаются друг за друга, чтобы не утонуть в огромном и бурлящем море, два инвалида выживут только вместе».

  • Like 2


1 комментарий


Рекомендованные комментарии

Вальтер и Кассандра.

 

- Стало быть, ты храмовник из Андерфелса, Вальтер?
- Вы весьма проницательны, Искательница. А к чему вопрос?
- Да так, удивительно, что на Конклав прибыли и оттуда.
- Все страны хотят мира, Искательница, моя - не исключение.
- Но вы опоздали.
- Не доверяете, Искательница.
- Вы весьма проницательны, храмовник из Андерфелса.
***
- Меня интересует одна вещь, Вальтер.
- Если это не касается моей личной жизни.
- Ты... Храмовник?..
- Лейтенант. Однако, я предпочитаю работать один – латы за спиной звенят меньше и никто не кричит за ухом, как всё плохо.
- Не очень-то хорошо ты относишься к братьям по Ордену.
- Были прецеденты.
***
- Каково это?
- Что?
- Быть Искателем, входить в открытую настежь дверь, не ища отмычки к окну.
- Я не понимаю.
- В любой момент Вы можете приказать мне изъясняться проще.
***
- Я подумала над тем, что ты сказал.
- Удивительно, и что же Вы надумали?
- Быть Искателем – это не просто хватать всех без разбора и сажать по тюрьмам, это ещё и поддерживать хрупкий мир между церковью и мирянами, магами и храмовниками...
- Задача, с которой мы не справились.
- Мы?
- Ошибка, последствия которой расхлёбываем мы все.
***
- Вы были в Киркволле, Кассандра, когда...
- Я приехала слишком поздно, массовые боевые действия уже прошли.
- Трупы на улицах, обломки Верхнего города, одержимые в подворотнях, маги и дезертиры, пытающиеся сбежать из этой Бездны.
- Откуда ты знаешь...
- У меня хорошая фантазия.
***
- Удивительно, насколько мировоззрение стран с одной религией отличается друг от друга.
- Почему ты у меня спрашиваешь?
- Вы из Неварры, у Вас Некрополи – в порядке вещей, а Морталитаси – уважаемые люди. В Андерфелсе же некромантию негласно приравнивают к магии крови.
- Знаешь, временами я не отказалась бы от этого.
- Ваш король болен, а вы слишком близки к Тевинтеру?
- Я говорила, что ты слишком много знаешь?
- Я не знаю, я предлагаю услугу.
***
- Так ты всё время нас обманывал.
- Не понимаю, о чём Вы, Кассандра.
- Ты шпион церкви...ты должен был убить...
- Инквизитора, да-да, а теперь представьте, что Вестник Андрасте - малефикар - эльф, который верит в Митал и Эльгарнана?
- Но это не так.
- То, что Вы не читаете бульварных романов, тоже не так.
- . . . ничего не знаю.
***
- Я хочу восстановить Искателей, Вальтер.
- Прекрасное решение.
- Я хочу, чтобы ты стал одним из нас.
- А не слишком ли я стар, да и к тому же, нужен ли вам, доблестному Ордену, шпион?
- Полагаю, шпионы нужны нам сейчас больше всего. После случившегося церковь должна действовать осторожнее.
- Хорошо, что Вы это понимаете, Искательница.
- Так...
- Вы не слышали? Я согласен.
 

Вальтер и Солас.

 

- Вальтер?..
- Эльф?
- Почему ты смотришь на меня как...
- Как храмовник на отступника?
- Я помогаю Инквизиции, ты помогаешь Инквизиции, вместо этого мне кажется, что мы по разные стороны баррикад.
- Ты можешь сколь угодно ездить по ушам всем людям церкви, но знай, я тебе не доверяю, так что ты прав, мы действительно по разные стороны баррикад.
- Это взаимно.
***
- Ты не долиец, но и не городской, эльф. К кому ты себя относишь?
- Смотрите, кто заговорил.
- Ты не ответил на мой вопрос.
- Я - вольный странник, исследователь Тени.
- Слишком много ты знаешь для вольного странника.
- Духи с удовольствием рассказывают мне о прошлом.
- На твоём месте, я бы не доверял духам.
- На твоём месте, я бы не доверял Андрасте.
***
- Ты ненавидишь магов.
- Это так заметно или тебе об этом рассказал дух мудрости?
- Ты слишком глуп, чтобы понимать магию, и слишком болтлив, чтобы держать язык за зубами.
- У меня достаточно ума, чтобы не слушать твои байки с открытым ртом, эльф.
- Не лезь не в своё дело.
- Здесь всё – моё дело.
***
- Я слышал, ты рассказывал Инквизитору об Арлатане.
- Ты подсушивал?
- Интересовался. Так вот, у меня есть один вопрос, каким образом ты знаешь об Арлатане столь многое?
- Существуют духи, которые помнят древних эльфов, они рассказывают мне обо всём, что знают.
- Не думаю, что они могли показать, где находится Скайхолд. Духи – лишь мысли и отголоски прошлого, в Тени нет понятия картографии.
- Не строй из себя самого умного, ты ни разу не разговаривал с ду...
- Разговаривал, мне не понравилось.
***
- Я видел, как ты сражаешься, Вальтер.
- Если ты скажешь, что плохо –  я всажу тебе в печень нож.
- Ты чувствуешь Тень иначе.
- Действительно? Вот уж не знал.
- Не как храмовник, – как маг, очень сильный маг. Храмовники укрепляют Тень, делают её похожей на желе, ты же... разрываешь её изнутри.
- . . .
- Я тебя удивил?
- Ты краской надышался?
***
- Значит, теперь Инквизиция обладает знаниями древних эльфов, ты доволен, эльф?
- Источник Скорби –  это не только память эльфов, это куда большее. Недаром, он не зовётся источником Радости.
- Многие знания умножают многие печали. Однако, я не об этом. Инквизитор теперь не нуждается в специалисте по Древним эльфам.
- Не терпится затащить меня в свой подвал и там запытать?
- Ты просто не представляешь, как.
***
(У Соласа роман с леди Инквизитор)
- Я слышал, что вы с Вестницей стали очень близки.
- Она, отличие от тебя, не пытается закрыться от истины.
- Она, в отличие от меня, слишком наивна, потому верит в то, что ты называешь "истиной".
- По мне, так ты просто завидуешь.
- По мне, я до сих пор удивляюсь, как я вас обоих до сих пор не убил.

Вальтер и Варрик

- Так... вы были свидетелем взрыва церкви, herr Тетрас?
- Создатель, я будто бы вновь на допросе у Кассандры. Я уже говорил и скажу ещё раз, я не поддерживал Андерса и, если бы знал, остановил любыми методами.
- Меня интересует иное.
- Что же?
- Почему никто так и не сумел обнаружить бомбу или поймать Андерса, или ещё что. Неужели все были настолько...
- Тупыми? Я не знаю, Вальтер... Я не знаю...
***
- Мне тут внезапно пришла в голову странная мысль.
- Да, herr Тетрас?
- У всех андеров такое странное чувство юмора или только у тебя?
- А вы были знакомы ещё с кем-то из Андерфелса?
- С, подумать только, Андерсом.
- Он не андерец.
- Но он сказал...
- В Хоссбергском круге не воспитали бы террориста и убийцу.
- Он из Ферелденского круга.
- Ну вот, о чём я и говорю.
- Стало быть, он такой же андерец, как я — гном?
- Но вы же не почитаете Предков, не носите бороды, не пьёте дешёвый эль и не кричите о величии Орзаммара.
- Ты уверен, что я не пью дешёвый эль по ночам?
- Уверен.
- Справедливо.
- Знаете, учитывая, что мы говорили об Андерсе, это прозвучало весьма... иронично.
- Я уже говорил, что в чувстве юмора тебе не отказать?
***
- Расскажите мне о нём, herr Тетрас.
- Об Андерсе? Когда мы только встретились, он показался мне хорошим малым. Слегка чокнутым, но вся наша компания была подобной. Всему виной Справедливость.
- Месть.
- Да... Месть.
- Хороши храмовники...
***
- Скажи мне, Вальтер, почему ты так зациклен на Киркволле и взрыве церкви.
- Я … я был там, herr Тетрас, я видел, как полыхало небо.
- Многие там были тогда.
- Вы не понимаете, я должен был предотвратить это. Найти тех, кто подталкивает магов к восстанию, убедиться, действительно ли Командор превышает свои полномочия, спасти мирных жителей... Эльтину.
- Объявить Священный Поход?
- Да... но вместо этого Мередит приставила меня к себе, как телохранителя, и я не смог.
- Не вини себя, Вальтер, мы все виноваты больше твоего.
- И даже так я не увидел опасности, исходящей от её меча... Пустынный Фенек промахнулся.
- Может быть, оно к лучшему.
***
- Знаешь, Вальтер, я могу написать о твоей истории в своей книге?
- Чтобы весь мир узнал, какая Мередит была плохая, что не давала вести расследование своему подчинённому и каким, собственно, её подчинённый был идиотом? Нет уж, увольте. Конечно, лириум сломал её, однако восстания и побеги начались куда раньше того, как Командор обезумела. Может, она была не самым лучшим Командором, однако и Киркволл — не самое лучшее место в Тедасе.
- Я лишь хотел показать храмовников с другой стороны. И Мередит с другой стороны, до Красного, и, раз ты был почти всегда рядом с ней, то можешь рассказать больше.
- Я... спасибо.
- За что?
- За то, что не делаете нас истинным злом.
***
- Я тут подумал... может быть, Мередит не хотела, чтобы Церковь объявила Священный Поход, потому и не давала... Хотела справиться своими силами, минимизировать число мирных жертв.
- Ты в этом уверен, Вальтер?
- Я уже ни в чём не уверен.
***
- Я слышал, Искательница читает Ваши книги, herr Тетрас.
- А я слышал, что Вы часто любите лезть не в своё дело.
- Это угроза или намёк?
- Это я стараюсь хоть как-то тебя заинтриговать.
- Допустим, я заинтригован. Так вот, после того, как ей кто-то подбросил новый том, Кассандра сама не своя, почти не бывает на тренировочной площадке, скинула всё на Каллена и меня.
- И что ты хочешь сказать?
- Спасибо. Теперь на меня не пялится одна дама, сравнивая с героем книги.
- Вальтер...

Вальтер и Вивьен:

- Мадам де Фер.
- Да, Цветик мой?
- Я многое слышал о Вас, когда был в Орлее. Быть магом и подняться так высоко, при этом не потеряв разума от гордости... это, достойно уважения.
- Ох, дорогуша, я даже не буду спрашивать, как долго вы придумывали этот комплимент, пытаясь сказать мне хоть что-то.
- Эм... минут десять?
- Больше...
***
- Вальтер, цветик мой, на что вы уставились.
- Этот узор Вашей мантии, ровные линии вышивки серебряными нитями, которые смыкаются близ бёдер, похожи, одновременно, на цветочный орнамент, эльфийский язык и древние руны...
- Созданное лучшими портными Вал Руайо, только вот скоро уже выйдет из моды.
- Кстати о ней, Мадам де Фер, говорят, сейчас в моде всё... круглое.
- Язвить у вас выходит лучше, чем каламбурить, цветик мой.
***
- Вы не похожи на обыкновенного храмовника, Вальтер.
- Оу, и почему же это?
- Вы умны, начитанны, сведущи в моде и политике. Уверена, живя вы в Орлее, стали бы прекрасным Игроком.
- Учитывая, что Игра — это место для подковёрных интриг ядовитых змей, вот уж не знаю, комплимент это или оскорбление.
- Ну вот меня вы точно оскорбили, цветик мой.
- Отступники зовут меня аспидом, так что... на то и был расчёт.
***
- Хм... золото, нет, слишком вычурно, серебро, чёрные опалы и россыпь аметистов, никаких перьев или меха, ровные, чёткие линии, очерчивающие скулы и профиль...
- О чём это Вы, Мадам де Фер?
- Да так, всё думаю, какая бы маска вам пошла, представляя вы не Андерфелс, а Орлей, что-нибудь резкое и, одновременно, аристократичное, указывающее на ваш статус как представителя церкви.
- Нет лучшего средства показать, что ты храмовник, как натянуть на себя самые массивные доспехи в округе, сделать каменно — тупое выражение лица, взять в руку склянку с лириумом и ходить с вечно выпученными глазами.
- *смеётся* Нет, пожалуй, выражение лица вам следует оставить как есть, а вот добавить немного лириума в маску — не повредит, тогда она будет ещё и светиться в темноте.
- Чтобы меня можно было заметить в тёмном углу?
- Чтобы вы ненароком совершенно случайно не убили кого-нибудь, кто слишком вальяжно на вас посмотрел.
***
- Скажите, Мадам де Фер, как Вы видите будущее магов, какое у них место после... всего?
- Удивительно, что вас это интересует, цветик мой, однако, я думаю, что всё должно остаться как есть, маги должны служить людям.
- Служить?
- Лечить, помогать, наставлять, исследовать.
- Вас так послушать, у храмовников и магов столь много общего, что последним впору в церкви служить.
- Я... я подумаю над этим, спасибо.
***
- Вы ведь рыцарь-чародей, Мадам де Фер. Мне всегда было интересно узнать о них побольше.
- Это магический орден охотников за отступниками, который находится в Монсиммаре, туда проходят жестокий отбор люди со всего Тедаса, чтобы использовать магию во благо. А, впрочем, полагаю, вы это, цветик мой, и так знаете.
- Жаль, что не все маги такие, как вы... Очень жаль.
***
- Мне очень жаль, Вивьен.
- Что именно?
- То, что случилось с Бастьеном... Я не знал, я не думал, если бы... Создатель, в моей голове это звучало куда лучше.
- Вы бы не стали пытаться со мной заигрывать? Да бросьте, дорогуша, в кое-то веке я вновь почувствовала себя двадцатилетней девушкой, к тому же, вы очень милы, когда смущаетесь.
- Создатель...
***
- Я слышала, как вы опять чуть не подрались с Соласом.
- Этот... эльф выводит меня из себя чаше, чем тупость Ордена.
- Я обещала никому не говорить, но, по секрету, Солас абсолютно не умеет обращаться с магией огня.
- Спасибо, Мадам де Фер.
- За что?
- Теперь, если он решит мне бросить что-то в спину, я буду точно знать, что это не огненный шар.
- *смеётся* Я предупрежу вас, цветик мой, если сзади будет лететь что-то, что не похоже на огненный шар.

Вальтер и Блекволл:

 

- Так ты, выходит, из Андерфелса?
- Да-да, страна песков, холодных ночей, самых жутких храмовников и доблестных серых стражей. Провожу экскурсии по ночной пустыне, недорого, запаситесь одеялами. Я уже, десятый раз это сказал, по-моему, Блекволл.
- Ты когда-нибудь бывал в Вейсхаупте?
- Учитывая, как относятся доблестные Серые Стражи к магам и, в том числе, магам крови, не думаю, что жуткому храмовнику там понравится. Я бы не ручался, что не снёс несколько голов во время прибывания в крепости.
- Что-то ты не очень относишься к Стражам.
- Учитывая, что они уже давно превратились в политиков? Как мне к ним относиться.
***
- Мне вот что интересно, Блекволл.
- Да?
- Вы же Серый Страж, верно, защитник от Порождений Тьмы?
- Да.
- Тогда почему каждый раз, как на нас они нападают, я не чувствую, чтобы вы дрались яростнее, упреждали атаки и вообще как-то менялись?
- Это так не работает, Вальтер.
- А я ведь тоже пью дрянь, которая навсегда изменяет моё тело.
***
- Хватит на меня так смотреть.
- Как?
- Как будто бы я только что совершил у тебя на глазах кражу и теперь с самым невинным лицом пытаюсь ускользнуть из-под носа.
- А вы такое уже проворачивали, раз так уверены в выражении моего лица?
- Нет, но среди Стражей я знаю достаточно бывших воров, убийц или наёмников.
- А я проворачивал, и у стражей порядка оно обыкновенно бывает не такое.
***
- Как из вора можно стать храмовником?
- А я не вор, просто иногда, хотя, скорее, часто, грубая сила и верный щит не помогают, приходится выкручиваться. Добывать информацию, придумывать планы, методики, подкупать, шантажировать. Думать, в общем.
- Не быть храмовником.
- Вот, вот откуда исходят все глупые недоразумения по поводу того, что все поголовно в Ордене тупые как пробки дубовые шкафы. Хотя, о чём это я, ведь это действительно так.
***
- Знаете, Блекволл, вы так часто говорите о доблести и рыцарстве, что мне кажется, что вы что-то скрываете.
- А мне кажется, что я всё меньше тебя понимаю, Вальтер.
- Хорошо, поясню для рыцарей в сияющих латах. Знаете старую поговорку, после преступления громче всех об этом сообщает преступник. Так и вы... слишком сказочный, правильный, таких людей не бывает.
- Ты просто параноик, Вальтер, признай это и перестань смотреть с таким прищуром.
- Работа напряжённая, вот и смотрю, как отражаюсь в сиянии вашей добродетели.
***
- Я знал, я знал, что с тобой что-то не так.
- Мы перешли на ты, Вальтер?
- Уважать убийцу, дезертира и лжеца, ну уж нет, уволь меня, Блекволл, или, может быть, Том Ренье, а?
- Помнится, ты рассказывал мне о собственных методах. Ты, как будто, похож на настоящего храмовника.
- Я пью лириум, иногда ношу латы и убиваю демонов и малефикаров, – методы совершенно тебя не касаются. Я — не прикрываюсь чужим именем и заслугами.
- И это я слышу от самой лживой змеи в Инквизиции.
- Лучше бы ты гнил в темнице.
(Если Инквизитор позволил Тому Ренье заработать честное имя в Инквизиции)
- Инквизитор слишком добр, чтобы это допустить.
- Мягкосердечен — не добр.

- Есть различия?
- Да, доброта, например, это когда на войне за дезертирство отрубают голову, а не вешают, как последнюю крысу.
(Если Инквизитор отдал Тома Ренье Стражам)
- Однако, это уже не имеет значение. Я — Страж, тот, кем хотел быть.
- Однако не герой войны и обладатель сильверитовых крыльев за доблесть.
- Это имеет значение?
- На плахе? Да.
(Если у Леди Инквизитора роман с Блекволлом)
- Лучше бы, но моя леди слишком добра.
- Твоя леди в детстве читала слишком много сказок о рыцарей на белых грифонах.
- Ты не знаешь, что это такое...
- Не знаю, зато знаю, чтобы я сделал с тобой на месте твоей леди.

Вальтер и Железный Бык:

 

- Бен — Хазрат... хм...
- Вижу, ты о чём-то задумался, Вальтер.
- Да так, пытаюсь понять логику, зачем агенту кунари прямо с порога говорить, что он, собственно, агент кунари.
- Зато меня не выгонят с порога, как узнают об этом.
- Но и доверять не будут.
- Что-то я не чувствую недоверия со стороны Инквизитора.
- Иногда в этом я его не понимаю.
***
- Знаешь, Вальтер, мне кажется, ты что-то скрываешь.
- Ух ты, я заинтригован, и что же? Ваши догадки, дамы и господа.
- Когда я был ещё на Пар Волене, среди других Бен — Хазрат, я видел много шпионов, они все чем-то напоминали тебя: вслушивались, вглядывались, уворачивались от ответов и задавали много вопросов.
- Вы явно не из таких, Бык?
- Ну вот, ты опять увиливаешь от ответа.
- Хм... хорошо, что будет, если я скажу, что в Ордене бывают не только рыцари в огромных латах и с мечами больше них самих, но и такие, как я.
- Какие?
- Разбойники. Убийцы. Охотники. Называйте как хотите — смысл один, те, кто убивает магов из тени.
- То есть — ты шпион.
- То есть у меня нет иного выбора.
***
- Я могу показаться навязчивым, но... расскажите мне о Кун, Бык.
- С чего бы это храмовнику интересоваться Кун?
- А праздный интерес Вас не устраивает?
- За праздным интересом читают книги. Ты, видимо, прочитал уже всё и на эту тему.
- В Андерфелсе есть поселение Кунари, учитывая, что мы первые после Тевинтера, кто может подвергнуться их атаке, хотелось бы знать больше.
- То есть интерес отнюдь не праздный. А откуда ты будешь знать, что я не навру с три короба? Я же Хиссард, лжец.
- Я буду сверяться с книгами.
- В любом случае, Андерфелс нас мало интересует.
***
- Знаешь, Вальтер, ты был бы отличным шпионом Бен — Хазрат.
- А ещё Антиванским Вороном, Бардом, Убийцей Магов... но я храмовник, от этого не уйти просто так.
- Это был комплимент.
- Звучало, как попытка завербовать.
- Кун бы понравится столь фанатичный преследователь Бас-Саирабазов, прекрасный шпион, и, поговаривают, мастер пыток.
- Лгут. Храмовники не опускаются до пыток.
- Но ты же не обыкновенный храмовник.
- Это всё ещё в звучит как попытка завербовать.
***
- У вас, говорят, особое отношение к магам.
- Мы отрезаем им рога и зашиваем рты, чтобы они не могли сами себя контролировать. Саирабазы — лишь живое оружие.
- Знаете, чем больше я сталкиваюсь лицом к лицу с магами, которые, как они думают, контролируют сами себя, тем больше склоняюсь к вашей политике.
- И это говорит верный последователь Андрасте.
- Не все маги столь ужасны, что им следует зашивать рты, однако, подобным образом можно нейтрализовать некоторых особенно сильных, не прибегая к усмирению, чтобы использовать в качестве особого отряда самоубийц.
- Я слышу решимость в твоём голосе, Ашкаари.
- Это звучит прагматичность.
***
- Ашкаари?
- Тот, кто ищет и знает, шпион.
- Вы уже причислили меня к Кун? Не стоит усердствовать, будь я хоть трижды согласен с некоторыми из ваших догм, остального я не понимаю.
- Отчего же?
- Я был слабым и забитым ребёнком, сиротой, а ещё очень болезненным. Не думаю, что ваши...
- Тамассаран.
- Да, вот они, увидели бы во мне потенциал.
- Увидели бы, в первую очередь, твоё выходящее за рамки дозволенного любопытство.
- И кем бы я стал?
- Агентом Бен — Хазрат.
- От этого не много изменилось.
***
(Бык — Тал - Васгот)
- Стало быть, теперь я могу вздохнуть спокойно. Вы больше не кунари и не представляете угрозы.
- То есть, по твоему мнению, я был угрозой.
- Были, например потому, что обо всех решениях Инквизиции незамедлительно узнавал Пар Волен.
- Ты так в этом уверен?
- Я же Ашкаари. Остаётся только один вопрос, как Пар Волен справится с разрывами и демонами?
- Устроят тренировочную площадку для Авангарда.
- Гладиаторские бои? Хотел бы я посмотреть на это.
- Я тоже, жаль что уже не удастся.
- В любом случае, я рад, что ты остался со своим отрядом. Терять семью — болезненно... наверное.
- Наверное...

***
(Инквизитор заключил союз с Кунари)
- Стало быть, теперь Кун и Инквизиция — официальные союзники.
- Что-то я не слышу особой радости в твоём голосе, а помнится, кто-то говорил о прагматизме, Ашкаари.
- Слишком ненадёжный это союз.
- А, по-моему, кто-то боится быть завербованным в Кун.
- Ну всё, меня раскрыли. Дрянной из меня храмовник. Где ближайшая скала, пойду спрыгну с неё в пропасть.
- . . .Не переигрывай, Вальтер.
- Я думал, это будет смешно.
***
- Я видел, как ты выходил из подвала, что ты там делал?
- Тренировался.
- В чём же?
- В искусстве владения парными клинками. Знаете, как там хорошо, спокойно, тихо, прохладно, никто из новичков не дёргает, Каллен своим доблестным сиянием не мозолит глаза. Так бы и жил там всю жизнь.
- И стоны умирающих были ему слаще любой музыки.
- Ну, если вслушиваться, то действительно можно услышать ритм, Бык.
- Я знал.
- Создатель...

Вальтер и Коул.

- Чёрная душа. Много грехов. Демоны внутри, демоны снаружи, демоны в голове. Руки в крови, по локоть, в чёрной крови. Мечи скользят в руках. Рвётся, извиваясь, чья-то жизнь. Он не смотрит. Он улыбается. Чувствует, как останавливается сердце. Улыбка переходит в оскал. Он — не человек. Он виноват, но потом. Сейчас — он святой.
- Изыди, демон.
***
Он видит шелка и бархат. Он чувствует музыку и краски. Ему нравится, когда красиво. Он улыбается, почти так же, как когда убивает. Особенно ему нравится красный, как кровь. И чёрный, как он сам. Он знатный, но не знает этого. Он прекрасен, но не хочет этого видеть.
- Я же сказал, изыди, тебе что на андерском повторить?
- Он закрыт. Он плачет.
- Я не хочу это слышать.
***
- Она пахнет травами. Она пахнет невинностью. Он пускает её кровь с отвращением. Какой это был раз в его жизни, первый? Ему больно. Ему всегда больно, но сейчас — особенно. Как когда издевались, как когда называли уродом. Он слаб, но силён. Сила в слабости. Сила в разуме.
- Хватит копаться в моей голове, демон, в моих воспоминаниях. Я этого не просил.
- Змеи боятся мангустов. Они уползают. Они шипят.
- А я хочу тебя убить.
***
- Он смотрит ошеломлённо. Он падает на колени и хватается за волосы. Он не смог. Он не справился. Он — виноват в смертях. Вокруг красное, словно кровь. Обломки, осколки, крики. Война, это начало войны. И он виноват. Этого не должно было произойти. Это всё маги, они виноваты. Но он больше, - потому что не оборвал их жизнь раньше.
- . . .
- Лириум обжигает изнутри. Огонь — снаружи. Он не помнит, что делает. Он касается своей груди. Здесь, у сердца. Больно и хорошо. Церковь на его теле. Создатель никогда не оставит.
- Это был взрыв церкви в Киркволле, демон. Тогда погибло много людей, отчасти — по моей вине.
- Так должно было быть.
- Это должно меня успокоить?
***
- Вертикальные зрачки в серых глазах. С языка капает яд. Что ни слово — то острый нож. Чешуя кольчуги. Он в тени. Он на острие атаки. Нет сомнений. Нет предрассудков. Только его слово. Его воля.
- Ты опять несёшь бессмыслицу, демон?
- Ты понимаешь, о чём я. Я это вижу.
- И о чём же ты?
- Каково это — быть не-человеком?
- Создатель.
***
- Он не как Вивьен. Он не как Сэра. Он как Солас. Он не боится демонов.
- Стало быть, я должен этому радоваться?
- Тень вьётся вокруг него, шипит, исчезая. Рвётся на мелкие частицы, но вновь приходит, как мотыльки на огонь. Он не боится демонов. Демоны — боятся его.
- Да, точно, я должен этому радоваться.
- Но он — тоже демон. И он боится... сам себя.
- Создатель...
- Я хочу помочь.
***
(Если Коул — больше человек)
- Стало быть, ты больше не опасен, демон.
- Я больше не демон. И не дух. Я...
- Ты в смятении, ты не знаешь, кто ты такой. Что ты такое, у тебя нет прошлого и, возможно, будущего, ты боишься. А ещё теперь ты не можешь внезапно исчезнуть в никуда. Так зачем же ты подошёл, раз боишься.
- Ты прав... Вальтер. Ты прав. Я... я хочу научиться, понять.
- Но почему я?
- Потому что ты знаешь, каково это — быть не таким, как все.
- Создатель, ещё немного, и вместо того, чтобы убить, я полезу к этому... Коулу, чтобы утешить.
***
(Если Коул — больше дух)
- Стало быть, ты больше не опасен, демон.
- Я не демон. Я — дух.
- А ещё ты под контролем у Соласа, да-да.
- Солас — мой друг, мой наставник, он... он...
- Он сделал тебя своим слугой, демон.
- Он хочет сделать больно Соласу. Он — эльф. Отступник. Он не доверяет. Он хочет убить. Я не позволю.
- Я всё слышал. И, если ты попытаешься на меня напасть, демон, я прикончу тебя первым.
- Забудь.
***
(Если у Вальтера роман с Леди Инквизитор/Лордом Инквизитором)
- Темнота. Боль. Скорбь. Там, где страх, крики и боль. Там, где ему хорошо. Он(а) живая(ой). Тёплая(ый). Бьётся в его холодных руках. Пытается услышать стук мёртвого сердца. Кровь на его теле. Кровь на её(его) губах. Он(а) прекрасна(ен). Он — чудовище. Он(а) — не для него, никогда не будет его. Он знает. Но всё равно тянется. Он(а) — его спасение... его Андрасте/Создатель. Он(а) — Его.
- Создатель, ещё одно слово, и, клянусь, я провалюсь сквозь землю от стыда или прирежу кого-нибудь. Наверное, второе.
- Он(а) хочет спасти. Он(а) хочет понять. Он(а) смывает кровь с его рук.
- Ну точно прирежу.

Вальтер и Дориан:

- Храмовник?
- Что вам нужно, тевинтерец?
- Хватит смотреть на меня, как на пустое место, мне, может быть, обидно.
- А, может, вы и есть для меня — пустое место, herr, как вас там...
- Павус.
- Да, Павус. И, да, я не «храмовник», я — Вальтер.
- Мне всё равно.
- Какие мы грозные.
***
- И всё таки, почему ты смотришь на меня с таким пренебрежением? Соласу ты хотя бы язвишь.
- Может, потому что ты — тевинтерский альтус, маг и напыщенный павлин с мерзкими усами.
- Я могу простить всё, но усы...
- И что же вы мне сделаете? Превратите в жаркое? Прекратите мне докучать? Выгоните и из дальней библиотеки?
- Так вот в чём дело... я занял твоё место между Лелианой и Соласом.
- Оттуда прекрасно наблюдать за последним, а вы лишили меня и этого удовольствия.
- А ещё постоянной угрозы попадания вороньего помёта в столь прекрасную шевелюру.
***
- Так, подождите, herr Павус, но почему тогда вы выбрали это место? Полагаю, о своей прекрасной шевелюре вы печётесь куда больше моего.
- Я, может, тоже не доверяю Соласу.
- Да быть того не может.
- Точно, он настолько уверен в себе, что вызывает только два чувства — подозрительность и жалость.
- *смеётся* Кхм, простите, однако это было сказано столь в точку...
- А ты говорил, что мы не поладим.
- Это ничего не меняет.
- Я могу говорить, если Солас будет делать что-то подозрительное. А, как тебя такое предложение, храмовник?
- Хммм, я подумаю над ним.
***
- Знаете, herr Павус, я, конечно, вас ненавижу, считаю напыщенным ублюдком и всё такое. Но...
- Я заинтересован.
- Раз уж вы заняли мою библиотеку, то я составлю список из книг, которые обязательно вам стоит прочесть.
- А если я этого не сделаю?
- А если вы этого не сделаете — то я перекину вас через перила прямо на стол Соласа.
- Силёнок — то хватит?
- Не стоит недооценивать своего врага.
***
- Я... удивлён, Вальтер.
- Чему же?
- В Тевинтере мне говорили, что все храмовники — это железные банки без мозгов, но, видя то, что ты читаешь, как разговариваешь и держишься в обществе... Это поразительно.
- Что же, я не настолько неотёсанный андерский мужик, как могло показаться на первый взгляд?
- Если бы я встретил тебя в Тевинтере, то принял бы за альтуса. А от девушек не было бы отбоя. И не только девушек.
- … Спасибо?..
***
- При всей моей ненависти к вашей стране, herr Павус, одну вещь я там просто обожаю.
- Дай угадаю, мёртвых альтусов?
- Моду. Чёрное и красное, тёмные цвета, строгие линии, она не напыщенная и непостоянная, как в Орлее, а приглушённая и прекрасная. Будь моя воля, ходил бы исключительно по тевинтерской моде.
- Хоть где-то наши мысли схожи, да, Вальтер?.. Погоди-ка.. Так вот почему я думаю, что видел этот камзол где-то раньше? Он же тевинтерский.
- Я... позаимствовал его у одного из ваших работорговцев, боюсь, отдать не смогу — он ему больше не понадобится.
- Так вот почему Галадриус так и не доехал до Тевинтера, хотя был здоров, как бык. Это всё ты, паршивец.
- И что же вы сделаете, herr Павус? Полезете в драку?
- Скорее, пожму тебе руку, после смерти одного из самых влиятельных держателей чёрного рынка, многие простые люди вздохнули спокойнее.
***
- То есть, вы хотите изменить порядки в Тевинтере, я правильно понял?
- Абсолютно.
- Удивительно, и что же входит в этот список, помимо отмены рабства?
- Заигрывание с магией крови, куда больший контроль за соблюдением наших же магических законов, попытка наладить отношения с другими странами, изменение экономики, отмена рабства... Я много думаю, и чем больше думаю, тем больше понимаю, сколько всего предстоит сделать.
- Ух ты...
- Что?
- Я потрясён.
- Ты... улыбаешься?
- Я бы хотел принести извинения, что так... презирал поначалу.
- Это было взаимно, так что без обид.
***
- Ты — просто мерзкий, противный, ужасный человек.
- Ага - ага, конечно, спасибо за комплимент, Дориан.
- Ты... ты меня обманул. Там стояла ладья, я отвлёкся на ворона Лелианы, а её уже не было.
- То есть, ты только сейчас это понял, серьёзно?
- Это не честно.
- Потеряете концентрацию, herr Павус, забудетесь, и демонам будет плевать, честно это или нет.
- Сделай голос ещё более занудливым и точь-в-точь мой учитель по магии духа.
- Я на это и рассчитывал.
- А я рассчитывал на реванш. И на этот раз — честно.
- Не отвлекайтесь на воронов Лелианы, herr Павус, и всё так и будет.
- Ты невыносим.
- Взаимно.
***
(Если у Дориана роман с Железным Быком)
- Я бы хотел с вами серьёзно поговорить, herr Павус.
- Мы снова на вы, с чего это вдруг?
- Это касается ваших отношений с Железным Быком.
- А что-то не так.
- Вы — альтус, будущий наследник Магистериума. Он — агент Бен - Хазрат, кунари. Вы ведёте с ними войну уже больше трёхсот лет.
- К чему ты клонишь?
- Всё, ради чего вы ему нужны — информация, чтобы победить в войне. А ещё это разрушит вашу репутацию, которая, учитывая то, что вы — реформатор, будет и так держаться на волоске.
- А, по-моему, ты просто ревнуешь, Вальтер.
- Мыслю здраво, в отличие от Вас, Дориан, а я, вроде как, Вас младше. Если агент страны, с которой вы воюете триста лет, даже не намекает, а говорит в открытую об отношениях, это, минимум, странно.

- С каких это пор тебе стала интересна судьба Тевинтера?
- С таких, что вслед за Тевинтером захватят Андерфелс.
***
(Если у Дориана роман с Железным быком и тот остался кунари)
- Знаешь, Вальтер, я подумал над тем, что ты сказал.
- И что же?
- Ты прав... жаль, такой хороший любовник был.
- Надеюсь, ты ему ничего не разболтал.
- Нет...
(Если у Дориана роман с Железным быком и тот — тал васгот)
- Знаешь, Вальтер, я подумал над тем, что ты сказал.
- И что же?
- Сейчас Бык уже не кунари, он отверженный, такой же, как, в каком-то смысле, ты или я. Так что какая теперь разница.
- Твоя воля, но я бы всё равно ему не доверял.

Вальтер и Сэра:

- Эй.
- Что такое, Сэра?
- Мне сказали, что ты из этих... с металлическими вёдрами на головах.
- Из храмовников, Сэра. Да, это так.
- Но почему у тебя нет на голове металлического ведра?
- А почему у тебя нет на лице валласлина.
- Фу, я не эльф, я не хочу на всё лицо это писульку, ещё же ничем не ототрёшь. Это мерзко, уродливо и... фу... говно это.
- Вот примерно те же чувства, у меня вызывает типичная броня Ордена.
***
- Вальтер, Вальтер... странное имя, ты откуда?
- Из Андерфелса...
- Ууууу , это же жопа как далеко, там даже Рыжих Дженни нет.
- Временами я бы не отказался от их наличия.
- Серьёзно, ты серьёзно?
- Это было бы весело, и местные напыщенные Стражи, которые мнят себя аристократами, перестали бы мнить, а король, авось, обратил внимание на просто народ.
- А это мысль.
- Да-да, Вальтер, какой ты умный, Вальтер, спасибо, что подкинул мне такую чудесную идею, Вальтер.
***
- Сэра, так что насчёт этих твоих Дженни... расскажешь мне про них.
- Но ты же о них знаешь.
- Только слухи и домыслы, ты — живая легенда, так что колись.
- Жопа, это же офигеть как гордо звучит. Задрать своё грёбаный нос к небу и так ходить.
- Сэ-ра.
- А, про Дженни. Ну, они рыжие, потому что Огонь, там, горячие, типа все такие из себя опасные. А Дженни... да жопа, какого демона я знаю, почему Дженни, просто потому что. Вот почему ты храмовник, а не... не знаю, член гильдии жестяных банок?
- То есть ты и сама не знаешь?
- Не знаю.
***
- Я слышала, как ты ругался с Соласом. Ууууу, давно у него жопа так не подгорала. Думаю, он бы рвал на себе волосы. Если бы они у него.. были, кхм.
- Что же это, моя маленькая перепалка стала достоянием общественности?
- Маленькая? Да у него нос в пол упёрся он возмущения. Его прекрасный, великолепный, обласканный всеми демонами Тени нос.
- Я вижу, ты тоже не любишь Соласа.
- Он слишком умный. И слишком занудный. И слишком эльф. Вот ты тоже слишком умный. Но не занудный. А он — говно на палке.
- То есть, если бы я был эльфом, ты бы относилась ко мне как к Соласу?
- Упаси Создатель, двух таких дебилов этот мир не выдержит.
***
- У меня есть идея. Как насчёт намазать Соласу голову мёдом и запустить туда пчёл. Вот веселуха будет, да?
- Я бы, скорее, запустил стрелу в его жопу.
- Да, это тоже неплохо, но не так весело.
- А если запихнуть туда лук, а потом отрезать уши и выколоть глаза?
- Что? Я не... Хватит так смотреть, сейчас ты офигеть какой страшный.
- Ох, никто не понимает моего юмора. Тяжела жизнь храмовника, тяжела и безрадостна.
- Не шути больше так, ладно, а то на секунду мне показалось, что ты — демон.
***
- Я видел, как ты вырезаешь из Песни Света цитаты и вшиваешь себе в куртку. Зачем это?
- Не знаю, но.. это мне помогает. Ну, то есть, тогда я чувствую, что не одна. И не боюсь демонов, и вообще ничего не боюсь.
- Ты хоть читать-то умеешь или просто режешь всё подряд?
- Меня пытались научить. Леди Эммальд пыталась, но буквы не складывались в слова, а те все какие-то до жопы странные.
- Я могу попробовать это сделать.
- Серьёзно? То есть, тебе действительно больше заняться нечем?
- Я просто не могу смотреть, как кто-то портит книги.
- Зануда ты, Вальтер.
- Но не Солас.
***
- Ты... умеешь печь печенья, Вальтер?
- Да. Сестра Элеонора учила меня не только, как держать в руках клинки, но и как готовить, шить, стирать и просто жить в условиях похода и пустыни.
- Ты жил среди кучи баб?
- В церкви, в приюте, среди таких же, как и я. Но, да, хоть нас и готовили к становлению храмовниками, среди воспитательниц были, в основном, женщины.
- Опупеть как тебе повезло.
***
- Вальтер, вот я всё Вальтер да Вальтер, а у тебя есть там, не знаю, кликуха, прозвище, …э... кодовое имя?
- Пустынный Фенек. Так меня знают и в криминальном мире, и среди отступников.
- А, по-моему, ты не похож на фенька. Ну, то есть, это маленькие, пушистые зверьки. Милые, с большими ушами, и совершенно не опасные.
- Так кто же я, по-твоему?
- Ты гибкий, опасный, ядовитый и очень высокий. К леди Эммальд в дом когда-то заползла гадюка, так она так её боялась, так кричала, что к нам в дом пришёл патруль. Вот ты на неё похож. Только больше, опаснее и до жопы страшнее.
- Кстати, аспидом меня тоже зовут. Но здесь, на юге.
- Ух ты, я угадала. Класс.
- Так к чему ты завела этот разговор?
- Я слышала, Дориан просто без ума от двух вещей — чищеного винограда и змей.
- Создатель...

  • Like 1
  • ЪУЪ! 1

Поделиться комментарием


Ссылка на комментарий
×
×
  • Создать...